Дорогой притворщик - Николь Берд

– Надеюсь, – призналась Салли. – Моим принцем будет Эндрю, а милый маленький мистер Денвер будет с мышиными ушами. Помнишь мышей, которые превратились в белых лошадей?

Салли оглядела Психею.

– А какой костюм хочешь ты? Кем будешь ты, Психея? Мадам Помпадур? Клеопатрой?

– Вот уж нет, – ответила Психея, невольно втягиваясь в игру. – Я останусь Психеей.

– Нет, дорогая, у тебя должен быть костюм! Я настаиваю.

– Будет, будет, – улыбнулась Психея. – Костюм настоящей Психеи.

Наконец-то могло пригодиться увлечение ее отца греческими мифами.

– О, конечно! – Лицо Салли просветлело. – Ты должна рассказать мне эту историю. Я забыла, в чем там дело.

– Психея вышла замуж за таинственного молодого человека изумительной красоты…

– Эта роль тебе подходит, – согласилась Салли. – Таррингтон просто душка, дорогая.

Психея притворилась, что не слышала ее слов.

– Но ей было запрещено видеть его лицо или знать его имя.

– Ну, это уж несправедливо. Я бы тайком подглядела.

– Она так и сделала, но он должен был покинуть ее.

– Мм, какая жалость. – Салли уже думала о другом. – Так как же платье? Тебе будет нужно…

– Что-то в греческом стиле, очень простое, что мадам могла бы сделать за короткий срок, – заметила Психея. – Простая туника, она называлась хитон, насколько я помню папины уроки.

Мадам Симон посоветовалась со своими помощницами. Затем она набросила на Психею несколько кусков тонкого белого полотна, задрапировала их в виде туники и скрепила узким золотым пояском. Греческая одежда не была замысловатой, но почти не скрывала фигуру. Психея сразу же с подозрением посмотрела, насколько белая туника открывает ее грудь и на выглядывавшие из-под платья голые лодыжки…

Салли на минуту нахмурилась, а затем рассмеялась.

– Хотела бы я посмотреть на лицо Перси, когда он увидит тебя, – сказала она. – И еще тебе нужны золотые сандалии, Психея. У меня есть пара, если хочешь, я одолжу их тебе.

Психея смотрела на свое отражение. Она прекрасно выглядела в этом простом наряде. На ней будет маска, и далеко не каждый узнает ее. Эта мысль ее успокоила.

– И кажется, – вслух произнесла она, – я должна придумать костюм для лорда Таррингтона.

– Конечно, – согласилась Салли.

Психее оставалось только надеяться, что эта попытка одеть Гейбриела окажется более успешной, чем предыдущая.

Костюмы доставили в субботу днем, и Психея ломала голову, как сообщить об этом Гейбриелу. Прежде всего надо найти его. Его не было ни в библиотеке, ни в комнатке «секретаря», ни – она послала туда лакея – в спальне. А в гостиной, где принимала гостей Софи, он никогда не бывал. Наконец Психея нашла его в дальнем углу сада, где он занимался тем, что забрасывал в шляпу желуди. Двое молодых конюхов, с живым интересом наблюдавших за ним, исчезли при ее появлении.

– Вы выигрывали?

– Я всегда выигрываю, – улыбнулся он. – А вы спугнули моих соперников.

– Надеюсь, вы не отобрали у них все их жалованье? – холодно осведомилась она.

Улыбка исчезла с его лица.

– Мисс Хилл, я не отбираю деньги у детей. Мы только показывали свое искусство.

– Большое достижение. – Она махнула рукой в сторону шляпы, полной желудей. – Вы получите от меня приз, – сказала она дружелюбнее. – Я нашла способ вызволить вас из заточения, хотя бы на один вечер. Может быть, это будет интереснее, чем желуди.

Она заметила в его синих глазах интерес.

– Какой же?

– Вы будете изображать другого человека. Гейбриел удивленно поднял брови.

– Дорогая мисс Хилл, я делаю это всю жизнь. Вы решили дать мне новый титул?

Она покраснела.

– Нет, миссис Форсайт дает костюмированный бал. Это грандиозное событие, там будет уйма людей и все в костюмах. Вот вам удобный случай выбраться из дома и повеселиться.

– И что же я надену? Вы приготовили для меня маску и домино? – спросил он.

– Я… я заказала для вас костюм. – К своему огорчению, Психея снова покраснела, щеки у нее горели.

Он пристально посмотрел на нее, но не напомнил о последнем эпизоде с портными, когда девушка пыталась одеть его.

– Могу я взглянуть на этот… э-э… без сомнения оригинальный костюм, который вы придумали для меня?

– Он действительно удачен. Видите ли, я буду Психеей. Гейбриел оказался сообразительнее Салли.

– Греческой богиней поразительной красоты? Очень вам подходит.

Боже, она совсем не умеет владеть собой!

– А кем же буду я?

На этот раз она отвернулась, чтобы Гейбриел не видел ее смущения.

– Вы будете Эросом.

– Купидоном? – сдавленным голосом переспросил он. – Вы ожидаете, что я оденусь Купидоном? Психея, если вы разукрасите меня сердечками и золотыми стрелами, клянусь, я…

– Нет, нет, ничего необычного, – сказала она. – Вы останетесь довольны, обещаю. В костюм входит колчан, но если не хотите, не будет ни стрел, ни лука.

– Никаких сердечек? Из розового бархата? – все еще недоверчиво спросил он. – Никаких облаков из кисеи, скрывающих мою… э-э… мужественность?

В предательском воображении Психеи возникло его мускулистое тело, прижимающееся к ней. Она тряхнула головой, прогоняя воспоминания о его поцелуях, и посмотрела ему в лицо.

– Конечно, нет! Я не собираюсь выставлять вас на посмешище. Хотя не сомневаюсь, там будут всякие костюмы. Если хотите, я покажу вам, что мы придумали. У портнихи было мало времени, поэтому костюм совсем простой.

– И слава Богу, – проворчал Гейбриел.

Они вернулись в библиотеку, где Психея оставила костюмы, и Синклер молча оглядел свой костюм. Психея затаила дыхание.

– Думаю, это подойдет, – согласился он.

Маскарадный костюм состоял из черной рубашки, свободного покроя штанов в русском стиле, голубого атласного широкого пояса, колчана с бутафорскими стрелами и длинного плаща.

– Но этот пояс…

– Надо было добавить чего-то яркого, а то люди примут вас за дьявола, – объяснила Психея. – И я отказалась от крыльев, хотя мадам Симон могла бы сделать вполне приличную пару из страусовых и павлиньих перьев.

Гейбриел содрогнулся.

– Так и быть, я надену пояс, раз вы избавили меня от крыльев. А где же маска?

Маска была особой гордостью Психеи. Она осторожно развернула сверток и показала маску Гейбриелу.

– А… – медленно протянул он. – Вспоминаю! Психее было запрещено видеть лицо своего возлюбленного.