Ангел-хранитель - Николас Спаркс

— Со мной такое бывает, когда пропущу пару бутылочек пива.

Музыка смолкла. Певец отложил гитару в сторону и подошел к их столику. Нагнувшись к Майку, что-то прошептал ему на ухо.

— В чем дело? — полюбопытствовала Джулия.

— Извините, что помешал! — смущенно улыбнулся музыкант. — У меня сейчас короткий перерыв, и я хотел спросить Майка, не согласится ли он спеть пару песен.

Майк посмотрел в сторону эстрады и покачал головой:

— Я бы с удовольствием, старик, но у меня, понимаешь ли, свидание.

— Не стесняйся, — подбодрила его Джулия. — Я не возражаю.

— Точно?

— Конечно. Я же вижу, как тебе хочется попеть.

Майк улыбнулся и поставил бутылку на стол. Минуту спустя он, перекинув через плечо ремень гитары, тронул струны. Затем посмотрел на Джулию, подмигнул ей и взял первый аккорд. Песню присутствующие узнали сразу. Раздалось несколько одобрительных хлопков и выкриков, потом Майку начали подпевать, размахивая бутылками с пивом.

Майк выбрал самую подходящую для подобной обстановки песню — нестареющий «Американский пирог»,[3]— которую можно отыскать в любом музыкальном автомате.

Джулия отметила про себя, что временами Майк немного фальшивил, что называется, «давал петуха», но в данный момент, в данной обстановке, это ровным счетом ничего не значило. Майку подпевали охотно, пританцовывая и размахивая в такт руками.

Когда Майк закончил петь и направился к Джулии, посетители аплодировали и похлопывали его по спине, на что он отвечал довольно равнодушным выражением лица, как будто только что состоявшийся триумф был делом привычным, будничным. Джулия смотрела на него с неожиданным для нее самой восхищением и удовольствием.

«Майк, — подумала она, — сделал этот прекрасный вечер еще прекраснее».

Немного позже, когда они собрались уходить, бармен сообщил им, что счет уже оплачен.

— Похоже, кем-то из ваших поклонников, сэр, — с почтением сказал он.

По пути домой Джулия размышляла о том, как превосходно прошел вечер. Майк проводил ее до дверей, и было видно, что он хочет поцеловать ее. Джулия в глубине души была растеряна, тем не менее подбадривающе взглянула на него. Однако Майк, судя по всему, ее не понял.

— Послушай, я превосходно провел…

— Не хочешь зайти на пару минут? — перебила его Джулия. — По телевизору сейчас наверняка идет какой-нибудь старый добрый фильм…

— Не слишком поздно?

— Для меня — нет. Но если ты…

— Нет-нет, я с удовольствием зайду.

Джулия открыла входную дверь. Сингер уже ждал возле самого порога и, выскочив наружу, принялся радостно лаять. Затем, опустив голову, стал обнюхивать двор, а в следующую минуту скрылся в тени ближних деревьев.

Майк снял пиджак и повесил его на спинку стула. Джулия пошла на кухню за двумя стаканами воды. Вернувшись, она увидела, что Майк все еще стоит, и жестом предложила ему присесть. Они сели — рядом, не прикасаясь друг к другу. Найти подходящий фильм не удалось; остановились на очередной серии «Я люблю Люси», эпизоды которой вызывали у обоих искренний смех. После этого они посмотрели «Шоу Дика Ван Дайка». Когда оно закончилось, вернулся Сингер и залаял с крыльца. Джулия зевнула.

— Пожалуй, мне пора, — сказал Майк, вставая. — Ты, наверное, очень устала.

Джулия кивнула.

— Пойдем, я тебя провожу.

Майк открыл дверь, и в комнату пулей влетел Сингер. Вид у него был такой, будто он торопился поскорее лечь спать.

Наблюдая за тем, как Майк неловко старается попасть в рукава пиджака, Джулия подумала, что они дружат вот уже несколько лет и если перейти некую границу, то их отношения можно легко испортить. Стоит ли рисковать?

Если она поцелует Майка, не покажется ли ему это чересчур по-родственному?

И все же Джулия решилась. Решилась подобно азартному игроку, подошедшему к игральному автомату в надежде выиграть и изменить свою жизнь к лучшему. Джулия взяла Майка за руку и притянула к себе, чувствуя близость его тела. Слегка откинув голову, она посмотрела ему в глаза. Майк понял, что сейчас произойдет. Их лица сблизились. Над освещавшей крыльцо лампочкой кружила мошкара, пытаясь пробиться через стекло плафона. В ближних деревьях ухнул филин.

Майк ничего не слышал. Для него существовали лишь ее обволакивающие, как дыхание, прикосновения. В тот самый миг, когда их губы встретились, в нем вспыхнула какая-то искорка, подобная электрическому разряду, заставившая поверить в то, что это чувство будет длиться вечно.

* * *

«Это было восхитительно», — думала Джулия, когда он уехал. Намного лучше, чем она себе представляла. И поцелуй был вовсе не братский.

Джулия улыбнулась и потянулась к выключателю.

И тут увидела, что Сингер внимательно смотрит на нее, чуть наклонив голову и навострив уши. Казалось, желая задать вопрос: «Неужели я действительно видел это?»

— О чем ты хочешь меня спросить? — произнесла она. — Целовались ли мы? Да, целовались.

Джулия взяла со стола стаканы, все еще чувствуя на себе взгляд пса. У нее почему-то возникло ощущение, словно она подросток, которого родители застукали за каким-то неблаговидным занятием.

— Как будто ты никогда не видел, как люди целуются.

Сингер продолжал смотреть на нее.

— Подумаешь, великое дело, — промолвила Джулия, направляясь на кухню.

Она поставила стаканы в мойку и включила лампу, установленную прямо над краном. Оборачиваясь, заметила скользнувшую в комнату знакомую тень. Пес уселся возле кухонного стола, продолжая смотреть на хозяйку с тем же выражением.

Джулия решительно нахмурилась:

— Может, хватит пялиться? И перестань ходить за мной по пятам.

Только после этого пес отвел глаза.

Так-то лучше, подумала Джулия. Затем взяла кухонную тряпку и принялась вытирать стол. Бросив тряпку в раковину, отправилась в спальню, мысленно проигрывая события сегодняшнего вечера, вспоминая поцелуй… К своему удивлению, она почувствовала, что краснеет.

Погрузившись в размышления, Джулия не обратила внимания на свет фар проехавшей мимо ее дома машины.

* * *

— Ты не спишь? Я не разбудила тебя?

Майк наконец отбросил простыню и сел в постели, узнав в трубке голос Джулии.

— Уже нет.

— Тогда хватит валяться. Нечего терять драгоценное время, — сказала она.

Майк недоуменно поморгал и потер глаза, думая о том, что, судя по голосу, она прекрасно выспалась.