Взгляд со второго этажа - Евгений Щуров

Док смотрел на меня с еле уловимым удивлением.

– Как скажешь, – наконец улыбнулся он.

Он подозвал официанта и предложил рассчитаться за ужин.

– Так рано? – спросил официант.

– Так надо, – ответил вежливо, с небольшой долей иронии Док.

Он рассчитался с официантом, и мы пошли в гардероб. Я обратила внимание, что вина мы выпили от силы четверть бутылки, хоть оно и оказалось очень вкусным. Но я боялась, что от вина заболит голова. Доку же надо было вести машину.

Одевшись, мы вышли на улицу, сели в машину. Стоял морозный поздний вечер. В свете фонарей кружились мелкие снежинки.

– Спасибо за ужин, – поблагодарила я Дока.

– Ты так мало ела, хотя бы всего попробовала?

– Да, всё было очень вкусно! – ответила я. Мы помолчали, пока Док выезжал из дворов, где запрятался уютный ресторанчик. – А ты далеко живешь?

– Совсем рядом, потому и знаю этот ресторан. Иногда ужинаю здесь.

– А завтракаешь?

– Дурная привычка, почти никогда не завтракаю, только чай или кофе, – ответил Док.

– Плохая привычка!

– Знаю. Да два десятка лет так живу, привык, – Док остановил машину на парковке у многоэтажки. – Вот и приехали!

Он помог мне выйти из машины. Мы поднялись на лифте на седьмой этаж. Док отпер дверь, включил в коридоре свет, и мы вошли.

Он помог мне снять шубку, а когда я присела на банкетку снять сапожки, он наклонился и осторожно расстегнул на них молнии. Я погладила его по волосам.

– Спасибо, мой золотой! – я улыбнулась ему.

– Пойдём в комнату, – Док взял меня за руку и провёл в одну из двух комнат, включил свет. – Присаживайся.

Я села на большой диван. Сердечко моё опять сильно застучало, закололо в груди. Стало трудно дышать.

– Будешь кофе? – спросил Док.

– Подожди, садись рядом, – попросила я.

Док сел и сразу обнял меня. Я подставила губки для поцелуя, и он страстно впился в них, пытаясь проникнуть языком глубже. Мы сидя обнимались и целовались, гладили друг друга.

– Я хочу тебя! – шептал Док.

– Я тоже тебя хочу, – жарко вторила ему я.

Не сговариваясь, мы стали бешено раздеваться, разбрасывая одежду где попало, и уже голенькие упали на диван, не погасив свет. Некоторое время Док целовал меня, ласкал своими нежными руками и наконец вошёл в меня. Мы постанывали от удовольствия обладания друг другом, глядели в глаза друг другу, потом я откинула голову назад, и Док целовал мою шею. И вот он весь напрягся, застонал громче и затих, продолжая ласкать меня и целовать.

– Оленька, я безумно тебя люблю! – он тяжело дышал.

– Ты кончил? – спросила я, хотя и без того всё было понятно.

– Да, прости! – он лёг рядом со мной, я повернулась к нему лицом. – У меня очень давно не было женщин.

– Всё хорошо, любимый! – успокоила я его и стала гладить по голове, груди, животику. Абсолютного физического удовлетворения я не получила, да и не ожидала этого от первой встречи, но всё моё тело пело от радости обладания этим удивительно умным, добрым и нежным мужчиной!

– Я пойду, приму душ? – спросила я.

– Конечно, родная моя! – ответил он. – Полотенце, халат найдёшь в ванной. Честно, я специально для тебя купил, розовый. А голубой – мой.

– Спасибо, милый!

Я пошла в ванную комнату. По дороге заглянула в спальню, где было темно. Довольно уютно. Дальше по коридору – большая кухня. Напротив спальни – двери в туалет и ванную комнату.

С удовольствием я приняла душ, растёрлась махровым полотенцем, надела розовый махровый халат. Он оказался мне совсем впору, будто сама выбирала. Спасибо, любимый Док!

Когда я вернулась, голенький Док вскочил с дивана и тоже пошёл в ванную, по дороге поцеловав меня в щёчку, бросив на ходу:

– Ты великолепна!

– Мерси! – улыбнулась я и легла на диван. В комнате так и горел весь свет. Вообще я не стеснительная в сексе: физиология, как поесть или поспать – можно и при свете. Но почему-то думала, Док окажется более щепетильным.

Я осмотрелась в гостиной. Удивительно, диван стоял посередине комнаты. Напротив дивана висела плазменная панель, под ней – столик с аудиоаппаратурой, большие наушники. Справа от дивана – большущее кресло, по углам – цветы в большой вазе, компьютерный столик справа от окна, сервировочный столик на колёсиках в противоположном окну уголке. Довольно мило! А справа от входной двери по всей стене развешаны картины. Боже, сколько их! Чьи-то портреты, пейзажи, даже какая-то абстракция. Сам Док, что ли, рисует?

Вдруг приглушился свет – это тихонько подкрался мой возлюбленный и убавил иллюминацию. Док в голубом халате упал на диван рядом со мной, поцеловал меня и обнял.

– Как с тобой хорошо! – вздохнул он.

– А кто эти картины писал? Ты?

– Я. Это так, хобби, ничего выдающегося, – скромно ответил он.

– Нет, много красивых картин, – искренне сказала я. – Мне многие понравились. Подаришь что-нибудь? Из своих картин.

– Выбирай любую! Можешь несколько, – Док улыбнулся. – Но все не отдам!

– Почему? – шутливо спросила я.

– Не знаю, – задумался он. – Впрочем, забирай все, только зачем они тебе? В некоторых нет настроения.

– А меня как-нибудь нарисуешь?

– Обязательно! И с удовольствием!

Я взглянула на часы на стене. Половина двенадцатого. Пора домой!

– Ой, знаешь, мне пора собираться! – я поднялась с дивана. – Отвезёшь меня?

– Конечно! Но отчего бы тебе не остаться до утра? – спросил Док.

– Извини, такой у меня принцип – ночевать дома.

– Всегда?

– Всегда! Ты ведь пока мне не муж…

– Захочешь – буду! – Док тоже поднялся. – Я тебя очень люблю!

– Я тоже тебя люблю, – я уже скинула халатик и надевала лифчик.

– Какая же ты красивая! – воскликнул он.

– Ну! Не смотри! – я шутливо повернулась к нему попкой и стала надевать трусики.

– Мне уже хочется написать тебя голенькой!

– Ну нет! Не сейчас же! Собирайся, завтра на работу!

Как не хотелось уезжать! Как мило и приветливо в этой квартире с картинами на стенах! У него и в спальне картины. А на кухню я не успела заглянуть. Надеюсь, не последний раз я тут.

Мы собрались и вышли из квартиры. Док молча вывел машину на трассу. Я взглянула на него: он то ли ухмылялся, то ли улыбался.

– Ты обиделся? – спросила я.

– Ну что ты! Нет, конечно! Разве можно на тебя обижаться?