Всегда есть выбор - Дебора Симмонз

— Как же я люблю тебя!

Джейн улыбнулась, услышав голос Рейли. Он как будто почувствовал, что она по нему скучает, и вернулся домой.

— Ты уверен?

Он стоял в дверях и смотрел на нее так, что горячая волна желания окатила ее с ног до головы. Интересно, у нее когда-нибудь перестанет захватывать дух от одного его вида?

— Абсолютно. И я хочу остаться здесь навсегда.

— Ты говорил с поверенным?

— Да, он вернулся и сказал, что у нас есть деньги. Целое состояние, Джейн! Мы сможем сохранить твой драгоценный дом и даже его отремонтировать, нанять слуг и вырастить здесь наших детей.

Рейли не успел договорить, а она уже бросилась ему на шею, и он, подхватив на руки, закружил ее по комнате.

— Ты действительно хочешь жить здесь? — спросила она, когда муж опустил ее на пол. Ей было немного страшно услышать ответ, но она должна знать. — А как же Лондон? Ты по нему не будешь скучать?

— В Лондоне не осталось ничего такого, что бы я не испытал или не сделал. А здесь у меня на кое-что еще не пропал аппетит. — Его глаза сверкнули озорным блеском, а рука скользнула по ее спине и ниже. Джейн посмотрела на него с сомнением. — Мы можем поехать туда, когда тебе захочется, но эта развалюха — моя. Я вдруг почувствовал себя собственником и намерен укрепиться в этом чувстве.

Джейн посмотрела на него пристальным взглядом и поняла, что он говорит серьезно — Рейли и вправду хочет создать семью и жить именно здесь. Он наклонился, чтобы поцеловать ее, но тут совсем рядом что-то грохнуло.

— Опять! — жалобно воскликнул Рейли. Раскинув руки, он оглядел комнату и сказал упавшим голосом: — Почему в этом доме я не могу поцеловать жену без того, чтобы кто-нибудь мне не помешал?

Джейн улыбнулась, поднимая с полу упавшую картину в тяжелой раме, а потом, отступив, залюбовалась портретом пожилого джентльмена с кустистыми седыми бровями и суровым выражением лица.

— Я так и знал! Этот старый шельмец преследует меня с того самого момента, как я переступил порог этого дома. Впрочем, я, верно, должен его поблагодарить за то, что он оставил нам кругленькую сумму денег.

— А ты уверен, что это твой дядя? — засомневалась Джейн, не находя никакого сходства между джентльменом на портрете и Рейли.

— Да он вылитый Холройд, а уж характер виден невооруженным глазом! Слава Богу, что я внешностью пошел в родню со стороны отца.

Джейн разглядывала старика, и почему-то густые брови и суровый взгляд показались ей странно знакомыми. Кого он ей напоминает? Внезапно она обернулась к Рейли, и они воскликнули одновременно:

— Миссис Грейвз! — В голосе Джейн звучала тревога, между тем Рейли остался явно доволен. Поглядев на мужа, Джейн спросила: — Ты понимаешь, что это означает?

— Она его дочь, — кивнул Рейли.

— Но когда она вернулась? Наверняка она не жила здесь все время. Почему он сделал из собственной дочери служанку? — Джейн запнулась: страшная мысль вдруг пришла ей в голову. — Господи, ты не думаешь, что она его убила?

— Нет, Боже упаси! Если бы она задумала его убить, сделала бы это давным-давно. Но теперь я понимаю, откуда взялись все эти средневековые ужасы, которыми кишат готические романы, — эти гремящие цепи и стоны, от которых кровь стынет в жилах, светящийся череп, лужа крови, загадочное предостережение, брошенное в окно, и даже черные монахи. Все это она вычитала из книг, а мы попались. А теперь подумай, Джейн, что главное в готических романах, которые ты так презираешь?

— Мрачные предсказания?

— Не только. И хотя я вряд ли могу считать себя злонамеренным узурпатором, миссис Грейвз уж точно таинственная наследница!

Джейн настояла на том, чтобы присутствовать при разговоре Рейли с миссис Грейвз.

Эта женщина, думал Рейли о Джейн, взяла над ним слишком большую власть и не стесняется ею пользоваться. У нее на все своя точка зрения. Хорошо еще, что их мнение часто совпадает.

— Мне кажется, у нее не все в порядке с головой. Что, если она вдруг взбесится? — сказал Рейли, искоса глянув на Джейн. Но та лишь фыркнула, явно для того, чтобы скрыть улыбку. Надо же, у этой девчушки снова проснулось чувство юмора! Хотя он ничего забавного в предстоящем разговоре не видит.

— Право, Дэв, твоя беззаботность нравилась мне больше. К тому же я уверена, что ты в состоянии меня защитить.

От этой похвалы Рейли расслабился, но тут же понял, что женушка снова им манипулирует.

Протестовать было поздно: миссис Грейвз вошла и села на предложенный ей стул.

— Миссис Грейвз, — начал Рейли, — виконтесса желает, чтобы вы продолжали работать у нас, несмотря на то, что вы были замешаны в ее похищении. Однако обнаружилось, что ваше положение в доме не таково, как мы считали прежде.

Миссис Грейвз тупо смотрела перед собой, будто не понимая, и Рейли решил не ходить вокруг да около.

— Короче, мы знаем, кто вы… кузина.

— Как вы узнали? — после долгого молчания спросила экономка. В ее голосе не было ничего, кроме обреченности.

— Мы нашли письмо мистера Холройда, в котором он признался, что знает о вашем существовании, — мягко сказала Джейн. — С тех пор мы вас разыскивали, а вы, оказывается, были рядом.

— Да. И как давно вы здесь? — В намерения Рейли не входило прощать старой женщине ни обмана, ни ее коварных планов прогнать их из Крейвен-Холла. — Судя по письму, дядя отказался от вас, как только вы родились.

— Да, — сверкнула глазами миссис Грейвз. — Репутация моей матери была погублена. Ей пришлось уехать к родственникам, которые никогда не забывали напоминать, где ее место. Я возненавидела его за то, что он сделал с моей матерью, и после ее смерти вернулась сюда, чтобы отомстить ему.

Пораженный горячностью экономки, Рейли даже пожалел старика Корнелиуса, забывшего, что кровь не водица…

— Я нанялась экономкой, чтобы вернуть то, что принадлежит мне, — призналась миссис Грейвз. — Но отец оказался не злобным демоном, а больным, беспомощным стариком и… кончилось тем, что я стала за ним ухаживать.

— И вы никогда ему не признались? — спросила Джейн.

— Я собиралась, но разум его уже помутился. Он ненавидел женщин и никогда бы меня не нанял, если бы не нуждался в помощи. Мало кто согласился бы терпеть его выходки. Я боялась, что он прогонит меня, узнав правду.

Итак, в конце жизни старому Корнелиусу пришлось принять помощь дочери, которую он отверг, думал Рейли. Где бы этот скряга сейчас ни находился, он, наверное, корчится от злости. А может, и нет, ведь отцу и дочери как-то удавалось ладить друг с другом, и это было для Рейли загадкой. Они оба были Холройдами, а эта семейка всегда отличалась холодностью и всякими причудами.

— И вы остались.

— У меня нет другого дома, — заявила старуха, гордо выпрямившись. Денег у нее тоже не было, хотя она проработала у отца Бог знает сколько времени. При этой мысли Рейли стало неловко.