Ключевой инстинкт - Владимир Колычев

Лариса повернулась к нему, приподнялась на локте, всполошенно поглядела на него.

– А ты Марьяну видела? – спросил Никита.

– Видела. Но только у него в глазах.

– Это как?

– Марьяна заворожила Трофима, поселилась у него в душе. А глаза – окна, ведущие туда.

– Зеркала, – механически поправил ее Никита.

– Окна. Марьяна в нем живет. Она к тебе не хочет. Забудь о ней. – Лариса смотрела на него, взывая к благоразумию.

– Забывают о том, что когда-то произошло. А у нас ничего не было. – Никита мотнул головой, опровергая самого себя.

Было у них с Марьяной. Он обнимал ее, прижимал к столу, она сопротивлялась. Эти мгновения оказались ярче всех тех феерий, которые устраивала ему Лариса. Может, потому и взбесился он сейчас, представив Марьяну в объятиях Трофима.

– Если не было, то и переживать нечего. – Лариса поднялась с кровати и вытянулась во весь рост, пытаясь подчеркнуть совершенные линии своей фигуры, но у Никиты нигде ничего не екнуло. – Если ты не против, я затоплю баньку. Нужно выпарить похмелье. Под холодное пиво. – Она смотрела на него в ожидании одобрения.

Банька, бассейн, пиво – это как раз то, что ему сейчас нужно. Еще Лариса организует эротический массаж, который ему тоже не помешает. Никита неуверенно кивнул и тут же до хруста в суставах сжал кулаки. Лариса доставит ему удовольствие, и это хорошо. Очень плохо, что в это время Марьяна будет угождать Трофиму.

Марьяна ничего не понимала. Кафе требовались опытные официантки, а ее увольняли. Разговор короткий – получите расчет и распишитесь. Как водой ледяной облили с ног до головы.

Марьяна впала в оцепенение и только на улице пришла в себя. Она заглянула в конверт, а там сплошь крупные купюры, тысяч двести, не меньше. С чего бы ей причиталась такая сумма?

– Привет!

Она вздрогнула, услышав голос Трофима, посмотрела на него, впустила в душу улыбку, кивнула в знак приветствия.

– Ты куда, домой? – спросил он.

Видный мужчина, солидный, одет дорого, с иголочки. Никакого сравнения с Глебом. А внутренняя энергетика – тяжелый каток, мягко разравнивающий теплый асфальт.

Марьяна всю ночь маялась без сна, вспоминала то, что пережила с ним в машине. Странное томление, испытанное с Никитой, забылось очень быстро. А то, что было с Трофимом, останется с ней навсегда. Если, конечно, этот момент не будет вытеснен чем-то более сильным.

– Домой?.. С чего ты взял?

– Ты же от кафе идешь, а не наоборот.

– А это что? – Марьяна показала ему конверт, который держала в руке.

– А я должен знать? – Он загадочно улыбнулся.

– Ты должен знать, – уверенно сказала она. – Это же ты все устроил.

– Врать не буду. Хватит тебе горбатиться на чужого дядю.

– А деньги? Я столько не заработала.

– Это не зарплата. Аванс за мой авантюризм. Я не имел права вмешиваться в твою личную жизнь, но влез в нее. Считай, что это компенсация за моральный ущерб.

– Не надо мне ничего! – Она протянула ему конверт.

Трофим взял его, тут же обнял Марьяну за талию и положил деньги ей в карман. Он держал ее мягко, но крепко. В этом объятии она ощутила завораживающую мощь желанного мужчины. В самом низу живота вдруг всколыхнулась теплая волна.

– Давай договоримся, – твердо сказал он. – Что тебе нужно, а что нет, решать буду я.

Марьяна мотнула головой. Нет, она не согласна с таким положением вещей.

Но вторая ее половина согласилась принять сильную мужскую волю и стремительно выходила из повиновения.

– Хорошо, – проговорила она.

– Я считаю, что нам нужно отсюда уехать, – сказал Трофим.

Он отпустил Марьяну, но сила его притяжения заставила ее сделать шаг за ним.

– Куда?

– И отключить телефоны.

– Зачем?

Трофим не ответил. Он подставил локоть, она взяла его под руку, и они подошли к его машине. Он открыл правую переднюю дверцу, помог Марьяне сесть, сам занял место за рулем.

– Я предлагаю устроить загрузочный день, – сказал он, стронув машину с места.

– Ты хотел сказать разгрузочный.

– Нет, я сказал то, что желал. Устроим себе шопинг, обновим гардероб.

– А нужно? – спросила Марьяна.

Но Трофим ничего не сказал. Он уже принял решение, и ей оставалось только его выполнять.

Марьяна – девушка худенькая, стройная. Любое платье садилось на нее идеально. Но что попало – это не для нее. Трофим выбирал для своей любимой самое лучшее.

Она пыталась спорить, но он уже знал, как себя с ней вести. Главное, не вступать в дискуссию.

Трофим пообещал ей оплатить покупки из тех денег, которые она получила при расчете. Но когда подошло время, он предъявил свою банковскую карточку.

– Зачем ты это сделал? Мы же договорились!.. – Она взяла его за руку, с укором посмотрела в глаза.

Трофим не ответил, но Марьяна не успокоилась.

– Так нечестно!

– Честно. Потому что тебе придется все это отработать, – как о чем-то само собой разумеющемся сказал он.

– Как именно?

– Будешь сегодня моделью. А я стану тобой восхищаться.

– Ты шутишь? – Марьяна смотрела на него возмущенно, но это не помешало ей пойти за ним.

Пакет с покупками она прихватила с собой.

В машине Трофим предложил ей пойти в ресторан, но сам же и отказался от этой идеи.

– Тебе, наверное, нужно отдохнуть от ресторана, – сказал он.

Марьяна удивленно посмотрела на него.

– Как ты угадал?

– Стараюсь думать в унисон с тобой. Одна мысль на двоих – признак счастливой пары.

Марьяна промолчала, но Трофим понял, о чем она думает. Во всяком случае, он пытался это уразуметь.

– А с Тамарой я разведусь, решительно и бесповоротно.

Марьяна вздохнула. На чужом несчастье своего счастья не построишь – именно это она и хотела сказать.

– Тамара сама во всем виновата. Меня она обманула, тебя оболгала. Я ей этого никогда не прощу.

– Не надо, – тихо попросила Марьяна.

– Что не надо?

– Ничего не надо. Давай просто помолчим.

Она ничего не сказала, когда он подъехал к дому, в котором отец купил квартиру для Никиты, загнал машину в подземный гараж. В лифт девушка зашла, отбросив сомнения, и квартиру обозрела с таким видом, как будто ничего другого и не ожидала.

– Нравится? – спросил Трофим.