Черный лебедь - Виктория Холт

— Да.

— Мой муж раскрыл нас. Это разбило его сердце. Вскоре он умер. Он был очень болен. Я считаю, что мы убили его. А Жан-Паскаль… ему это безразлично. Он лишь щелкнул пальцами. Он обещал жениться… но нет… Не сейчас. Я ему надоела. Он подыскивает что-нибудь новенькое.

— Зачем вы мне все это рассказываете?

— Чтобы предупредить.

— Я не нуждаюсь в предупреждениях.

— Вы так молоды, и поверьте мне, мадемуазель Лэнсдон, молодость очень влечет людей… пресыщенных?.. Я правильно сказала?

— Да, — подтвердила я, — пресыщенных. Я знаю все, и меня это по меньшей мере не прельщает.

— Тогда я рада за вас. Мне не было нужды говорить.

— Я очень признательна вам. Это так любезно с вашей стороны, но совершенно излишне, потому что я сама все поняла.

— Что ж, я рада. Он плохой человек. Он не может сделать женщину счастливой. О да, сначала он бывает совершенно очаровательным, но потом…

— В любом случае вы желали мне добра, предупреждая меня.

— Я вижу, вы такая молодая, свежая, невинная.

— Все это верно, но кое-что о жизни я уже знаю и ни в коем случае не собираюсь стать, одной из его жертв.

— И вы прощаете меня?

— Прощать вас не за что. Я благодарю вас за то, что вы обо мне побеспокоились. Вам ведь не было известно, что в этом нет никакой необходимости.

— Видите ли, я оскорблена.

Мне были понятны чувства брошенной любовницы.

У меня появилась неприятная мысль: не избавился ли он от нее именно потому, что имел виды на меня?

Я должна бежать. Мне нельзя оставаться в этом замке.

Мадам Карлеон сказала:

— Здесь я сворачиваю. Я довольна, что высказалась. Моя совесть теперь чиста. Я говорю «до свидания». Возможно, мы еще встретимся?

Выразив надежду на это, я направилась к замку.

* * *

Белинда захотела узнать, где я была.

— Я везде тебя искала. Мне необходимо поговорить с тобой. Я написала Седеете. Моn реrе считает, что лучше устроить свадьбу прямо здесь.

— Боже милосердный! Ты только что помолвлена, и все улаживали в спешке, поскольку бедному Бобби нужно было возвращаться домой. Именно с ним ты должна советоваться относительно свадьбы.

— О, он захочет, чтобы все было так, как мне нравится.

— Я думаю, что все-таки следовало бы поинтересоваться его мнением.

— Ну и поинтересуюсь… но только после того, как мы все спланируем.

— Ты все та же, Белинда, — сказала я. — Все должно происходить так, как хочется тебе.

— Конечно, — ответила она.

Жан-Паскаль тоже выразил свое неудовольствие.

— Где вы были сегодня, Люси? — спросил он.

— Я ездила верхом и встретилась с Фицджеральдами.

— Кажется, это входит в привычку.

— Приятно встретить соотечественников за границей.

— Наверное. Но мне вас не хватало.

Мне не понравилось выражение его глаз. Я вспомнила о мадам Карлеон. Что бы он сказал, узнав, что этот день я провела с ней? Более того, что бы он сказал, узнав содержание нашего разговора? В общем-то, она не сообщила мне ничего нового, но ее слова были подтверждением сложившегося у меня мнения.

Да, нужно уезжать.

Не посоветоваться ли с Белиндой? Нет, это бесполезно. К тому же она слишком погружена в собственные дела. Она пока не собирается уезжать, ведь ей нужно дождаться возвращения Бобби и осуществления их планов. Сколько же еще я смогу выдержать в этом замке?

И тогда я подумала о Ребекке. Всю жизнь в трудных случаях я обращалась именно к ней. Мне следовало подумать об этом раньше.

Я напишу ей, объясню, что мне нужно немедленно уехать. Я знаю, что сделает Ребекка. Она приедет во Францию вместе с Патриком, и они заберут меня к себя в Корнуолл. Но, может быть, я все же сумею доехать одна?

Для начала я решила написать Ребекке. Я сделала это вечером.

«Дорогая Ребекка!

Я должна уехать отсюда. Белинда помолвлена и еще долго не уедет. Наверное, я могла бы добраться и одна, но чувствую себя очень неуверенно. Мне нужно доехать на поезде до Парижа, потом из Парижа до Кале и так далее. Только оказавшись на пароме в Ла-Манше, я буду чувствовать себя спокойно. Меня беспокоит то, что я плохо владею французским.

Дорогая Ребекка, мне необходимо немедленно вернуться домой. Помоги мне, пожалуйста. Если бы могла приехать ты, или Патрик, или вы оба… Конечно, я прошу слишком многого, но я всегда знала, что ты готова помочь, а мне до сих пор не оправиться от всех потрясений. Недавно пришла ужасная весть о том, что Джоэль убит. Этого для меня слишком много. Я чувствую себя слабой и глупой, но уверена, что ты меня поймешь. Я так хочу вернуться домой, к тебе.

Твоя любящая сестра

Люси.»

После того как письмо было написано, мне стало лучше. Я припомнила все случаи вмешательства Ребекки в мою жизнь и убедила себя в том, что и сейчас она не подведет меня.

Я ощущала удовлетворение от своего поступка.

Письмо нужно отправить завтра. Интересно, долго ли оно будет идти? Но, по крайней мере, я совершила какое-то действие.

Я легла в постель, однако не могла уснуть. Внезапно меня насторожил легкий шум в коридоре. Я села и замерла. По ту сторону двери кто-то был.

Бесшумно выскользнув из кровати, я подошла к двери. Ее ручка медленно поворачивалась.

Я прислонила ухо к двери. Оттуда доносился звук чьего-то дыхания. Я догадалась, кто там, и задрожала от страха.

Если бы это была Белинда, она громким голосом потребовала бы впустить ее. К тому же было уже поздно. Она пришла бы раньше.

Я знала, кто там стоит. Это был Жан-Паскаль, пытавшийся захватить меня врасплох.

После некоторого ожидания я услышала разочарованный вздох, а затем звук удаляющихся шагов.

Он ушел.

Все еще дрожа, я прислонилась к двери, вспоминая его — рассерженного, озлобленного, сражающегося с лебедем.

Если бы не запертая дверь, он проник бы в комнату.

Мысль об этом наполняла меня ужасом.

Я должна бежать. Я не могу оставаться здесь еще на одну ночь.

Завтра же нужно что-нибудь предпринять.

* * *

Я провела бессонную ночь, но к утру немного успокоилась. Если необходимо, придется добираться домой в одиночку. Насчет поездов все можно выяснить. Все что угодно, лишь бы не проводить еще одну ночь в этом замке. Вчера мне просто повезло! Жан-Паскаль не стучался в дверь и не просил разрешения войти. Он знал, каким был бы мой ответ. Он собирался войти в мою спальню, захватить меня спящей, ошеломить… и что тогда? Мой измученный мозг представил мне картину, которая заставила меня похолодеть от ужаса.