Время не властно - Нора Робертс

Со дна ящика письменного стола Либби ловко выудила вещицу, похожую на часы. Санни увидела, что от часов к компьютеру тянется тоненький, прозрачный проводок. Либби включила компьютер и нетерпеливо махнула рукой:

— Иди сюда!

Санни осторожно подошла к сестре:

— Что это за штуковина?

— Наручное устройство Кэла. Компьютер.

— Слушаю.

Услышав металлический голосок, Санни вздрогнула, отчего стул повалился на пол.

— Как ты это делаешь?

— Техника на грани фантастики. Достижения XXIII века!

— Но… но… но…

— Ты еще ничего не видела. — Либби снова устремила взгляд на экран. — Компьютер, нам нужны сведения о Джейкобе Хорнблауэре.

— Хорнблауэр, Джейкоб, родился в Филадельфии 12 июня 2224 года. Астрофизик, в настоящее время возглавляет отделение астрофизики Дарнемской научной лаборатории в Филадельфии. В 2242 году закончил с отличием Принстонский университет, в 2244-м защитил диссертацию. Специальность — юриспруденция. Статус ААА. В 2248 году закончил докторантуру по специальности «астрофизика». В 2247–2249 годах избирался лучшим игроком Межгалактической софт-больной лиги. Амплуа: подающий.

Санни издала истерический смешок.

— Перестань!

Компьютер замолчал. У Санни подкашивались ноги. Она невольно отступала все дальше, пока не натолкнулась на кровать.

— Так это правда?

— Да. Сосчитай до десяти, — посоветовала Либби. — К такому не сразу привыкаешь.

— Он говорил, что занимается путешествиями во времени. — Санни снова нервно рассмеялась. — Ничего себе! — Она плотно зажмурила глаза. Это сон, твердила она себе, смешной, нелепый сон. Но когда она снова открыла глаза, ничего не изменилось. — Похоже, кто-то здорово подшутил надо мной. — Она услышала, как внизу хлопнула дверь, и тут же вскочила на ноги. — Сейчас обо всем его расспрошу… сейчас…

— А может, ты лучше… — Либби замолчала, потому что Санни круто развернулась к ней. — Ладно, не важно! — Она села на кровать, а Санни ринулась вниз по лестнице.

Но столкнулась она с Кэлом, а не с Джейкобом.

— Где он? — закричала она.

— Он… там. А Либби наверху?

— Да. — Санни широко раскинула руки, преграждая зятю проход. — И она очень расстроена!

— Ей не из-за чего расстраиваться.

Поскольку его глаза уже ответили на некоторые ее вопросы, Санни немного отмякла.

— Калеб, паршивец, хорошо, что ты понимаешь, как тебе повезло!

— Я тоже тебя люблю.

Санни снизошла до поцелуя в щеку, но ничего не ответила. Потом, думала она. Позже она все хорошенько обдумает. И может быть, сойдет с ума. Но сейчас у нее есть дела поважнее.

— Я хочу знать, где твой мерзавец братец. Только не пытайся меня остановить. Либби мне все рассказала.

Но Кэл по-прежнему держался настороженно.

— Что она тебе рассказала?

Санни склонила голову набок.

— Еще не поздно говорить: «Добро пожаловать в XXвек»?

У него на губах снова заиграла улыбка.

— Нет, не поздно. Джей-Ти там, на звездолете. В лесу, километрах в пяти к северо-востоку. Езжай по следу. — Он не выпускал ее. — Санни, ему сейчас нелегко. Я причинил ему боль.

— Не такую, как причиню ему я!

Кэл хотел было что-то сказать, но вспомнил, что Джейкоб всегда был способен за себя постоять. Поэтому он пошел наверх, к жене.

Либби по-прежнему сидела на кровати и смотрела в сторону окна — и как будто в пространство. Лицо у нее было спокойное, ладони, лежащие на коленях, она развернула к животу, словно защищая растущую в ней жизнь. Калеб посмотрел на нее, и его захлестнула мощная волна нежности.

— Привет!

Либби вздрогнула и через силу улыбнулась:

— Привет. Тяжелый день. — Не дав ему ничего сказать, она вскочила на ноги. — Мне столько всего надо сделать. Я еще не закончила разбирать вещи, а еще нужно успеть приготовить праздничный ужин…

— Подожди минутку. — Он взял жену за руки, не давая ей уйти, и притянул ее к себе. — Я люблю тебя, Либби.

— Знаю. — Она застыла, положив голову ему на плечо.

— Нет, по-моему, не знаешь. — Он ласково отодвинул ее от себя и заглянул в лицо. — Хотя прошло столько времени, ты так ничего и не поняла. Как ты могла подумать, что я улечу? Тогда… или сейчас.

Она покачала головой.

— Сядь, — прошептал он.

— Калеб, не знаю, что тебе сказать. — Она села, сплетя пальцы, чтобы не дрожали. — Я могу лишь гадать, ты себя чувствуешь, увидев брата, — ведь ты думал, что уже никогда не встретишься с ним. Тебе напомнили обо всем, что ты оставил, о людях, которых ты бросил.

— Все сказала?

В ответ она лишь жалко передернула плечами.

— Джей-Ти дал мне копию письма, которое он нашел, когда откопал нашу с тобой капсулу времени. — Присев рядом, он бережно сжал ее руку. — Он его не читал, — продолжал Кэл. — Письмо по-прежнему в конверте.

— Как он мог скопировать письмо, если оно по-прежнему… — Либби осеклась и усмехнулась. — Глупый вопрос!

— Ты положила письмо в капсулу, чтобы я прочел его, когда вернусь в свое время. — Он вынул письмо из кармана.

Либби нахмурилась. Конверт выглядел точно так же, как когда она укладывала его в коробку. И все же… Бумага другая, поняла она, проведя по ней пальцем. Толще, прочнее. Впрочем, возможно, это вовсе и не бумага… По крайней мере, не такая бумага, к которой она привыкла.

— На обратном пути от звездолета я остановился и прочел его. — Кэл расправил листок на коленях. — Если бы даже я и спятил настолько, чтобы улететь от тебя, такое письмо обязательно вернуло бы меня назад… Не знаю как, но вернуло!

— Я не для этого его писала.

— Знаю. — Он взял жену за руку, медленно поцеловал все пальцы по очереди. — Оно очень много для меня значит. Ты помнишь, что написала?

— Кое-что.

— Вот это. — Он глянул на письмо. — «И все же в глубине души мне хотелось, чтобы ты был там, где твое место». — Он отложил письмо в сторону. — Ты серьезно?

— Да.

— Тогда радуйся. Я очутился там, где мое место. — Не переставая целовать жену, он повалил ее на кровать. — И ты тоже.

Санни без труда нашла следы. На снегу виднелись две колеи, и обе от «лендровера». Одна колея вела прочь от хижины, одна — в обратном направлении. Она сидела мрачная и крепко сжимала руль. Все мысли куда-то улетучились.

Она не будет думать… думать еще рано. Если она начнет думать, она, наверное, совсем съедет с катушек. Правда, ее всегда влекло все необычное, но сейчас… пожалуй, дело зашло слишком далеко.