Приглашение к греху - Сюзанна Энок

Закери лег, опершись на локоть, и посмотрел на Кэролайн. Кто бы мог подумать, что девственница может быть такой страстной, а его завести так, что он не снял сапоги, а брюки спустил только до колен. Считалось, что девственницы должны быть нервными и застенчивыми, а к этому моменту рыдать, оплакивая свою погубленную репутацию.

Однако Кэролайн провела пальцами по его груди, возможно, для того, чтобы запомнить мускулатуру или еще для чего-нибудь. А потом рука опустилась ниже, и ее прикосновение заставило его подскочить. Ему пришлось собрать в кулак всю свою волю, чтобы не начать все сначала. При всей своей смелости Кэролайн вряд ли хотела забеременеть.

– Ты должна дать мне передышку, прежде чем мы повторим наш опыт. – Он наклонился и поцеловал ее. – Но сегодня у нас вряд ли будет время, учитывая обстоятельства.

– Это было великолепно, – сказала она, все еще не совсем придя в себя. – А что бы ты сделал по-другому, если бы у тебя было больше времени?

– Ты не удовлетворена?

– Даже очень. Просто ты сказал, что тебе хотелось бы, чтобы у нас было больше времени. Так что бы ты в таком случае сделал?

Закери провел пальцем вокруг соска, наблюдая затем, как он затвердевает.

– Ну, во-первых, есть другие положения.

– Господи, – прошептала она, снова выгибая спину. Оказывается, двадцать минут – это мало.

– А еще…

– Я видела книги по искусству с неприличными рисунками, – прервала она его, очевидно, пытаясь вернуть свое умение рассуждать логически.

– О! – Он подавил усмешку. – А еще существуют взаимные ласки, доставляющие удовольствие обоим.

– Ты не ощутил удовольствия?

– Ощутил. Но я не об этом…

– Мне тоже так показалось…

– Каро, Закери, время ленча!

Словно в ответ на голос Сьюзен, Молли всхрапнула и что-то пробормотала. Закери вмиг вскочил, натянул и застегнул брюки, потом схватил в охапку рубашку, жилет и галстук. Шаги все приближались. Кэролайн судорожно натягивала платье, он помог ей с накидкой, прикрыв открытую спину.

– Скажи им, что я пошел прогуляться, – прошипел он и нырнул в кусты.

Он нашел место за большим фальшивым камнем и, спрятавшись за ним, стал надевать рубашку. Он слышал, как Кэролайн совершенно спокойным, ровным голосом говорила, что они закончили портрет и Закери сказал, что ему необходимо размять ноги. Слава Богу, что она была рассудительна и не такая, как ее сестры, жаждавшие выйти замуж. Иначе Эдмунд Уитфелд, наверное, уже несся бы из дома с мушкетом в руках, а за ним бежал бы священник с Библией.

Застегнув пуговицы жилета и с некоторым трудом завязав галстук, он обошел руины и вышел на дорожку, огибавшую пруд. Потом, глубоко вздохнув и проверив, в порядке ли его одежда и все ли пуговицы застегнуты, он вернулся на то место, где он позировал Кэролайн.

– Мне показалось, что кто-то звал на ленч? – как ни в чем не бывало спросил он, увидев девушек.

– Вы должны увидеть бальный зал. – Джоанна схватила его за руку. – По-моему, мама скупила все желтые ленты в Уилтшире.

– Все это похоже на паутину, – прокомментировала Энн.

– Неправда. Выглядит прелестно. А сейчас как раз привезли желтые ирисы и лилии, – сказала Джулия, завладев второй рукой Закери.

А ему хотелось взять за руку Кэролайн. Он подвел близнецов к портрету.

. – Вы уже видели, что получилось? – Он освободился от девичьих рук, чтобы указать на портрет.

– Ты отлично справилась, Каро. Месье Танбергу наверняка понравится.

– Спасибо. Идите вперед. Мне надо отнести портрет ближе к дому, чтобы высохли краски.

– Я помогу вам, мисс Уитфелд, – поспешил сказать Закери. – Мы вас догоним.

Закери показалось, что Энн глянула на него с подозрением, но скорее всего он просто нервничал. Ведь они чуть было не попались. Когда сестры, громко жалуясь на Кэролайн за то, что она так надолго отняла у них Закери, скрылись за поворотом, он подошел к Кэролайн.

– Я не могла найти свои туфли, – прошептала она, осторожно, чтобы не смазать краски, опуская портрет в деревянный ящик.

Когда она наклонилась, он мельком увидел ее голые ступни, и его снова охватило желание.

– Я сейчас их найду.