Беременность на миллион - Ольга Джокер

- Влажной тряпочкой нужно пыль вытирать, а не щеткой! Учить тебя и учить, несносная казахская женщина! - слышится что-то вроде шлепка.

Когда я нанимал девушку к себе на работу она всегда была покладистой и чистоплотной и устраивала меня абсолютно во всем.

Показываюсь в дверном проеме и замечаю раскрасневшуюся помощницу, которая нервно одергивает подол черного платья и злобно смотрит в сторону отца. На щеках лихорадочный румянец, чёрные как смоль волосы растрепаны и выбились из всегда безукоризненной причёски. Розовая помада цвета фуксии почему-то размазана по лицу. При чем не только по лицу Айгуль, а еще и папиному.

- Руслан Сергеевич, это невыносимо работать в таких условиях, - в уши врезается противный писклявый голос помощницы.

Тычет пальцем в сторону отца и чуть не плачет.

Опираюсь головой о дверной косяк, устало закрываю глаза и качаю головой потому что меня удивляет очевидность факта, который эти двое в упор отрицают.

- Уволь её немедленно сын! Она только что крошила морковь для супа на крупную тёрку! Уму непостижимо!

Папа спохватывается – застегивает ширинку и краснеет словно школьник.

Когда кажется, что голова вот-вот лопнет от обилия ненужной информации, слышится длинный непрекращающийся звонок во входную дверь. Разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и абсолютно не догадываясь кто пришел в столь поздний час открываю замок.

На пороге стоит моложавая женщина неопределённого возраста под руку с низким упитанным евреем судя по кипе у него на голове.

- Абрам, ты посмотри какой красивый мужчина у моей дочери!

Абрам молчаливо кивает и переводит взгляд на жену.

- Что здесь собственно происходит? – спрашиваю все еще не понимая в чем дело.

- Сынок, ты шо не узнал мать своей невесты? Меня зовут Клава, а это мой муж – Абрам Моисеевич и мы с семьей только что прилетели на вашу с Сашенькой свадьбу из Одессы.

- Мы с семьей? – переспрашиваю все еще имея надежду на то, что мне послышалось.

- Конечно, мы, - словно по мановению волшебной палочки из лифта выходит трое молодых людей и приветливо мне салютуют.

Саша.

Доктор Вагин делает заключительное УЗИ и что-то задумчиво пишет на листке. Невыносимо долго и кажется, что на самом деле прошла не минута, а значительно больше. Комкаю в руках салфетку, которой собралась вытирать измазанный гелем живот и нервно кусаю губы в ожидании результата.

«Пожалуйста-пожалуйста! Пусть только с малышкой будет все хорошо!», - шепчу про себя.

- Отслойка уменьшилась, - произносит доктор Вагин прерывая тягостное молчание. Смотрит на меня сквозь прозрачные очки и молчит.

- Это хорошо? – спрашиваю с надеждой. Сердце при этом клокочет и кажется вот-вот выпрыгнет из груди от волнения.

- Да, определенно хорошо. Могу выписать Вас уже сегодня. С одним только условием – никаких переживаний, волнений и полный покой.

- Хорошо, я обещаю! - почти кричу от радости.

Довольная несусь в палату, чтобы собрать вещи и позвонить Руслану, но он уже ждет меня у окна. Стоит спиной сунув руки в карманы брюк и задумчиво смотрит на шумную летнюю улицу.

- Привет, - тихо захлопываю дверь и подхожу ближе. Обхватываю руками его талию и прижимаюсь к сильной спине.

- Меня сегодня выписывают, - произношу чуть слышно. Руслан поворачивается, берет моё лицо в свои ладони и смотрит прямо в глаза.

- Я рад, Сашка. Правда я как раз хотел попроситься пожить в клинике неопределенное время, потому что в нашей с тобой квартире творится полнейший хаос – атака казахов, евреев и будущей тещи. А еще кажется не тольку у нас с тобой свадьба. Отец в который раз надумал женится.

Глава 43

Саша. Прошло шесть месяцев.

- Саша, ты же помнишь, что говорил доктор? Самое главное - глубоко дышать каждую схватку. Делать мощный вдох, потом выдох. И что важно - не паниковать. Я уже подъезжаю к дому, малыш.

- Помню, Руслан. Конечно же помню. Только пожалуйста побыстрее.

Несмотря на то, что в нашем загородном доме куда мы сбежали сразу же после выписки из больницы сейчас находится толпа людей, которая активно готовится к рождению крошечного ребёнка – без Руслана мне правда страшно.

- Саша, ты какая-то бледная, - произносит мама, когда проходит мимо меня с яркой мягкой игрушкой в руках.

- Всё в норме.

- Отстань от ребенка, Клава! Какой она может быть, если у нее в животе ежесекундно толкается уже созревший ребёнок! – проходящий мимо Сергей Борисович не упускает возможности позлить маму своим скверным характером.

Мой любимый сумасшедший дом. Улыбаюсь и тут же хватаюсь за низ живота. Болезненная схватка нарастает с новой волной, но перед атаковавшими меня родственниками не хочется подавать виду, что мне больно, чтобы избежать лишних вопросов. Хочется просто свалить отсюда пока никто не видит и не достает своей гиперопекой.

Я люблю своих родных просто безгранично, но иногда их так много в моей жизни, что я просто не успеваю соскучится за те короткие периоды времени, когда нас с Русланом оставляют наедине.

Стрелки часов замедляются и кажется, что время стоит на месте. За окном глубокий вечер, а Зимина всё нет. Новая схватка гораздо болезненнее предыдущей, и я стараюсь незаметно для всех перенести вещи приготовленные для роддома со второго этажа вниз и спрятать в шкафу прихожей до появления Руслана. Конечно, мы планировали совместные роды, но без участия бабушек и дедушек.

Когда слышу шум мотора во дворе накидываю на себя безразмерную куртку для беременных, потому что в обычный пуховик так и не смогла затолкать свой достаточно объемный живот. Влезаю в удобные угги, надеваю шапку со смешным балабоном. Руслан показывается на пороге совсем скоро и увидев спокойного мужа мне становится проще дышать.

- Готова? – спрашивает тихо.

- Да, бежим, - вкладываю свою ладонь в его руку и делаю шаг в сторону выхода под болезненную схватку.

Сжимаю руку Руслана до хруста словно он сможет перенять хотя бы немного той боли, что есть у меня сейчас. Он толкает дверь на зимнюю улицу, и я слышу в спину настороженный голос мамы.

- А вы куда собрались?

Что лучше в данной ситуации – начать бежать к машине по снегу в надежде что тебя не догонят или остановится и начать оправдываться за то, что не рассказала родным о приближающихся родах с самого начала?

- Гулять, - выпуливаю первое что приходит в голову.

- Гулять? В десять часов вечера? В снегопад? - мама качает головой и смотрит на нас с укором. - Серге-е-ей! Абрам! Айгуль! Все бегом сюда! – мама кричит на весь дом, и я понимаю, что план побега с треском провалился.

В прихожей толпятся наши родственники и начинают сыпать вопросами не к месту. Кто-то настаивает на вызове скорой помощи, кто-то на домашних родах в присутствии акушерки.