На месте Валерии - Элизабет Бенавент

— А знаешь, готов поклясться, что ты избегаешь физических контактов со мной, — прошептал он, поглаживая мою кожу.

— Старалась. Я с тобой едва знакома. — И я закрыла глаза.

— Разве этого не достаточно?

Повернув голову, я посмотрела на него:

— Зависит от точки зрения.

— Ты ставишь меня в затруднительное положение, на самом деле. — Он закусил губу, такую сочную и чувственную.

Я перевернулась и положила руки ему на колени.

— Очень затруднительное, — подчеркнул он.

— Помимо своей воли.

Мои руки сами собой скользнули вверх по его ногам, обтянутым джинсовой тканью, к бедрам, но не вторгаясь в запретную зону.

— Ты знаешь, как ты соблазнительна? — вполголоса спросил он, пожирая меня взглядом.

— Не говори глупости. — Я опустила голову. Мои ладони все еще покоились на его бедрах.

— Я и не говорю. Из-за тебя я чувствую себя, как прыщавый подросток. — Он взял мою руку и, легонько ее встряхнув, повертел на пальце обручальное кольцо, а потом снова выпустил. Мы переглянулись, и он высказал вслух то, о чем я уже начала серьезно думать: — Может, тебе следует вернуться домой к мужу и наладить с ним отношения?

Я встала, и Виктор тоже. Боже, каким же он был большим и как мне хотелось утонуть в его объятиях!

— Ты даже не спросишь почему? — Он остановил меня, придержав за талию.

— Нет. Ты прав. Мне нужно кое-что сделать.

— Надеюсь, ты понимаешь: я не хочу, чтобы ты уходила?

— Тогда я спрашиваю: почему?

— Потому что я на пределе, Валерия. И кроме того, меня бесит, что ты страдаешь из-за того, что этот тип тобой пренебрегает.

— Все совсем не так.

— Уверен, что он даже не дотрагивается до тебя.

Черт, разговор явно свернул не в ту сторону. Протянув руку, Виктор погладил меня по плечу.

— Он прикасается к тебе?

— Нет, — призналась я, глядя на него, словно завороженная.

Виктор приблизился ко мне, наклонился, отвел волосы со лба и сказал тихо:

— Передай ему кое-что от меня. Передай, что он не заслуживает уважения, которое проявляю я. Передай, что он не заслуживает уважения, которое проявляешь ты. Передай, что, если бы не он, мы с тобой занимались бы любовью так, что рухнул бы потолок. Пусть пошевелится. Однажды мне станет по барабану, существует он или нет.

Я отступила на шаг, глядя на него широко раскрытыми глазами. Мне не хватало воздуха, и я задышала ртом. Пора было прощаться, все это зашло слишком далеко.

— Черт возьми, — пробормотала я.

— В самом деле? — Он не сводил с меня глаз.

И тут я глянула поверх его плеча на диван и лукаво улыбнулась, разрушив напряженную, пожалуй, даже интимную атмосферу. Мне не хотелось расставаться на такой ноте.

— Именно на этом диване вы развлекались с Лолой?

Виктор, плотоядно улыбнувшись, ответил:

— Не знаю, кто из вас хуже, Лола с ее длинным языком или ты со своей язвительностью.

Эта улыбка напомнила мне, что Виктор не принадлежал к числу романтических юношей, искавших вечную любовь. Нет, он из тех, кто по выходным давал мастер-класс по аэробике типа «поднимите ноги на высоту плеч».

— Так диван тот или нет? — Мне захотелось поиграть.

— Тот самый.

Прикусив губу, я изучающе посмотрела на диван, и помимо воли в мыслях у меня стали рождаться картины весьма фривольного толка.

— Мечтаешь? — спросил он, засовывая руки в карманы джинсов.

— Нет. Не питай напрасных иллюзий.

— Скажи хотя бы, что Лола обо мне не самого худшего мнения.

— Я начинаю подозревать, что ты ее подкупил.

Он удивленно приподнял брови:

— Неужели? — Обняв за талию, он привлек меня к себе.

— Она утверждает… — начала я.

— Что?

— Ничего.

— Ну не томи, — взмолился он.

Я прижалась к его груди и едва заметно погладила его кожу в вырезе его рубашки.

— Мне не следовало бы тебе говорить…

— Но тебе хочется.

— Да. Мне интересно посмотреть на твою реакцию.

Мы рассмеялись, и Виктор положил руки мне на бедра.

— Она утверждает, что ты трахаешься как бог, — прошептала я.

— Как бог?

— Ага. Она призналась, что кончила три раза, едва ты начал.

— И что ты об этом думаешь? — Его рука скользнула вниз по изгибу моей спины и невесомо легла на ягодицы.

— Что лучше бы ты прекратил трогать меня таким образом.

— Ты представляешь, сколько всего приходит мне в голову прямо сейчас? — Его ладони вновь переместились на мои бедра.

— Нет. Что, например?

Мы стояли с Виктором, полуобнявшись и учащенно дыша. Он нежно отвел волосы с моего лица и прошептал:

— Остановись, пока можешь. Я начинаю сходить с ума.

— Заметно, — отозвалась я, намекая на явные признаки эрекции.

— С Лолой я не делал и половины того, что хотел бы попробовать с тобой. — Его дыхание стало прерывистым.

— Атмосфера слегка накаляется, тебе не кажется? — Я попыталась мягко отстраниться.

— Слегка.

— Мне нужно идти, — сказала я, внезапно сделавшись серьезной.

— Уходи, прежде чем я сорву с тебя трусики и возьму, прижав к стене, — чувственно прошелестел он мне на ухо.

Уф. Это было уже слишком. Мне показалось или мое нижнее белье находилось на грани исчезновения в результате спонтанного самовозгорания?

— А вот теперь атмосфера опасно накалилась. — Я отступила на шаг и, изображая полную невозмутимость, направилась к выходу.

Виктор ринулся вперед и ловко преградил путь к двери.

— Прости, я не должен был этого говорить.

— Да, не должен был. Я женщина чувствительная, и меня потом замучают кошмары. — Я кокетливо похлопала ресницами.

Возникла пауза, и на его губах обозначилась улыбка:

— Я тебе снился?

— Пусть это останется моим секретом.

— Надеюсь, я тебя не разочаровал.

— Не скажу, — улыбнулась я.

— Сколько стоит информация?

— Много. Тебе нечего мне предложить по сходной цене.

— Если ты признаешься, я отпущу тебя, не приставая с поцелуями. — Он обхватил меня за талию и наклонился к моему лицу.

— Блефом меня не возьмешь, — я усмехнулась.