Твой пылкий поцелуй - Мэри Блейни

– Дочка миссис Гилрей вернулась!

Гейбриел сидел за столиком в углу, наблюдая за реакцией на эту новость одного из посетителей пивной.

– Она привезла еще одного ребенка.

– Вот как? И сколько же внебрачных ублюдков может иметь женщина?

– Это не ее дети, болван. Она спасает их из публичных домов. – Приятель первого оратора обвел присутствующих значительным взглядом.

– Может, и так. Поговаривают, что она собирается открыть школу.

– Да?

– Для художников. На осенней ярмарке она сделала бумажные портреты моих мальчишек. Теперь она будет учить их зарабатывать этим на жизнь. Но, по-моему, на жизнь они не заработают, если не будут подрабатывать карманниками на стороне.

В пивной воцарилось молчание, словно идея о школе для карманников никому особо не понравилась.

– Эй, вы! – Хозяин пивной зажег лампу на деревянной стойке. – Миссис Гилрей никогда не допустит ничего незаконного. Она постоянно ходит в церковь и ухаживает за теми, кто не может обслуживать себя сам.

Присутствующие дружно закивали, и он продолжил:

– А вот девице вроде ее дочери, мисс Линетт, трудно придется без мужчины.

– Ладно тебе, Адаме! Если она захочет, то может пятерых мужиков затащить в постель, а ты специально находишь ей оправдание, потому что все твои женщины работают у Гилреев.

Хозяин хмыкнул:

– Я узнал бы первым, если бы там было что-то не так. Молодая Гилрей, конечно, странноватая женщина, скажу я вам: никогда не знаешь, когда ей взбредет в голову отправиться в путешествие. Но мне она никогда не давала повода думать о ней плохо.

Никто не оспорил этого факта, и Гейбриел, откинувшись назад, закрыл глаза. Только в Англии ты можешь найти селение, где в пивной не любят посплетничать.

Когда компания принялась с энтузиазмом обсуждать результаты скачек в соседнем городке, Гейбриел покинул пивную. На улице было теплее, чем обычно бывают весной в Дербишире. Шагая в сумерках по дороге, ведущей в усадьбу Гилреев, он думал о том, что это столь же подходящее место, как и любое другое, чтобы наблюдать за звездами.

Главное, чтобы Линетт не взбрело в голову уехать, прежде чем он успеет поговорить с ней.

Добравшись до места, Гейбриел опустился на землю и прислонился спиной к дереву. Подождав, пока глаза привыкнут к темноте, он стал наблюдать за домом. К счастью, куртка отлично защищала его от вечерней прохлады. Лишь бы не пошел дождь…

Стоило ему подумать это, как ветер отнес облака в сторону от прибывающей луны, и теперь дорожка, ведущая к дому, попеременно купалась в тени и лунном свете.

В этот момент Гейбриел заметил, что из-за дома появилась женщина и, подойдя ко входу, присела на ступеньку, а затем взяла в руки кота и положила его себе на колени.

К счастью, Линетт не смотрела в его сторону: ее взгляд был устремлен на луну и блистающие вокруг звезды.

Теперь ему можно было уходить: очевидно, она не собиралась бежать от него, по крайней мере, этой ночью. И все же Гейбриел не тронулся с места, продолжая смотреть на Линетт, как мальчишка смотрит на женщину, которую не решается обнять.

Скучает ли она по нему, или почувствовала облегчение, расставшись с ним навсегда?

Встав, Гейбриел размял ноги и двинулся к дому по аллее, чтобы Линетт могла видеть его, размышляя при этом, какой все-таки это удивительный дар – свобода.

* * *

Линетт ничуть не сомневалась, что вечером Гейбриел придет сюда. Усадив кота у двери, она встала и пошла ему навстречу.

– А я предполагал, что мне придется всю ночь сидеть под деревом и смотреть на вас.

– Судя по всему, нет. – Шарлотта едва заметно усмехнулась.