Разбивая ле - Ким Болдуин

Брайсон внимательно смотрела на нее, ожидая продолжения.

– Всю жизнь я мечтала влюбиться, и когда это наконец произошло, когда я ощутила первую волну… Ох… Я даже не знаю… Наслаждение близостью, физической и духовной, ощущение того, что я кому-то нужна… Я приняла все это за нечто большее, чем было на самом деле. Теперь я вижу, что у нашей семьи не было прочного фундамента – общих целей и желаний, одинаковой увлеченности друг другом. Мы не могли вместе решать проблемы, которые у нас возникали. Если говорить о наивности, то я самый наглядный тому пример.

– Судя по всему, добром эта история не кончилась, – сочувственно проговорила Брайсон. – Вы были женаты?

– Официально, нет. Но мне всегда казалось, что так оно и было. – Карла глубоко вздохнула. – Оказалось, что так считала только я.

– Мне очень жаль. Похоже, тебе действительно Досталось.

– Просто все случилось слишком неожиданно. От этого больнее всего. И это произошло всего за две недели до смерти моей матери.

– Да уж… Тебе на самом деле пришлось очень тяжко. Неудивительно, что ты была такой… взвинченной и обеспокоенной, когда прилетела сюда.

– Неадекватной – более точное слово. Шальная тройка неожиданностей: расставание с любимым человеком, смерть мамы и известие о том, что у меня есть сестра. И все это свалилось на меня примерно в одно и то же время.

– А если не считать этой ночи, тебе стало лучше? От того, что ты прилетела сюда? – тихо спросила Брайсон.

– Да, сейчас мне гораздо лучше. Благодаря этой поездке у меня было время подумать и взглянуть на ситуацию со стороны. Аляска помогла мне разобраться в себе… – она подождала, пока Брайсон поднимет на нее взгляд. – А семья и новые друзья помогли мне по-новому взглянуть на свою жизнь. Да, я очень рада, что прилетела сюда.

– Я тоже этому рада. – Брайсон улыбнулась, но в ее глазах была грусть. – Будет трудно с тобой расстаться. Надеюсь, мы не перестанем общаться, когда ты вернешься в Атланту.

– Конечно, я… – ее ноги почувствовали легкое покалывание.

Брайсон перестала помешивать воду.

– Что случилось?

– Чувствительность возвращается, – ступни Карлы начинали розоветь, что было очень хорошим знаком.

– О, слава Богу!

Но вслед за приятным известием последовала жуткая боль. Ощущения были такие, будто ноги Карлы разделывают, как индейку на День Благодарения.

Застонав, она откинулась на спинку дивана:

– Как же больно.

– Таблетки не помогают?

– Не особенно, – проскрежетала девушка, сквозь стиснутые зубы. – Ох, я бы сейчас все отдала за укол морфина.

Несколько последующих часов Карла провела в настоящей агонии, ее тело было так напряжено, что мышцы спины и плеч начало сводить судорогами.

Брайсон тем временем продолжала процедуру отогревания ног Карлы, регулярно подливая кипяток и помешивая воду, чтобы температура в тазу была постоянной. Она предпринимала попытки отвлечь Карлу разговорами, но это едва ли помогало.

Наконец, мучительная боль превратилась в ноющее биение, ноги раскраснелись и слегка опухли. Но зато Карла чувствовала их и, насколько она могла судить, кожа нигде не была повреждена.

– Думаю, хватит. Теперь следует наложить повязку. – Карла медленно вытащила ноги из воды. – У тебя есть бинт?

– Сколько угодно. Позволь мне помочь.

Брайсон достала свою аптечку, очень ловко и осторожно высушила ноги Карлы и профессионально наложила повязку.

– Ты, наверное, чертовски устала, – сказала она, завершая свою работу. – Думаешь, у тебя получится заснуть?

Карла потянулась, пытаясь распутать тугой узел напряженных мышц в спине.

– Ощущения такие, будто по мне колонна танков проехала, но, в принципе, да – стоит попытаться.

Я бы предложила тебе свою постель, она гораздо удобнее этого матраца. – Сказала Брайсон, поднимаясь на ноги. – Но не думаю, что в твоем состоянии стоит карабкаться по лестницам.

– Не беспокойся, я и на диване замечательно устроюсь. Просто дай мне подушку и одеяло.

– У меня есть идея и получше, – сказала Брайсон. – Только надо будет на минутку тебя подвинуть.

Она подхватила Карлу на руки, собираясь пересадить ее в кресло, но, передумав на полпути, снова выпрямилась.

Их лица оказались очень близко, в этот момент Карла почувствовала каждый сантиметр, где соприкасались их тела. Ее рука обвивала шею Брайсон, ощущая удивительно крепкое плечо. Но самым волнительным было то, что грудь Карлы находилась в считанных сантиметрах от чувственных губ Брайсон.

– Очевидно, что как минимум пару дней ты не сможешь передвигаться самостоятельно. Я просто хотела сказать, чтобы ты ни о чем не стеснялась меня просить, – Брайсон, похоже, не разделяла того волнения, которое охватило Карлу в столь интимном положении. – Я подумала, что перед сном, тебе вероятнее всего понадобится небольшой пит-стоп.

– Отличная мысль. Какао уже начинает проситься наружу, – Брайсон отнесла ее в уголок и усадила на переносной биотуалет, установленный за ширмой. – Я принесу еще дров и выключу генератор.

Брайсон удалилась, давая Карле возможность уединиться.

Осторожно, стараясь не наступать на ноги, Карла стянула с себя джинсы. Натянуть их обратно оказалось задачей гораздо более сложной, и девушка даже подумала, не остаться ли ей в теплых подштанниках до самого выздоровления. От ее напряженных движений боль в ногах усилилась. Процесс выздоровлении обещает быть не из легких. Но то, что рядом будет Брайсон, определенно придавало ей сил.

Шум генератора за стеной затих, и в следующую секунду погасли все лампы в доме. Брайсон вернулась и, отряхивая снег с ботинок, проговорила из полумрака:

– Сейчас, одну минутку.

Комната раскрыла перед Карлой свои гостеприимные объятья, когда Карла, удобно устроившись в руках Брайсон, показалась из-за ширмы. Брайсон за это время разложила диван, накрыла его простыней, принесла стеганое одеяло и три подушки. На столике у дивана стояла пара больших толстых свечей, отбрасывающих причудливые тени.

– Как же хорошо! – воскликнула Карла, хотя и не знала, что ей нравилось больше – то, как Брайсон все устроила, или то, как уютно было находиться в ее объятиях. Карла ощущала острое желание запустить свои пальцы в роскошные волосы Брайсон. – Тебе не стоило так напрягаться.

Брайсон прижала ее к себе чуть-чуть сильнее.

– Мне не трудно. – И уложив Карлу на диван, добавила: – Могу я еще что-нибудь для тебя сделать?

В мыслях Карлы пронеслось очень много вариантов ответа, каждый из которых удивил ее, но ни один из них она не осмелилась высказать вслух. Ты можешь остаться со мной, пока я не засну. Ты можешь лечь рядом и обнять меня крепко-крепко. Ты можешь целовать меня до тех пор, пока я не умру и снова не воскресну.