Дар чародея - Арина Теплова

– И в самом деле, Аркадий, жениться тебе надо на богатой девице, – достиг слуха Нади баритон графа Никиты. И она вновь прислушалась, ибо, пребывая в своих думах, пропустила пару фраз говоривших. – Твоя внешность до того эффектна, что любая из барышень будет рада твоему вниманию.

– Знаю, – хмыкнул Бакунин, не сомневаясь в своей мужской красоте и неотразимости. – Только эти богатые девицы мне не по душе. Избалованы безмерно и своевольны. Мне бы ласковую, тихую да любящую девушку надо, на том и стою.

– Верно, Аркадий Иванович, вы, как наследство получите, сами завидным женихом сделаетесь, – заметила Зиночка, кокетливо улыбаясь. – Вы, главное, по сердцу выбирайте и по красоте, чтобы не стыдно показать ее было.

Наде подумалось, что актерка намекает на себя, уж больно призывно она смотрела на Аркадия. И, возможно, ждала того момента, когда молодой человек разбогатеет, и она сможет прибрать его рукам. Плотоядный взгляд Вересковой был невероятно красноречив. Аркадий действительно был красив лицом, черноволосый, с небольшими темными усами, с гладко выбитыми щеками. Большие карие глаза делали его округлое лицо с высокими скулами очень гармоничным и привлекательным. Фигура его, высокая, статная и броская, привлекала внимание, ведь он одевался и держал себя как франт, к тому же умел говорить довольно вежливо и быть весьма обходительным, когда этого желал.

Но Зинаиду девушка не понимала. Рядом сидел Никита, ее возлюбленный и любовник, как говорила о нем актриса, и отчего она в открытую кокетничала с Аркадием, не боясь вызвать недовольство у графа, Надя не могла понять. А может, актерка делала это специально, чтобы как раз и вызвать ревность у Чернышева? Однако последний не реагировал на знаки внимания, которые она щедро расточала Бакунину.

– Ежели так подумать, то жена – это очень ответственно. Да потом еще и дети пойдут. А мне кажется, я еще и не нагулялся, – признал задумчиво Аркадий.

– Ну, если так, то не спеши, – кивнул граф.

В эту секунду экипаж сильно дернулся, потому что кучер резко осадил лошадей, едва не наехав на коляску, следовавшую впереди. От этого стремительного движения Зиночка выронила из рук зонтик. Никита быстро наклонился и подал девушке вещицу.

– Семен, поосторожнее! – велел граф.

– Извиняйте, ваше сиятельство, закимарил чуток. Ночь-то почти не спал, – отозвался кучер.

– Сегодня ты, что ли, на кладбище в засаде был? – спросил Чернышев.

– Ага, мы с Алексеем Середкиным и еще с одним мужиком Бобринских господ были.

– И что же?

– Да, как и раньше, ничего. Ловкие эти чертяки, никак их не изловить.

– Печально, – вздохнул граф.

Через пару минут Аркадий, безразлично смотря по сторонам, как бы самому себе сказал:

– И кому эти мертвецы покоя не дают?

– И не говори, Аркадий, – тоже возмутился Чернышев. – Все кладбище перерыли.

До того слушая разговор молодых людей вполуха, Надя заинтересованно посмотрела на Никиту и уточнила:

– Кто перерыл?

– Неизвестно кто, Надюша, – ответил Никита. – Какие-то гадкие люди повадились выкапывать гробы на городском кладбище, что ближе всего к нашей усадьбе. Разроют могилу, а не закапывают. Причем все ночью промышляют, чтобы не увидел никто.

– И зачем?

– Кто знает, – пожал плечами граф. – Поймать-то их никак не могут. Полиция на наши заявления уже волком смотрит. Не могут никак найти этих злодеев.

– Я так понимаю, и караулы ваши не особо помогают? – спросил Аркадий. – Раз никого так и не поймали.

– Ваша правда, барин, – отозвался кучер Семен, чуть поворачивая лицо. – Обходим мы одну сторону кладбища, никого нет, а поутру на другой стороне вырытая могила опять. Хитрые эти холеры, пока мы с мужиками в одном месте ходим пару часов, они с другой стороны за это время и выкапывают.

– И кому нужно покойников отрывать? – возмутилась Надя, которой от этой истории стало не по себе.

– Никто не знает, – ответил Никита. – Только могилы упорно кто-то разрывает и гробы вскрывает. Да так и оставляет, видимо, считая, что зарывать должны другие. Так уже какой месяц не можем поймать этих бесов.

– Так, может, больше людей привлечь, чтобы они могли все кладбище охранять? – предложила Надя.

– Можно, но полиция уже руки умыла и сказала, ищите своими силами. Ведь убийства нет и преступления вроде тоже. А то, что покойники незарытые лежат, так это нестрашно. Только наших мужиков жалко. Они же по ночам караулят, а им отдыхать надобно, – заявил граф. – К тому же и закопать гробы надо, не оставлять же покойников оскверненными.

– Ага, сегодня мы с мужиками поутру и закапывали два часа одного графа, могилу которого эти охальники разрыть успели, – закивал Семен.

– А на кладбище этом кто похоронен? – спросила девушка.

– По-разному, в основном дворяне, немного мещан и купцов.

– А крестьян где хоронят? – удивилась Надя.

– На восточном.

– Интересно, получается, у вас кладбища разделены по статусу покойников?

– Ну да, – кивнул Аркадий. – Дворянское кладбище одно, да еще три для простых людей. Разве у вас в Екатеринбурге не так, Надежда Дмитриевна?

Замявшись, Надя поняла, что еще многого не знает об этом времени, и оттого тихо ответила:

– Тоже так.

– Ох, господа, давайте поговорим о другом, – вдруг воскликнула Зиночка. – А то у меня от ваших рассказов аж озноб появился, какие-то жуткие сказки.

– Ты, Зиночка, очень впечатлительна, – улыбнулся ей Никита одними уголками губ и поцеловал ручку.

– И все же, – недоумевала Надя. – Как вы думаете, зачем кому-то разрывать могилы и не закапывать их?

– Я могу ответить только на один ваш вопрос, – отозвался граф. – Закапывать у этих нечестивцев времени нет, потому и бросают все как есть. А вот кому это надо, никто понять не может, покойники-то на месте.

– Мне кажется, что они что-то ищут, – предположила Надя.

– Верно, в этом ни у кого нет сомнения, – согласился Чернышев.

– А если разрывают могилы дворян, значит, – задумалась девушка и добавила: – Может, у покойных что-то ценное есть в горбах? И эти осквернители забирают это ценное? Наверняка хоронят умерших с перстнями и драгоценностями какими.

– Все верно, – буркнул Аркадий. – Это полиция сразу же сказала. Так как у некоторых умерших пальцы обрублены и явно эти, кто их из земли поднимает, снять кольца не могут, вот и кощунствуют над покойниками.

– Только кому нужно красть у покойников? – поморщилась Надя. – Мерзость какая-то.

– Вот именно, Надежда Дмитриевна, – кивнул Аркадий. – Но это не останавливает этих безбожников. Главное для них нажива.

– Надо все же что-то другое придумать. Чтобы уже поймать этих чертей, – заявил граф.