Испытание верностью - Ольга Арсентьева

Ох уж эти мужчины, все-то им нужно объяснять логически, нет, чтобы откровенно признаться: почувствовал… догадался…

Тут Аделаида не выдержала и вопреки своему решению рассказала ему… не о том, разумеется, что чуть было не сделала аборт, а о врачебных угрозах.

– Чушь, – коротко отозвался Карл, выслушав ее до конца.

– Да? Ты тоже так считаешь? А если все же…

– Это наш с тобой ребенок, – перебил ее Карл, – и неужели ты думаешь, что я не смогу… что мы с тобой не сможем сделать так, чтобы ему было хорошо?

– Да, – бормотала Аделаида, отбиваясь от снова вонзившей в нее зубы совести, – да, конечно, сможем…

Маловерная, как ты могла усомниться?

Из-за сомнений своих, из-за слабости и неверия, из-за недостатка любви, из-за пустого страха ты чуть было не стала убийцей.

И ты мнишь себя достойной стать его женой, ты, ничтожная, трусливая, глупая женщина?

Может быть, я и в самом деле такова, отвечала Аделаида своему разошедшемуся внутреннему судье, наверное, я глупа, труслива и недостойна. Но я все равно буду с ним. А он будет со мной.

Тут влюбленные почувствовали, что эмоций по телефону на сегодня уже достаточно, и перешли к делу.

Карл принялся диктовать Аделаиде инструкции, а та, схватив бумажную салфетку и заложенный в поваренную книгу завхоза карандаш, старательно их записывала.

– Да, Карл, я все поняла, – сказала она наконец. – В Петербурге… позвонить в швейцарское консульство по этому телефону… спросить господина Отто Шульца… назвать свое имя и сказать, что от тебя. Да, я смогу приехать в Питер не позднее чем через неделю. Нет, не нужно, мне есть у кого там остановиться… И денег на дорогу не надо. Не беспокойся, милый, я все сделаю!

Попрощавшись с Карлом, Аделаида открыла дверь из кухни в прихожую, где завхоз с чрезвычайно сосредоточенным видом изучала показания электрического счетчика, улыбнулась и предложила:

– Давайте, Катерина Алексевна, еще чайку попьем.

* * *

– Я женюсь, – сообщил Карл, положив трубку.

Клаус тут же перестал чертыхаться.

– Ты?! Не может быть! А на ком? На Озерной Даме или на Принцессе?

– На матери моего ребенка.

– Круто! То есть я хотел сказать… да… надо же! Хотел бы я ее увидеть!

– Твое желание сбудется, – пообещал Карл, протягивая ему руку и помогая встать. – Можешь считать себя приглашенным на свадьбу. Ты не порезался?

Клаус, стряхнув с себя осколки мозаики, помотал головой.

– Она, наверное, потрясающая женщина, – мечтательно произнес он. – Русская, да? Блондинка с голубыми глазами? Фотомодель? Самая красивая женщина России?

Карл пожал плечами и тихо, серьезно ответил:

– Она просто моя женщина.

И добавил к этому что-то совсем уж для Клауса непонятное:

– И ни ангелы неба, ни духи пучин…