Скандальное предложение - Тина Габриэлл

Чувствуя необходимость объяснить свои действия, пока его гнев не вырвался наружу, Виктория поспешно выпалила:

— Я согласилась поехать с тобой лишь потому, что не хочу неприятностей для Спенсера.

— Ты поехала бы со мной в любом случае. Виктория подняла глаза. Свирепый взгляд синих глаз придавал его лицу суровый вид. Она поняла, он не просто сердился, он — в ярости. Виктория вздрогнула.

— Значит, ты все знаешь? — в ужасе спросила она.

Блейк подался вперед, пока его лицо не оказалось совсем рядом с ее. Виктория прижалась головой к обтянутой кожей спинке сиденья и почувствовала себя в ловушке.

— Ты хочешь услышать, что мне известно? Из моих уст? Так слушай же. Я знаю, что ты прокралась в мой кабинет, вскрыла замки и передала конфиденциальные сведения о моей дочерней компании своему отцу. Я знаю, что мой заклятый враг воспользовался ими, чтобы навредить компании, в которую я вложил кучу денег. Но на этом ты не остановилась, так? Ты продолжила воровать у меня сведения о движении акций, чтобы помочь своему никчемному брату, и, что поразительнее всего, ты использовала подставное лицо, чтобы много лет нелегально работать на фондовой бирже, не имея там официального членства.

— Когда ты узнал об этом? — с трудом сглотнула Виктория.

— О, об этом я узнал совсем недавно.

— Ты следил за мной? Почему ты не уличил меня сразу, когда узнал, что я помогла отцу? Ты же наверняка был в ярости.

Блейк вздохнул и откинулся на спинку сиденья.

— Я действительно был в ярости. Но когда первый приступ гнева прошел, мне стало интересно, чего ты добилась. Оказывается, без всякой помощи ты разобралась в сложнейших финансовых документах, заказах и юридических бумагах и точно сообщила только самые важные, наносящие ущерб факты. Потребовалась настоящая гениальность, чтобы изобрести немощного дядюшку Шелдона и проникнуть на биржу, где господствуют мужчины, и блестящие умственные способности, чтобы успешно вкладывать деньги в условиях непредсказуемого рынка. Так что все очень просто: меня поразили твой ум, сила воли и инвестиционная смекалка.

У Виктории пропал дар речи. Все эти годы, став взрослой, она мечтала встретить человека, который оценил бы ее ум. Сейчас перед ней был человек, которому она причинила вред на тысячи фунтов, а он все равно, несмотря на ее предательство, восхищается ее «инвестиционной смекалкой».

— Мне жаль, что я так поступила с тобой, — прошептала Виктория. — Если тебя это утешит, то я раскаиваюсь в содеянном. Мне действительно жаль, что ты потерял деньги, и я не виню тебя за твой гнев.

— Глупышка! Ты считаешь, что я сержусь из-за потери денег? Я уже сказал, что пережил это. На твоем месте я поступил бы точно так же. Нет, я злюсь из-за того, что ты пошла на такой риск. И я не шутил, когда сказал, что ты можешь провести двадцать лет в Ньюгейтской тюрьме, если твои махинации раскроются.

— Но я должна помочь Спенсеру…

— Ты попустительствуешь ему.

Виктория хотела, было возразить, но Блейк предостерегающе поднял руку.

— Поскольку твой брат погряз в долгах, и я боюсь, что Слаер — реальная угроза и для него, и для тебя, я выплатил деньги этому мерзавцу.

— Правда? — У Виктории перехватило дыхание. — Ради того, чтобы помочь Спенсеру?

— Нет, ради тебя.

Блейк стащил ее с сиденья и посадил к себе на колени.

Виктория задохнулась и обхватила руками его шею. Даже через одежду она мгновенно почувствовала тепло его бедер и вздрогнула всем телом.

Крепкие руки Блейка обнимали ее, его дыхание согревало ей шею; взгляд скользил по ее лицу, стараясь заглянуть в глаза, потом Блейк приник к ее губам.

«Он выглядит так, будто собирается овладеть мною». И хотя Викторию неудержимо влекло к Блейку, она уперлась ладонями ему в грудь.

— Ты поклялся не затаскивать меня в постель силой.

Не отводя от нее взгляда, Блейк позволил ей оттолкнуть себя. Но Виктория видела: его глаза потемнели от страсти и казались почти черными.

— Все обещания стали недействительны с того самого момента, как ты вскрыла мои замки и превратилась в вора. И будь, уверена, сегодня ты станешь моей, Виктория.