Разрушенный - Лорен Ашер

— Господи, Елена? — он подходит к моей стороне кровати.

Я смотрю на свои руки, не в силах вымолвить ни слова. В памяти всплывают образы самой ужасной ночи в моей жизни. Так много крови. Липкой, темной крови.

Пальцы Джакса вдавливаются в мои плечи.

— Скажи мне, что, черт возьми, происходит?

Кровь.

Я вскакиваю с кровати и мчусь в ванную, включаю свет, прежде чем добраться до туалета. Кислота покрывает мой язык, пока мой ужин борется за свое место. Мои пальцы дрожат, когда я хватаюсь за край керамического сиденья.

— Черт. Тебе плохо? Мне вызвать врача? — Джакс опускается на колени рядом со мной, убирая волосы с моего лица.

— Свет, — шиплю я. — Почему ты выключил свет? — мой голос звучит надломленно. Слабый. Поверженный.

Его дикие глаза блуждают по моему лицу, когда он крепче вцепляется в мои волосы.

— Это из-за темноты? Ты напугала меня до смерти. Я думал, с тобой что-то не так.

Очередная порция тошноты накатывает на меня, но я борюсь с ней. Я встаю, мои шатающиеся ноги почти подгибаются, когда я иду к раковине.

Еще больше нежелательных образов наводняют мой разум. Осколки стекла. Кровь, темная и густая, прилипшая к моему телу. Я делаю несколько глубоких вдохов, включаю воду, наливаю мыло на руки и начинаю мыть.

— Елена, поговори со мной. Ты выглядишь так, будто вот-вот потеряешь сознание.

Мои руки дрожат, когда я избавляюсь от мыла. Я меняю задачу, решив энергично почистить зубы до боли, прежде чем выключить воду. Мой взгляд задерживается на руках, которые выглядят чистыми, несмотря на чувство отвращения, сидящее во мне. Я включаю воду, чтобы снова их помыть.

Джакс хватает меня и поднимает, перекидывая через плечо.

— Больше никаких странностей с мытьем рук. Перестань пугаться и поговори со мной.

Я кричу, когда он несет меня обратно в темную комнату.

— Нет! — я бью по его спине.

— Ебаный ад. Прекрати.

— Я хочу свет! — мое тело содрогается, пока я борюсь со слезами, умоляющими дать мне волю.

Он кладет меня на кровать и включает лампу.

— Черт, Елена. Ты боишься темноты?

Я качаю головой и подтягиваю колени к груди. Мои глаза задерживаются на фотографии родителей, прежде чем я закрываю их. Боль, ослепительно горячая, пронзает мою грудь. Из меня вырывается израненный крик. Я прижимаюсь лбом к коленям и всхлипываю, зарываясь в себя, чтобы не смущаться от того, что Джакс видит, как я теряю самообладание. Мне стыдно, что я позволила кому-то увидеть меня такой, но у меня давно не было такого яркого кошмара. Так давно, что я забыла, каково это.

— Что, черт возьми, с тобой случилось? — шепчет Джакс. Он удивляет меня, когда медленно садится на кровать и тянет мое скрюченное тело вниз на матрас. Его тело прижимается к моему. Моя кожа трепещет от осознания, я жажду его близости, особенно после того, что я пережила.

Я не хочу сидеть в одиночестве, и он каким-то образом знает это.

Джакс натягивает плед на наши тела, укрывая нас.

— Не выключай больше свет. Никогда больше. Обещай мне. — Прохрипела я.

— Черт. Прости. Я понятия не имел, что ты боишься темноты, когда выключал их. Я думал, ты заснула и забыла.

— Я не боюсь темноты.

— Твой крик говорит об обратном.

— Я боюсь своих воспоминаний. — Тихо говорю я, не уверенная, что он меня услышал.

Я вздрагиваю, когда он проводит рукой по моим волосам. Мои глаза закрываются, а голову покалывает от его медленных прикосновений по моим волосам. Я с болью осознаю тело Джакса. Его тепло окружает меня, давая ощущение защиты.

— Спи. Я буду следить за плохими парнями.

На смену кошмару в моей груди приходит новое ощущение. Не думаю, что когда-либо я была так благодарна за присутствие Джакса, как в этот момент.

— Ты считаешь себя?

— Всегда. Но я защищу твою добродетель, не волнуйся.

— Это не очень хорошая идея.

Его рука находит мою и сжимает ее.

— Нет. Совсем нет.

Даже среди моей грусти, мой пульс снова участился.

— Тогда почему ты здесь?

— Ты всегда задаешь мне вопросы, на которые у меня нет ответов. — Он звучит растерянно.

Проходят минуты. Рука Джакса обхватывает мою, успокаивая меня, несмотря ни на что.

— Что с нами происходит? — шепчу я про себя.

— Я бы тоже хотел знать ответ на этот вопрос. Но если честно, я до смерти боюсь узнать.

Мои глаза тяжелеют, пока я слушаю ритмичный звук дыхания Джакса. Я борюсь с бессознательным состоянием и проигрываю в борьбе. Рука Джакса возвращается к моим волосам, перебирая пряди в течение, кажется, целого часа.

Джакс оставляет после себя нежнейший поцелуй у основания моей шеи.

— Я бы хотел ненавидеть тебя. Но вместо этого ты нравишься мне еще больше. Ты притворяешься таким цельным человеком, но ты сломлена и повреждена, как и я. И самое худшее то, что я хочу знать и твои испорченные части. Я хочу соединить их со своими и посмотреть, что у нас получится. Так что я не знаю, бежать ли мне в противоположном направлении или умолять тебя дать мне шанс, несмотря на то, какой задницей я был. — Шепчет он.

О, Боже. Он думает, что я сплю.

— Но больше всего я не хочу быть трусом. Я не храбрый. К черту. Если бы я был смелым, я бы встретил свое будущее ради тебя. И, черт возьми, если это не беспокоит меня больше всего на свете. У тебя есть сила, чтобы все изменить.

Я не знаю, что он говорит дальше. Хотя пытаюсь не заснуть, усталость побеждает, и мои глаза снова закрываются.

Джакс наблюдает за мной со своего места на диване, когда я выхожу из своей комнаты.

— Мне нужно поговорить с тобой о прошлой ночи.

Я боюсь того, что он хочет сказать, но набираюсь смелости и сажусь на диван напротив него, как взрослый человек. Мои глаза пытаются найти в комнате точку, на которую можно было бы уставиться, но он встает и садится рядом со мной.

Я остро ощущаю его тело: от него волнами исходит потрескивающее электричество, оставляя мурашки на моей коже.

Эти руки были на мне прошлой ночью, обнимали меня, заставляя чувствовать себя в безопасности.

— Как часто тебе снятся кошмары?

— Уже не часто. — Я избегаю его взгляда.

— И это было из-за того, что я выключил свет? — его голос притягивает мои