Толстяк для Барби - Наталья Дёмина

— Люблю тебя, — одними губами произнёс Толя, будто прочитал её мысли.

— И я, — улыбнулась она. — Люблю тебя.

Взгляд мужчины стал ярче, словно заблестели непролитые слёзы.

— Я думал, что мне причудилось, — прошептал он.

«Какой же он… замечательный», — вздохнула Лена, чувствуя в своём сердце безграничную любовь и нежность к этому мужчине.

— Извините, — дотронулась до Лены медсестра.

— Да, — вздрогнула она от неожиданности.

— Там, следователь, — махнула рукой в сторону двери. — Просит вас.

— Меня, — растерялась Елена.

— Да, — для большей убедительности кивнула головой девушка в белом халате.

— Лена, — тревога полыхнула в глазах Толи.

— Всё хорошо, — улыбнулась она. — Я быстро. Не скучай, — и прижавшись губами к его губам, вышла в коридор.

Как только она вышла, к ней тут же подошёл мужчина средних лет. Он был в тёмно-синих брюках и светлой рубашке непонятного грязно-голубого цвета.

— Здравствуйте, — произнёс он.

— Да, Здравствуйте, — замялась Лена, узнав в нём вчерашнего следователя. — Простите, я забыла ваше имя и отчество.

— Понимаю, — вздохнул он. — Максим Александрович.

— Да. Спасибо. Извините, я немного волнуюсь. Что-то стало известно? Его поймали?

— Ещё нет. Но мы работаем над этим.

— А чем же я могу вам ещё помочь? — растерялась женщина. — Я всё рассказала вчера. Мне больше добавить нечего.

— Давайте, отойдём к окну, что бы нам никто не мешал.

— Хорошо, — последовала она за ним.

Они молча дошли до большого окна, через который открывался вид на неухоженный неприглядный парк. За окном было раннее утро. Поэтому в парке было пусто.

Мужчина достал из портфеля, который Елена только сейчас заметила в его руке, папку.

— Я бы хотел, чтобы вы внимательно посмотрели на снимки. Может быть вам известен этот человек.

— Это он? Да? Тот кто напал на Толю? — дрожащими руками потянулась она к папке, которую протягивал ей Максим Александрович.

— Да. Не волнуйтесь.

— Хорошо. Я попробую.

Она открыла папку и ахнула.

— Я… Я….знаю его, — слёзы сами собой покатились из её глаз.

«Я так и думал, — похвалил себя Максим Александрович. — Дело должно быть просты»".

— Очень хорошо, — старался не показывать своего ликования мужчина. — Теперь скажите мне, кто это.

— Это двоюродный брат Павла, — шмыгнула она носом.

— Вашего мужа, я правильно понял.

— Да.

— Вы знаете, где он проживает?

— Конечно, — она назвала адрес.

— Вот видите, всё было совсем нестрашно, — улыбнулся ей следователь. — Вам необходимо будет зайти, чтобы подписать показания. Вы же хотите, чтобы мы поймали и наказали напавшего.

— Да. Да, конечно, я приду.

— Что ж. Не буду больше вас задерживать. До свидания.

— До свидания, — как во сне произнесла Лена.

«Боже! — затряслись её ноги. — Неужели Павел причастен к нападению на Толю. Неужели это всё из-за меня!» — она отвернулась к окну и закрыла лицо ладонями. Слёзы текли и текли из её глаз.

«Всё из-за меня!» — вновь и вновь повторяла она.

Часть 90

Этим утром Павел проснулся в прекрасном настроении. Открыл глаза, потянулся, сбрасывая тонкое одеяло:

«Если ещё станет известно, что хахаль Ленки не пережил эту ночь, — улыбался он, — то я буду самым счастливым человеком на планете. Без него, некому будет за неё заступаться и она, само собой, вернётся ко мне. А вот я её тогда и накажу. Так как люблю! — встал с кровати и бросил взгляд на будильник. — Братишка небось уже жарится на солнышке где-нибудь на Красном море. Он ещё поздно ночью должен был улететь. Как же всё удачно складывается, — насвистывая какую-то весёлую мелодию, направился в ванную комнату. — Да, я просто гений!»

Через полчаса в тёмно-синих костюмных брюках и светлой рубашке он стоял на кухне и пил чёрный кофе.

— Хорошо! — воскликнул и поместил чашку в посудомоечную машину, которую купил, после ухода Лены. Мыть посуду самому не хотелось, а есть из пластиковых тарелок и коробок, считал ниже своего достоинства.

Мужчина уже обулся, когда прозвучал дверной звонок.

— Надеюсь, кто бы это ни был, он принёс хорошие новости.

Павел улыбнулся своему отражению в зеркале и открыл дверь, даже не посмотрев в дверной глазок. Да, и кого ему бояться? Он сам, кого хочешь, в бараний рог мог скрутить.

***

Василий вышел из подъезда с двумя пакетами мусора. Ему необходимо было пройти мимо гаражей, детской площадки и сквозь двор соседнего дома, равно как и через двор ещё двух домов.

Мужчина недовольно поёжился. Затея уйти в отпуск оказалась провальной. Он хотел отдохнуть в тишине, в обществе обожаемой жены. А в итоге был заперт, как арестант, в четырёх стенах с капризной, сварливой и слезливой беременной женщиной. Вот и сейчас он вырвался из дома, под предлогом выбросить мусор, чтобы подышать свободой и тишиной.

«Эх, — рассуждал он. — Вот вызвали бы меня на работу…» — но как назло, в нём никто не нуждался.

Неожиданно во двор соседнего дома въехал знакомый автомобиль.

«Интересно, — встрепенулся Василий, — неужели что-то случилось? А я всё проспал! — он огляделся по сторонам и засунул мусорные пакеты в детский домик на игровой площадке. — Я быстро узнаю последние новости и вернусь за мусором».

Но когда мужчина подошёл поближе, то понял, что автомобиль пусть и похожий, но из другого участка. Однако, любопытство не дало ему развернуться и уйти. Он мирно сел на лавку и стал ждать, найдя ещё один повод, чтобы побыть подальше от любимой супруги.

«Может кого-то ограбили?» — строил он предположения.

***

А тем временем Павел открыл дверь и ошарашенным взглядом пялился на людей, которые стояли на лестничной площадке.

«Рецидивисты?» — промелькнула первая мысль.

— Павел? — произнёс один из них, назвав фамилию, имя и отчество мужчины.

— Да, — ответил он, сделав шаг назад, чтобы при удобном случае быстро закрыть дверь.

— Вы обвиняется в организации нападения на…

Дальше Павел слушать не стал. Он сделал выпад, чтобы закрыть дверь, но кто-то толкнул его быстрее, чем ему удалось это сделать. Правое плечо вспыхнуло болью и его щекой прижали к стене.

— Сопротивление при аресте… — продолжал бубнить всё тот же голос, но Павел не слушал, он был зол и не скрывал этого: «Ещё никогда в жизни меня так не унижали. Всё из-за Ленки! Это она во всём виновата. Вот я доберусь до неё!»

Но тоненький голосок, где-то на периферии сознания, пропищал: «До Ленки ты теперь не скоро доберёшься».

«Как? Как они вышли на меня? — негодовал Павел. — Я ведь всё продумал. У меня было алиби. Брат в маске… Как же так