Фатальное трио - Юля Белова

– Так вот о чем ты хотел со мной поговорить! И что ты хочешь взамен? Ведь ты же не думаешь что помашешь этими бумажками перед носом и я вернусь к тебе?

– Нет, я не думаю. Да это уже не имеет смысла, потому что ты разрушила, то что мы строили в течение многих лет.

– Я разрушила? Ну ты и... – я даже слов не нахожу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Я хочу чтобы тот, кто причинил боль и уничтожил мою жизнь, а также украл мою любовь, понёс наказание.

– Ты Весту имеешь в виду?

– Я твоего повара имею в виду. Он должен понести наказание! Я хочу чтобы он заплатил за всё, что сделал.

– На дуэль его хочешь вызвать?

– Он заплатит мне деньги, если не хочет, чтобы я заявил на него в полицию.

– И сколько же ты хочешь денег? – спрашиваю я с насмешкой в голосе.

– Минимально один миллион.

Это звучит так нелепо, что я улыбаюсь.

– Миллион рублей?

– Миллион Евро, – холодно отвечает он.

– Ты с ума сошёл? За что же ты хочешь эти деньги?

– Может, я и сошёл с ума, но эти деньги я получу или твой любовник сядет в тюрьму.

Сказать что я разочарована – ничего не сказать. Я смотрю на Ярослава, и он вызывает у меня презрение и гадливость.

– Это всё, что ты хочешь?

– Да, – с вызовом бросает Яр. – Я просто хочу получить своё. Компенсацию.

– Да, очень дорого ты меня оценил, – с издёвкой говорю я. – Ну что ж, буду рада больше тебя никогда не видеть.

Я пытаюсь обойти его, но он меня не пускает.

– Нет, ты никуда не уйдёшь отсюда. Звони ему и говори, что получит тебя только когда привезёт всю сумму. А до этого времени ты будешь под моим присмотром.

Он выглядит угрожающе. Видно, что он давно всё решил и продумал, и сейчас всё идёт по его плану. Но он настолько похож на маленького мальчика, который изображает персонажа из какого-то кинофильма, что мне становится жутко смешно. Я закрываю рот рукой и пытаюсь сдержать смех, но он вырывается наружу. Я хохочу, хохочу так, что из глаз начинают течь слёзы.

Ярослав не реагирует, на него это не производит особого впечатления.

– Это истерика, – говорит он, – это пройдёт. Иди приготовь нам перекусить, задолбался я сам готовить.

Отсмеявшись, я вытираю глаза.

– Послушай, маленький мальчик, – говорю я, – ты думаешь что испугал меня? Пожалуйста, подойди к окну и посмотри стоит ли там Роб, потому что если его там нет, в этот момент он поднимается сюда. И это значит что я очень скоро покину эту квартиру, а кто-то получит ещё больше увечий и тяжких телесных повреждений.

Я смотрю на Ярослава и замечаю, как меняется выражение его лица. Из надменного и самоуверенного оно превращается в испуганное лицо ребёнка, ожидающего наказания. Яр колеблется, но всё-таки делает несколько шагов к окну.

– Тут никого нет, – говорит он. – Если ты думаешь, что подобными приколами можешь меня испугать, мне кажется ты плохо меня знаешь.

– Да уж, это точно. Знаю я тебя очень плохо, но и ты меня – тоже.

Из прихожей доносится звук ключа, вставляемого в замочную скважину и лицо Ярослава делается бледным как мел.

34. Синяя борода

– А-а-а!!! – вдруг кричит Яр. – Незаконное проникновение! Вы сами себе подписываете приговор!

Входная дверь приоткрывается, я вижу её со своего места, и за ней появляется Роб. Он не проходит вовнутрь и смотрит на меня с порога.

– Всё хорошо? – спрашивает он.

– Да, милый, всё хорошо, мы уже почти закончили.

Ярослав совершенно потерялся и совершенно не знает что в этой ситуации делать. Я протягиваю руку и выжидательно поднимаю бровь. Он сначала не понимает, что я от него хочу.

– Давай сюда свой фальшак.

До него наконец доходит, и он отрицательно мотает головой. Я понижаю голос и говорю так, чтобы Робу не было слышно:

– Ты очень рискуешь. Твоё здоровье может значительно, – я выделяю голосом слово «значительно», – ухудшиться в ближайшие пару минут, но я своё всё равно получу.

Несколько секунд мы смотрим друг другу в глаза и я очень громко произношу:

– Роб!

Ярослав вздрагивает и я вижу по его глазам, что только что он принял верное решение.

– Я сейчас, подожди меня секундочку, – заканчиваю я фразу.

Роб молчит. Яр тоже молчит и медленно протягивает мне своё заявление, поддельное освидетельствование и свидетельские показания.

– Придумай что-нибудь поумнее, – говорю я с улыбкой. И я очень тебе благодарна.

Я вижу недоумение в его глазах. За что бы мне его благодарить?

– Спасибо тебе за то, что наконец-то показал, какой ты на самом деле. Спасибо тебе за то, что у меня нет сомнений в правильности принятого решения. Не звони и не пиши, а эти бумажки я сохраню на память о твоём полном ничтожестве.

Перед тем, как захлопнуть дверь, я беру из руки Роба ключи от квартиры и бросаю их на пол в прихожей. Финальный аккорд. Обещанная точка.

– Что за бумаги? – спрашивает Роб, когда мы выходим из подъезда.

– Так, ничего особенного, это для работы…

* * *

Пока мы едем домой, Роб ничего не говорит, он молчит и я благодарна ему за такую реакцию. Я не рассказываю ему про неудавшийся шантаж Яра, потому что не понимаю, какую это может вызвать реакцию. Впрочем, эта проблема меня уже не волнует.

Ты выглядишь так, будто одержала победу в бою говорит Роб, когда мы поднимаемся в его лофт на индивидуальном лифте.

– Возможно ты прав, – отвечаю я. – Я довольна, что многое поняла и получила подтверждение правильности своих поступков.

– Я тоже рад, что ты сделала это, и рад что ошибался, считая вашу встречу плохой идеей. Предлагаю выпить за Освобождение. Хочешь чтобы мы пошли куда-нибудь на ужин или желаешь, чтобы я сам поработал на кухне?

– О, – удивляюсь я, – в кои-то веки решать мне! Тогда хочу, чтобы поработал ты.

– Это наказание за мою недальновидность?

– Нет. Это ещё одна награда мне, больше всего на свете я люблю есть то,