Пятьсот лет среди звезд - Александр Олегович Муружев

Глава 14. Трудное детство

И близость эту сердцу лишь дано понять,

Не разуму, что век блуждает средь загадок,

Обнять жену, ребенка в дреме покачать —

Секрет так прост и в то же время сладок.

Шел проливной дождь. Соня шагала по полуразрушенному бедняцкому району, и жутковатые прохожие с дешевыми протезами вместо конечностей, неторопливо оборачиваясь, провожали ее взглядом. Но девочке не было страшно. Она проходила тут уже не один раз и знала многих из этих людей лично. Когтехвост осторожно выглядывал из рюкзака и с такими же любопытными глазами, как всегда, осматривал все вокруг. Он умел уже очень многое, намного больше, чем должна уметь детская игрушка. А весь секрет заключался в том, что Соня отдавала почти все карманные деньги механику, чтобы тот улучшал зверька, насколько это было возможно. Каждую неделю на улицах за небольшие деньги продавали потрепанные, уже прочитанные кем-то журналы про ручных роботов, и каждый раз девочка с замиранием сердца отдавала кредит продавцу, чтобы потом в тихой обстановке просмотреть новости из мира техники.

«Эй, ты! Поди сюда!» — крикнул патрульный, когда Соня свернула на оживленную улицу, где было еще больше странных прохожих, и прямо по тротуарам, не взирая на правила, проезжали ржавые гудящие машины. Девочка обернулась, сжала покрепче лямки своего школьного рюкзака и пустилась бежать со всех ног. Свист полицейской сирены начал оглушительно раскатываться по округе, пугая бездомных кошек и бездомных людей, а уставшие от тяжелой ночной смены рабочие стали нехотя расходиться, уступая дорогу стражу, и после без какого-либо интереса продолжали свой путь.

Стоило только пузатому патрульному разогнаться, как ловкая Соня уже растворилась в толпе и после, слегка замедлив свой бег, юркнула в освещенный тусклым светом подземный пешеходный переход. В этом старинном сооружении с момента перестройки дороги уже много лет назад отпала необходимость, но местные власти, не желая тратить средства на ликвидацию образовавшегося тупика, оставили все как есть, и теперь почти в любое время суток здесь можно было встретить лишь одних хулиганов или бездомных.

На самой середине прохода находилась дверь, подобная дверям в туннелях метро, которая вела в техническое помещение, а вокруг нее бегали крупные и страшные крысы. Девочка тихонько свистнула, и ее защитник, когтехвост, тут же выпрыгнул из своего укрытия, изящно приземлившись одновременно на все четыре лапы. Своим гордым видом он показывал, что готов сразиться с грозным врагом, и в этой неравной битве у крыс не было ни единого шанса. Потерпев поражение, они в одно мгновение разбежались в разные стороны, скрывшись в хитром переплетении подземных ходов и вырытых за десятилетия глубоких нор. Наблюдавший за происходящим бездомный громко захлопал в ладоши и расхохотался, когда представление подошло к концу, а понявший его умный робот сделал шаг вперед и с приятным театральным движением поклонился внимательному зрителю.

«Домой!» — скомандовала Соня, и тогда когтехвост запрыгнул обратно в поношенный старенький рюкзак, который служил для него убежищем. Когда девочка открыла дверь в середине прохода, навстречу ей оттуда вышла очень симпатичная на вид, ухоженная и со спортивным телосложением девушка. Она была одета недорого, но со вкусом, дешевые духи еле перебивали тяжелый запах машинного масла на ее руках, и простая прическа при этом никак не портила, а наоборот, лишь подчеркивала естественную женскую красоту.

— Ты опять прогуливаешь школу! — строго сказала механик и укорительно посмотрела на свою гостью.

Соня пожала плечами и виновато опустила голову. Но потом, собравшись и вытерев едва заметную слезу на щеке, она ответила:

— Сегодня уроки пропаганды, а я не хочу это слушать.

— Бедняжка, там опять говорили про твоего отца, да? — спросила девушка, и ее суровый взгляд моментально сменился мягкостью и состраданием.

— Угу, — нерешительно подтвердила гостья и еще больше закрылась в себе.

— Ну, ничего. Давай посмотрим твоего зверя! — ободряюще воскликнула механик, улыбнувшись, и тогда Соня сразу же расцвела, расстегнула свою сумку, и оттуда в одно мгновение вынырнул ее любимый блестящий питомец во всей своей красе.

— Марта, а что это у тебя за плакат вон там? — спросила девочка, показывая пальцем в конец комнаты, пока робот, лежа на спине, проходил процедуру диагностики.

Позади ремонтного стола, прибитое гвоздями к деревянной стене, висело огромное старое полотно, которое вошедший в помещение не мог не заметить. На нем была изображена девушка в военной форме и с лазерным оружием в могучих руках, а в углу картины черными кляксами были нарисованы пираты с поднятыми руками. Воительница сияла во всем белом и с такой же белоснежной улыбкой вела пленников на суд, а толпа спасенных ей людей рукоплескала и радовалась чудесному освобождению. «Красавицы, вступайте в ряды защитниц!» — гласила выведенная каллиграфическим почерком надпись на плакате.

— Ах, это, — ответила механик, глубоко вздохнув. — Это крушение всех моих надежд.

Девочка задумчиво посмотрела вбок, потом перевела взгляд на муху на потолке и после благополучно забыла о предмете разговора. Когда диагностика была закончена, Соня достала свой недавно купленный потрепанный журнал с красивой обложкой и открыла его на одной из страниц.

— Вот! Я хочу купить эту модификацию! — заявила она и после сунула руку в карман, достав оттуда небольшое количество денег.

Механик увидела на детской ладошке горсть монет мелкого номинала, которые, очевидно, были сэкономлены на несъеденных завтраках, и, не задумываясь, вернула деньги обратно девочке.

— Ну, раз ты хочешь именно эту модификацию, то тебе сегодня повезло, — сказала Марта, и, взяв с полки несколько новеньких деталей, принялась улучшать робота.

Уже через пару минут все было готово, и тогда когтехвост с довольным взглядом вернулся к своей заботливой хозяйке.

— Спасибо! — прокричала Соня на бегу, торопясь опоздать домой к окончанию уроков, чтобы не вызвать подозрений.

— Постой на минутку! — окликнула механик девочку, и та остановилась уже в паре метрах от лестницы, которая вела на поверхность. — Пообещай мне одну вещь, ладно? Если тебе предложат что-нибудь, связанное с таким плакатом, как у меня в мастерской, ни за что не соглашайся!

— Хорошо! — крикнула Соня и побежала дальше.

После занятий в школе девочку ждал дома седоватый от стресса полицейский, который по доброте душевной приютил ее, одел и обул. К сожалению, это был уже совсем не тот человек, что раньше. От непростой службы он все чаще стал прикладываться к бутылке, и, что только подливало масла в огонь, родной сын полицейского Соню не просто не любил, а даже искренне ненавидел.