Покровитель для оторвы - Елизавета Найт

Хотя могу… Накопившаяся усталость и бессонница.

До поездки в Москву меня мучили кошмарные видения про Катю. Теперь их нет.

Словно после ареста Эдика, она успокоилась и ушла в лучший мир. Мне, по крайней мере, хочется в это верить.

Но теперь все мои ночи заполненными самыми откровенными, горячими и страстными снами.

Снами, в которых ОН постоянно ласкает мое тело. Целует каждый сантиметр моей кожи, везде… Овладевает мной то долго и нежно, то налетает словно ураган стремительно, почти грубо…

Несколько раз за ночь я просыпаюсь разгоряченная, в насквозь мокрой ночнушке, с томительной болью неутоленного желания внизу живота…

За две недели обида и боль разочарования притупились. Возможно, мне действительно надо было все рассказать ему с самого начала…

А вот одиночество и тоска вгрызлись в меня острыми как иглы зубами.

В каждом прохожем я вижу его, с каждого плаката, рекламы или ролика на меня смотрят его небесно-голубые глаза.

У меня почти не осталось сил сопротивляться.

Черт, Люся, приди в себя!

Сопротивляться чему?

Любви! Я думала… надеялась, что это пройдет. Но нет.

А еще я ждала.

За две недели он ни разу не написал и не позвонил.

— Кать, все норм? — пролетавшая мимо Света, замедляется.

— Ага, норм. Сейчас отдышусь, — я едва заметно морщусь.

Ничего и никогда не будет норм!

Да, я выкинула симку. Но для НЕГО, если бы он захотел, не составило труда найти мой новый номер.

Значит, не захотел… Он сказал, что любит. Просто лгал… играл…

— Он уже приставал к тебе? — Света уже успела обслужить свой столик, пока на моем подносе остывает чей-то обед.

— Что? — хмурюсь, не понимая о чем она.

— Кать, глаза раскрой! — она красноречивым взглядом указывает куда-то за мою спину.

Разворачиваюсь и замираю.

В глазах темнеет, пошатываюсь и опираюсь на стойку.

Мне перестает хватать воздуха, а по телу разбегаются толпы мурашек.

В самом углу за столиком сидит Дима.

Его поза выдает напряжение. Уже довольно длинные темные пряди лежат в беспорядке.

В крепких руках он сжимает крошечную кофейную чашечку, словно старается отогреться.

Быстро подмечаю все детали: брошенный на соседний стул плащ, небольшая дорожная сумка у его ног.

Хочу отвернуться, уйти, сбежать, но не могу.

Набрав в грудь больше воздуха, решаюсь и встречаюсь с ним взглядом.

Весь мир вокруг перестает существовать. Я тону в бескрайних голубых озерах, полных тоски и сожаления.

Чем больше я смотрю в них, тем больше вижу. Меня окутывает искрами его надежды, раскаянья, обожания и вождения.

Не надо слов, я все вижу по его взгляду. Он не хотел меня отпускать, но отпустил, чтобы смогла все обдумать. Боролся с самим собой все это время.

Но сегодня сдался. Нет, не сдался, решил, что пришло время…

Кровь огненным цунами разбегается по телу. В груди неожиданно теплеет и моментально исчезает боль. Та, что жила со мной с самой Катюшиной смерти. Боль, одиночество, разочарование, предательство…

Все исчезает от горячего Диминого взгляда.

Он нежно оглаживает меня, любуется.

И столько всего намешано в этом безумном сине-голубом взгляде.

Мужские губы касаются краешка фарфоровой чашки и втягивают терпкий напиток.

А я вздрагиваю, вспоминая, как он этими самыми губами вбирал в рот розовую горошину моего соска…

— Катерина, сколько здесь будут стоять эти блюда? — врывается в мое сознание грубый голос менеджера.

Я посылаю Диме извиняющийся взгляд, он кивает.

Отрываюсь от стойки и иду к нужному столику. Быстро переставляю одеревеневшими ногами. Лишь бы быстрее отдать заказ и отпроситься. Поговорить с ним. Прикоснуться. Поцеловать.

Небольшая компания парней в костюмах, офисные работники.

— Ваш бизнес-ланч, — меня пошатывает.

Осторожно расставляю тарелки с супом.

— Девушка, — один из парней касается моей руки. Его длинные пальцы ловят мою ладонь в плен, большой палец поглаживает запястье.

Быстро поднимаю на него ошарашенный взгляд и пытаюсь скинуть руку наглеца.

Худое вытянутое лицо, светлые волосы уложены гелем. На лице неприкрытый интерес и чувство собственного превосходства.

— Пустите, — выдыхаю одними губами. Только этого мне не хватало.

— Может, выпьем сегодня вечером по чашечке… кофе, — его голос становится тише. Он думает, что мачо, а на самом деле…

— Нет, спасибо, — я все еще пытаюсь освободиться.

— Ну же, прошу, — он тянет меня к себе.

— Нет, спасибо, — говорю тверже, но по-прежнему тихо. Боюсь, что КТО-ТО заметить наш разговор.

Наконец, мне удается вырвать ладонь. Продолжаю быстро расставлять тарелки, мечтая скорее убраться от настойчивого парня и его коллег.

Не успеваю поставить последнюю тарелку, как на ягодицу ложится чья-то тяжелая ладонь. Она быстро скользит по плотной ткани униформы, жадно сжимает мою задницу, а потом… громко хлопает по ней!

Внутри все обрывается! Тупая боль расползается по ягодице, краска стыда заливает лицо. Сердце гулко ухает в груди.

— Зря отказываешься, мы вдвоем…

Договорить наглец не успевает. Его словно ураганом сносит на пол.

Закусываю кулак, когда вижу Диму сидящего верхом на моем обидчике.

Он крепко держит ворот рубахи и высоко заносит кулак.

Многочисленные посетители вскакиваю со своих мест и толпятся вокруг нас. Но вступаться за наглеца не спешит никто. Даже его приятели.

— Никогда, никогда не смей приставать к моей невесте, — ревет Он. — Понял?

В ответ парень только громко хрипит. Его смазливое личико перекошено почти животным страхом.

Дима словно не замечает сжавшегося под ним парня и заносит кулак.

— Нет, — бросаюсь вперед. — Не надо. Прошу…

Падаю рядом с НИМ на колени и обхватываю кулак двумя руками.

— Прошу, — выдыхаю, заглядывая в затянутые яростью глаза.

Требуется несколько секунд, чтобы корка ледяного гнева растаяла, и на меня посмотрели с нежностью любимые глаза.

— Люся, — выдыхает он.

— Прошу, оставь его. Он того не стоит, — две горячие слезинки срываются с ресниц прямо на Димину руку.

— Ты плачешь? Почему? — Дима хмурится. Он отпускает разодранный ворот офисного пикапера и поднимается с колен.

Горячие крепкие руки тянут меня за собой.

— Я… я не твоя невеста, — не знаю почему, говорю именно это.

— Да? — Димины брови сходятся на переносице. Он отпускает меня.

Мои руки безжизненно повисают вдоль тела.

Дима хлопает себя по карманам и неожиданно падает на колени.

Я смотрю на все это расширяющимися от удивления глазами.

Прямо передо мне появляется нежно-зеленая коробочка с тиснением «Тифани и Ко».

Сердце заходится от радости.

Стоп. Я уже видела эту коробочку, тогда в его комнате, а потом в ресторане с Кариной… Легкий укол досады впрыскивает в сердце яд сомнения…

Это кольцо было куплено не мне.

Коробочка открывается. На подушечке мятного цвета вопреки ожиданиям лежит изящное тоненькое колечко с аккуратным