Страж - Елизавета Владимировна Соболянская

Работу Егор действительно нашел. Однако улыбался не поэтому. Он нашел ее! Свою Розу! Столкнулся тогда, на набережной, когда провожал Милану. Он сумел ее увидеть мельком и даже сделал фото на телефон. Дальше все было делом техники – он быстро отыскал девушку в социальных сетях, узнал, что она учится в педагогическом университете имени Герцена, и застыл, увидев ее крупным планом.

Красивая. Нежная. Утонченная и возвышенная. Длинные музыкальные пальцы – он почему-то не сомневался, что она играет на фортепьяно. А может, и рисует. Знает иностранные языки, танцует вальс и…

Мотнув головой, Егор оторвался от монитора и взглянул на зеленую лампу. Она путешествовала с ним из комнаты в комнату, и даже на каникулах он брал ее с собой. Ему повезло – как лучшему на курсе, парню предложили работу с проживанием в общежитии. Конечно, довольно скучно отслеживать работу метро, да и зарплата невелика, зато есть где жить, и на работу доставляют вовремя.

Только достоин ли скромный айтишник такой принцессы? Егор снова взглянул на экран, потом на лампу и незаметно для себя задремал, положив голову на руки.

Во сне к нему явилась та самая ведунья. Похихикала, качая головой, и сказала:

– Что это ты себе придумал, мальчик? Достоин – недостоин! Кто тебе мешает стать достойным? Помни, ты должен будешь спасти ее от смерти! – и пропала.

Егор проснулся, недовольно потер помятое лицо и прокрутил в голове слова старушенции, открыл в телефоне заметки и начал набрасывать план.

Не верьте, что саморазвитием занимаются только женщины! Мужчины тоже. Хотя в группе по живописи, в которую попал Егор, мужчин было трое – пожилой седовласый господин в костюме и галстуке; мальчик лет четырнадцати; и он, Егор Ломов. Вчерашний студент, только-только нашедший работу. Денег пока было мало, поэтому Егор искал все, что мог найти бесплатного. Лекторий в библиотеке – берем! Пробный курс живописи, первое занятие бесплатно – берем! Самбо для начинающих – платно, но в шесть утра самая дешевая группа – берем!

Утренняя пробежка по затянутому туманом парку. В ушах бормочет английский диктор, на руке считает пульс и расстояние дешевый фитнес-браслет. Час. Потом душ, переодевание – и рысью вниз, к автобусу, чтобы ехать на службу. Двенадцать часов под землей. Коды, схемы, пульты… Насыпать тонер, подключить новый пульт, забрать в ремонт старый…

Вечером – домой. В крохотную комнату общежития. Сосед уже умчался на смену. Снова душ, взгляд на часы – и бегом в бассейн. По дороге в наушниках бормочет английский сериал, иногда сменяясь лекциями об истории искусства.

Энергичный заплыв, горячий душ – и снова бегом на курсы. А вечером, перед сном, можно листать страничку Розы. Пусть она совсем не роза в этом времени, скорее хрупкая, изящная снежинка, но для него она…

Сон как омут. Будильник – душ, тренировка, снова душ, и бегом по магазинам. В свой выходной нужно прикупить продуктов. Питаться, как сосед – «бич-пакетами», пельменями и сосисками – Егор не хотел. Еще дома, наблюдая за играми сестры в блогера, он усвоил простое правило – вкусная, красивая еда насыщает меньшим количеством. Лучше купить куриную грудку, десяток яиц и салат, чем килограмм пельменей. Конечно, готовить он научился не сразу, но в сети было размещено огромное количество рецептов с видео-инструкциями. К тому же парень прикупил себе небольшую мультиварку и мог теперь готовить прямо в комнате, не пользуясь общей, довольно грязной кухней.

В таких заботах пролетел год. Летом Егор уделял больше внимания прогулкам по городу и окрестностям, зимой – посещал свободные от туристов музеи. Бесплатные концерты в лекториях и малых залах. Орган в Петрикирхе. Ночь музеев. Порой ему казалось, что он собрался впихнуть в себя невозможное, но однажды, стоя на рассвете на набережной напротив Петропавловской крепости, он вдохнул этот город и понял, что нашел свое место.

На работе старательного и аккуратного парня тоже приметили. Не пьет, не курит, занимается спортом. Женщины обращали внимание, приглашали проводить, но Егор качал головой и отвечал:

– У меня есть девушка.

Постепенно к его молчаливой сдержанности привыкли, начали доверять самостоятельные дежурства, а потом отправили на курсы повышения квалификации, чтобы повысить разряд и зарплату.

Здание, где проходили занятия, находилось неподалеку от Герцена. В обеденный перерыв Егор доставал из рюкзака термос с кофе, купленную в проверенном месте плюшку и шел к Неве, чтобы смотреть на воду, ловя одним глазом вход в университет. Его Роза выпархивала из дверей со стайкой однокурсниц и спешила к метро. Егор любовался издали, чутко прислушиваясь к браслету. Тогда, в день их первой встречи, девушка неудачно переходила улицу – сломался каблук, и она чуть не угодила под машину. Подруга выдернула ее на мостовую, но Егор почувствовал.

Теперь он знал, что в назначенное время браслет будет сжиматься, подсказывая ему, что девушке что-то грозит. Но пока все было спокойно, и он позволял себе наблюдать издалека. Любоваться.

Пролетел еще год. Сосед в общежитии съехал, и комната целиком осталась за Егором. Теперь можно было делать упражнения прямо в комнате, прикупив коврик для йоги и тщательно вымыв крашеный пол.

Курсы английского помогли – теперь Егор не морщился, услышав иностранную речь на улицах Питера, напротив, прислушивался, стараясь понять, о чем идет речь. Художника из него не вышло, зато «Курсы для начинающих» позволили ему иначе смотреть на работу художников в музеях. Архитектуру он изучал по справочнику «Самые знаменитые здания Невского проспекта», не брезговал туристическими брошюрами и короткими заметками в соцсетях. Потом он нашел для себя еще одно развлечение – пешие экскурсии со свободной записью. Не всегда они были удачны – то собиралось слишком много народа, и экскурсовода было плохо слышно, то, наоборот, желающих было так мало, что прогулку отменяли. Но в целом эти мероприятия позволили ему лучше узнать город и увлечься его историей.

А потом он сумел купить билеты на балет и в оперу. Не все понял, зато насладился музыкой, с удивлением осознавая, что ему нравится пение и сложное звучание большого оркестра. После этого его коллекция музыки пополнилась знаменитыми ариями в исполнении популярных певцов, а привычный «час английского» иногда звучал, как мюзикл.

Глава 33