Иллюзия правды. Дама червей - Ана Шерри

– Как ты думаешь, если я покажу эту фотографию твоему твердолобому парню, он откажется от тебя?

У Софии пропал дар речи. Она попыталась выхватить телефон, но Ромаль засмеялся и убрал его в задний карман брюк.

– Ты же не сделаешь этого? С виду ты выглядишь серьезным, а на самом деле ничего серьезного в тебе нет. – Она толкнула его в плечо и прошла мимо, в сторону выхода во двор.

– О, надо же! Как одежда может изменить человека, – удивился Ромаль и пошел следом. – Что там Ясмин тебе еще дала? Тебе идут эти женские тряпки.

– Эти «тряпки» – национальный костюм твоего народа.

– Может, передумаешь быть сербкой и станешь цыганкой? Я выдам тебя замуж.

София остановилась и резко обернулась.

– Найду тебе получше, чем твой…

– Смотрю, ты обладаешь удивительным талантом соединять несоединимое.

– Это все соединяется без моей помощи, – тут же вставил он и обошел девушку, направляясь к выходу. – Я вроде попросил тебя оставаться в комнате. Но видимо, женская половина этого дома решила по-другому. Вам же надо будет поделиться друг с другом своими эмоциями и обсудить будущего мужа Ясмин.

– Можно сказать, это была просьба бабушки. Но ты прав, мне жутко интересно посмотреть на жениха.

Они вместе вышли из дома, оказавшись на свежем воздухе, пропитанном запахом еды, сладостей, костром и духами. Какой интересный микс. София вдохнула глубже, даже закрыла глаза и начала вспоминать, где она уже встречала такие запахи? Наверно, каждый по отдельности попадался ей в повседневной жизни. А здесь еще гремела музыка, люди кричали, танцевали, хлопали. Это был хаос, от которого раньше она бы сбежала без промедления, но сейчас она была взаперти. София открыла глаза и увидела Ромаля. Он пристально смотрел на нее, стоя в двух шагах. Среди всех этих людей он был каким-то особенным. Он был особенным даже в ее мире.

София мотнула головой, отгоняя дурные мысли, и сделала шаг к нему.

– Будущего жениха Ясмин зовут Януш, – произнес Ромаль.

Тут же рядом с ним возник парень. Он был выше Ромаля на голову и худее его раза в два, при том что сам Ромаль был идеально сложен. Немного не повезло Ясмин, но она его быстро откормит, при ее-то кулинарном таланте.

Януш кивнул Софии, и ей пришлось протянуть руку.

– София.

Он был молод. Очень молод. Совсем еще юнец. На его худом лице выделялся широкий нос, а уголки глаз были опущены, казалось, что он грустит.

Януш скромно пожал руку и что-то произнес на цыганском языке, а потом отошел к Ясмин, которая стояла в кругу цыганских женщин. Она была слегка потеряна, но кто-то потянул ее и закружил в танце.

Цыганская музыка была слишком громкой для Софии, слишком веселой и динамичной. Многие женщины танцевали и делали это так пластично, что она даже позавидовала. Но ей все же стоит подумать о побеге или хотя бы изучить местность на будущее.

– Ты уже составила свое мнение об этом парне? – спросил Ромаль, стоявший рядом все это время. – Наверняка потом будете обсуждать с Ясмин. Кстати, выходить замуж в восемнадцать лет для вас слишком рано. Но тебе уже не восемнадцать, а ты все еще не замужем. Твой пустоголовый и здесь не торопится. Может, стоит уже поменять претендента на это место?

София удивленно посмотрела на него.

– Ты мне подберешь? – съязвила она. – Или себя предложишь?

Ромаль усмехнулся и даже отвел взгляд. Она его смутила! Боже правый! Можно было уже вести счет «кто кого». В его ворота она забила гол.

– Ты не в моем вкусе, – наконец произнес он, посмотрев на нее, и улыбнулся.

Он сделал это так загадочно, что смеяться ей уже не хотелось. Таких слов она не ожидала. Два – один, она проигрывала.

– Слава богу. – Это единственное, что пришло в голову.

Два – два.

Улыбка снова заиграла на ее губах, и София направилась к бабушке Гюли, которая сидела на скамейке и любовалась гостями. Она молча села рядом, а в голове все еще звучали слова «ты не в моем вкусе». А кто в его вкусе? София обвела взглядом женщин, все они были похожи друг на друга: черноволосые, с карими глазами, коренастого телосложения. А вот девушки помоложе были настоящими красавицами. Что толку врать самой себе! Здесь можно выбрать себе женщину по вкусу.

– Никогда не опускай голову, – произнесла бабушка Гюли, смотря на танцующих, но обращаясь, видимо, к Софии, – и гордо держи плечи расправленными. Ты здесь самая красивая.

Она встала и направилась в круг женщин. София опять ничего не поняла и не успела задать вопрос про живот. Но Ромаль прав: судя по всему, Иво не торопится с деньгами, и она здесь надолго. Еще будет время спросить.

София, оставшись на скамейке одна, наблюдала за гостями. Некоторым она уже дала клички. Например, Большая женщина – цыганка в черной юбке, самая высокая и крупная среди всех. Дистрофик – парень возраста Януша, но еще худее, хотя, казалось бы, куда уж еще. Он танцевал вместе с Большой женщиной. Парочка – полный улет.

Ее радовали только Ясмин и Роза, Михей и бабушка Гюли – остальные слишком шумные. Йон тоже был здесь, но он не принимал никакого участия в празднике. Нервно расхаживал вдоль забора с телефоном в руке и постоянно кому-то звонил. А вот Михей, напротив, был душой детской компании. Он развлекал маленьких гостей, хотя было видно, как ему сложно бегать с ними, поднимать на руки. А детей здесь был полон двор. Цыгане много рожают. Интересно, по сколько детей в их семьях? В нынешнее время два ребенка в семье сербов – это большая удача. Опять вспомнился Милош…

София застыла, уставившись в толпу. Этот парень… худощавый… с бледно-рыжими волосами. В памяти всплыло воспоминание, как она за руку отводила Милоша в школу…

– Милош, – прошептала она и вскочила со скамейки.

Глава 20

София кинулась в толпу танцующих, боясь потерять парня из виду. А в голове мелькали картинки прошлого: Милош сидит за столом, Милош играет в планшете, Милош не хочет делать уроки… Она прекрасно помнила его лицо, потому что часто пересматривала его фотографии. Но прошло десять лет. Десять долгих лет могли превратить его в человека, который совсем не походил на того мальчика с фотографии. Сейчас Милошу восемнадцать. Он уже взрослый и мог измениться так сильно, что его не узнать.

Но ее предчувствие и эти бледно-рыжие волосы…

Кто-то