Повелительница барсов. Попаданка и строптивый - Дарья Светлая

Серебристая под лунным светом тропа, пересекаемая тенями, вела куда-то вверх. Я неслась вперед и боялась обернуться. Кто-то был там, за моей спиной в этой тьме, полной шелестящих теней. Мягкий, почти неслышный топот мощных лап, что никогда не сбиваются с шага. Мощное, текучее, хищное нечто преследовало меня, грозясь вот-вот настигнуть.

Я бежала, чувствуя, как легкие разрываются от нагрузки, а потом вдруг ощутила себя легкой, как бывало только во сне: только что мои босые ноги ступали по твердой, сухой земле и вот я уже лечу.

Меня словно бы подхватило течением ветра, который нес меня выше и выше по склону горы.

Лес сменился, превращаясь в хвойный, но ветер не остановился. Он мчал меня вперед и тогда, когда чаща сменилась лабиринтом из крупных камней, меж которых росли кусты рододендронов, все выше и выше.

Мимо рычащего, словно зверь, прыгающего по камням, бурного потока горной реки. Туда, где исчезала всякая растительность, и только льды сверкали под лунным светом. Где под безупречно чистым покрывалом снегов спали горные вершины. Выше той отметки, где они кутались в клубящиеся белые облака.

Алые руны горели тревожными огнями под слоем льда, у входа в древнюю усыпальницу. На небольшой площадке, у входа в вырубленный в скале склеп, сияла призрачно-голубя кошка, в которой я инстинктивно узнала Нигатар.

Она нервно била хвостом, оставляя в снегу неровные изогнутые следы, и ждала моего приближения. Откуда-то я знала, что древняя повелительница не может покинуть это место.

— Пока не могу, но твоя кровь и твое сердце откроют мне путь! — прозвучал голос оборотницы в моей голове и она прыгнула.

Я попыталась снова взлететь, оттолкнувшись ногами от земли, но, кажется, на сегодня для меня чудеса закончились. У меня вышел лишь неловкий прыжок и кошка успела полоснуть меня когтями по бедру.

Хлынула кровь. Я вскрикнула, зажимая рукой порез, и не успела откатиться в сторону, когда кошка атаковала снова. Крупные, мощные лапы с сокрушительной силой, толкнули меня, заставляя упасть навзничь.

Оборотница обрушилась на меня всем своим весом и уже потянулась к горлу, когда кто-то сдернул ее с меня и отшвырнул прочь. Приподнявшись, я увидела Рэя Солера в полуобороте. Он стоял, как человек, но голова, хвост, мех и когти на руках и ногах принадлежали зверю. Глаза барса светились ледяным, беспощадным огнем:

— Ты! Как ты смог проникнуть за Грань?! — возмущенно прорычала оборотница.

— Моя прабабка была колдуньей — усмехнулся оборотень и, опустившись на четвереньки, ударил ладонями о снег, глубоко запустив в него когти. Когда альфа поднял руки, в его ладонях плясало серебристо-белое пламя.

Нигатар перешла в получеловеческую форму и повторила жест Солера. Ее огонь был голубым. С одинаковой текучей грацией эти двое принялись сближаться, рыча и неотрывно глядя в глаза противнику.

Барсы когтисто-зубастым, мохнатым серым клубком покатились по снегу, полосуя друг друга когтями, и каждый норовил вцепиться другому в горло. Оборотни двигались настолько быстро, что человеческий глаз не мог уследить за их движениями. Я видела лишь размытые, мечущиеся силуэты.

Голубое и серебристое пламя смешались, разгораясь все яростней. В какой-то момент я смогла различить, как оборотница швырнула Солеру в морду горсть снега и тот оступился, чтобы в следующий миг оказаться лежащим у самого края пропасти.

С криком, я бросилась вперед. Знала, что не успеваю, но все равно рассчитывала отвлечь Нигатар и спасти барса, что вступился за меня перед повелительницей котов, явившейся из прошлого.

Но через миг я поняла, что падение барса было лишь обманным маневром, и застыла в двух шагах от Солера, держащего Нигатар за глотку над пропастью.

— Давай, влюбленный кот, чего же ты ждешь? Брось меня вниз и твоя истинная будет свободна…

Барс зарычал. Когтистые пальцы бывшего альфы уже начали разжиматься, когда я, дрожа от холода и страха, ухватилась за покрытую мехом руку, и воскликнула:

— Нет! Не делай этого!

— Почему? — ответил мне искаженный рычанием голос.

— Ну же, ответь своему истинному на вопрос, открой ему свой маленький секрет — прохрипела Нигатар и ее морду исказила гримаса, в которой читалась злорадная улыбка.

Я помнила о том, что в этом мире любого заподозренного в подмене душ, подвергали испытаниям в храме Хамарры и казнили после провала. Но также я помнила и слова клановой целительницы о том, что наши с Нигатар души слишком сильно переплетены и ее уход убъет меня. Я не хотела давать такую власть над своей судьбой Солеру, но между смертью прямо сейчас и смертью потом, я выбрала второе:

— Я не жрица с севера и родилась не в Эритее. Моя душа была притянута в этот мир Хамаррой, которая подселила мне эту древнюю кошку, чтобы я смогла совладать с кланом. Я не выживу, если Нигатрар оставит мое тело.

— А остаться я согласна лишь в том случае, если ты дашь мне волю, маленькая лассара! Впрочем, я тоже не буду тебя сильно подавлять: можем договориться о графике. Я дам тебе, скажем, три дня в году — снова прохрипела Нигатар. Думаю, она бы пропела эту фразу, будь в ее распоряжении чуть больше воздуха.

— А жирно не будет? — спросила я.

— Тебе решать, влюбленный кот. Можешь убить меня и она погибнет, а можешь оставить мне жизнь. Посмотри на нее, подумай: это тело, которое ты так вожделеешь, будет твоим каждую ночь! Даже в призрачном состоянии я чую, как ты нас хочешь, эту сладкую, мучительную боль неудовлетворенного желания, которая терзает тебя так давно. Ты так силен, ты смог меня победить. Дай мне жить и, уж поверь, я тебя так приласкаю! Я не выброшу тебя прочь, я считаю тебя достойным любви, в отличие от нее. Стоит тебе однажды лечь со мной, и ты больше не захочешь других… Зачем тебе иномирянка, если я могу показать тебе рай?

— Какие сладкие речи — мурлыкнул барс, оглядывая алчным взглядом оборотницу, а затем и меня, словно рисуя в воображении, что сделает с этим телом, когда никто больше не будет ему сопротивляться — Должно быть, ты многое умеешь, Нигатар?

— Ты и не представляешь, сколь я искусна, мой кот… — попыталась мурлыкнуть в ответ древняя повелительница, но получилось не очень, потому что ее все еще держали за горло над пропастью. Тем не менее, даже каркая, как ворона, Нигатар пыталась ворковать с придыханием — Возьми меня. К чему тебе вечно краснеющая девица, которая испугается твоего размера, стоит тебе снять штаны?

— Хорошее предложение —