Радуга в тумане - Таша Робес

— Твой сын хоть и похож на тебя, но он не такой грубиян, как ты. — Добавила Аделина Дмитриевна. — Мальчик воспитанный и интеллигентный.

— Вы меня плохо знаете! — В знак протеста вставил Иван. Удовлетворившись замешательством, в которое пришла бабушка от его наглости, добавил. — Характером я в маму, а она у нас не подарок!

Ваня быстро учился защищаться от родственников. Круглов довольно усмехнулся. Маша одобрительно посмотрела на сына, зная, что поступает непедагогично, но кто-то же должен противостоять этой надменной даме, раздраженно хлопающей глазами.

Тая и Наташа, привлеченные шумом, с интересом наблюдали за происходящим, не уловив сути дела. Незнакомая женщина с недовольным видом давала отпор всей остальной компании. Казалось, она одна построила всех, поджала губы и скрестила руки на груди.

— Я была права, какая-то странная женщина, она нас всех рассматривала с любопытством. — Протянула Наташа.

— Тебе, наверное, показалось. — Возразила Таиса.

— Ничего мне не показалось! — Вспылила Наташа. — Маша тоже так ответила, а теперь стоит с растерянным видом и пытается что-то выяснить. Что у них там такое?

— Может ничего серьезного, немного повздорили.

— И по какому поводу? Мне кажется, нам тоже надо вмешаться.

— Даже не думайте, любопытствуйте со стороны! — Строго сказал Саша и обнял женщин крепче. — Там вон Круглов подошел, сами разберутся. И надеюсь раньше, чем сбежится вся больница.

— Может, подойдем ближе, чуть-чуть, а то ничего не слышно. — Наташа состроила Светлову глазки.

— Стойте, где стоите! — Не поддался Саша, сам не понимая, что же все-таки происходит.

Рядом с ними открылась дверь операционного блока, и в коридор вышел профессор Круглов. Саша узнал его по многочисленным фотографиям, размещенным в интернете, высокий, крепкий с короткими седыми волосами, с зелеными глазами на интеллигентном лице. «Только незрячий не увидит явного сходства между дедом, сыном и внуком», — подумал Светлов. Он подошел к хирургу и пожал его крепкую руку.

— Здравствуйте, Игорь Михайлович, моя фамилия Светлов, мы договаривались о встрече, конечно, когда вы отдохнете. Моя жена Наташа. А это Таиса, жена Литвинова. Скажите как его состояние?

— Здравствуйте, рад знакомству, — устало ответил профессор, вытирая взмокший лоб, — все замечательно, операция прошла успешно, без осложнений. Он сильный, до свадьбы заживет.

— Спасибо вам, вы вернули нам надежду, — Тая расплакалась и бросилась обнимать доктора так же, как совсем недавно обнимала Светлова, — я так боялась. Мне показалось, что время остановилось.

— Успокойтесь, милая, — Игорь Михайлович привык к тому, что родственники его пациентов льют слезы, но чтобы на его груди, так просто, даже по-домашнему… Он растерялся, но потом с удовольствием погладил ее по плечам и по голове, как родную.

— Я могу его увидеть, хоть на минуточку?

— Дорогая моя, вы так трогательно плачете, успокойтесь уже. Увидеть мужа вы сможете только завтра, а сейчас вам надо отдохнуть, он все равно проспит до утра. — Продолжая обнимать Таю, он глянул поверх ее головы и удивленно спросил, — а это еще что за консилиум?

— Странная дама вот уже полчаса держит в напряжении наших друзей. — Ответила Наташа. — А перед этим тщательно нас всех изучала.

— Друзья у вас надежные, выдержат любую осаду. Ну что же, идемте знакомиться с этой странной дамой, как вы правильно заметили.

— Может, не стоит? Сами разберутся!

— Не бойтесь, она не кусается.

Придерживая одной рукой Таю за плечи, профессор направился к шумной компании, кивком головы приглашая за собой Светловых. Словесная перепалка закончилась, как только Круглов старший подошел к ним совсем близко. Внимательно посмотрев на Машу и мальчиков, он перевел взгляд на жену.

— Все бунтуешь, революционерка. Может, хватит уже вмешиваться в чужие дела?

— Мой сын и мой внук — это мои дела, и я вправе о них знать!

— Знать вправе, а вмешиваться нет! — строго сказал Круглов, и обратился к Мише. — Знакомь меня, сын, с моей семьей.

— Это Иван. — Всем бросилось в глаза чувство гордости, переполнявшее Михаила. Он выровнялся и выпятил вперед грудь, вызвав снисходительную улыбку своего отца. Игорь Михайлович тепло потряс Ванину руку, заглянул ему в глаза и неожиданно заключил его в свои крепкие объятья. Ваня не сопротивлялся, дед ему понравился.

— Видный парень. Мне жаль, что мы не общались все это время. Надеюсь, ты не сильно обижен на отца. — Он с укором посмотрел на свою жену. Та фыркнула, но ничего не сказала.

— А это Мария! Ванина мама.

— Из-за такой и я потерял бы голову. Красавица. — Он по-отечески обнял Машу. — И большая умница, одна смогла воспитать такого сына, правда, та еще шантажистка.

— Я чего-то не знаю? — Возмутилась Аделина Владимировна.

— Если бы не твой скверный характер, может, все сложилось бы иначе. И ты не капала бы нам на мозги десять долгих лет, что твои подруги уже обзавелись внуками, одна ты такая ущербная. Каждый год могла бы вывозить внука на моря и следить за каждым его шагом. Хотя, в этой ситуации Иван только выиграл, мужиком вырос без твоих сюсюканий. Машеньку совсем избаловала.

Аделина Владимировна медленно поднялась с дивана, поправила на шее шифоновый шарфик и в упор посмотрела на мужа. Все притихли в ожидании ее упреков. Но она вдруг скривила жалостливую гримасу и из ее глаз выкатились две крупные слезинки. Профессор сразу обмяк, смягчился и подался вперед, протягивая к ней руки.

— Дорогая моя, только не слезы. Прошу тебя.

— Я все делаю из любви к вам, а вы меня не цените. Сколько бессонных ночей я провела, а вы даже не заметили. Я, конечно, в чем-то неправа, но нельзя всю вину сваливать на меня. Лучше подумайте, что дальше делать. Может, оставим Ваню в Москве? — Она наивно и просительно смотрела в глаза мужа.

— Что? — не удержалась Маша. — Мы с Ваней как-нибудь сами решим, где жить и что делать.

— Мама, ты опять начинаешь?

— Я больше не буду-у-у… Правда. — И она опять пустила слезу.

— Успокойся, все хорошо, все живы, здоровы, с остальным справимся.

Миша тоже подошел утешить мать, он не мог спокойно смотреть на ее слезы. Двое сильных здоровых мужчин, один — известный профессор, ученый с мировым именем, врач от бога, другой — в прошлом военный летчик, майор, имеющий целый штат подчиненных, не раз участвовавший в спецоперациях и опасных задержаниях, утешали одну маленькую капризную женщину, ими самими и разбалованную. Картина была, по крайней мере, забавной. Все остальные молча переглядывались, кто-то иронично качал головой, кто-то пожимал плечами. Вдруг, Аделина Дмитриевна вытянула руку, ухватила Ваню за футболку и резко дернула на себя. От неожиданности, он не удержал равновесие и подался вперед, попадая в расставленные