Лиат душа Эсхейма - Юлия Арниева

Вернувшийся из столицы Хаген, полный важности и довольствия, рассказал, что панно разобрали прибывшие из Атои купцы, отдав за них большие деньги, и что местной знати ничего не досталось. При этом радостно улыбаясь, выложил два увесистых мешка с золотыми монетами и списком заказчиков.

После сногсшибательных новостей времени стало ещё меньше, пришлось спешно готовить дополнительные помещения, набирать учениц, организовывать доставку и переработку материала. Но это были милые хлопоты, они напрочь отбивали желание заняться самокопанием, а приятная усталость и удовлетворение от выполненной работы, благосклонно принимала заботу Рейнира, который, заметив мою покладистость, стал менее навязчивым.

И надо сказать, что я даже привыкла к его тихому покашливанию и напоминаниям, что мне необходимо отдохнуть или прогуляться, а ежевечерние проверки моего самочувствия, заключающиеся в объятиях, мне стали даже нравиться.

И да, ремонт в моей комнате недели две как завершился, но я не спешила покидать покои Рейнира, объясняя себе и коннетаблю, что прежде надо навести уют, расставить мебель и вообще, с делами у меня нет времени приобрести необходимые вещи, без которых комната будет ужасна. Муж улыбался, но никак не комментировал мои слова, и за это я была ему искренне благодарна и продолжала оттягивать переезд, находя каждый раз веские причины для этого.

Вот и сейчас вместо того, чтобы пройтись с Марен, которая плотно занялась производством сухих колбас к пиву, и посмотреть, что мастерицы Эсхейма могут предложить, я, как генерал на плацу, раздавала приказы страже, устроив очередной кошмар в замке.

– Леди Лиат, в этот угол? – простонал один из стражей, волоком таща за собой мешок с гипсом.

– Да, сюда ставь, здесь будет лучше, – ответила, решив, что всё же мастерскую по гипсовым панно необходимо перенести из замка. Слишком много посторонних людей по коридорам стало бродить, а это небезопасно. Ну и в бывших казарменных складах было тепло, светло и места вполне достаточно.

– Не уроните! – крикнула Нора, фурией рванув за парнями, которые, судя по всему, несли одну из её работ, – что вы творите!

– Хм… леди Лиат, а с бывшей мастерской что делать? – поинтересовалась Бергит, наблюдая вместе со мной за суетой во дворе.

– Рей сказал, что это единственная комната, в которую не ведёт тайный ход, – шёпотом произнесла и, выждав, когда мимо нас пройдёт один из воинов коннетабля, продолжила, – будет там детская комната. Сейчас остатки вынесут и начнут стены ровнять, кроватку, Арен сказал, его брат изготовит.

– Так на чердаке есть, хорошая, – с недоумением промолвила лекарка, – и сундуки с детской одеждой.

– Хочу новую, по моему рисунку, – ответила, почему-то категорично настроенная против старых вещей и мебели, даже игрушки – деревянные лошадки, мечи и прочие рыцарские атрибуты – я не собиралась доставать из сундука. Мои глупые суеверия в последнее время стали ещё шире, объёмнее и красочнее. Теперь мне всюду мерещился тёмный с его прихвостнями-чудовищами, которые непременно были похожи на всех мерзких тварей, что я мельком видела на экране телевизора. Так что это была ещё одна причина не покидать сильное плечо мужа.

– Я могу Жарле попросить сшить малышу одеяла и матрасик, очень у неё хорошо получается.

– Вместе сходим, – ответила, едва не шарахнувшись от испуга и не сбив с ног тащившего стул стражника, когда из-за спины неслышно появилась Ханна, – чёрт! Ханна, ты меня напугала!

– Прости, – просипела девушка, виновато улыбнувшись.

– Ты где была? Мы заходили за тобой, – спросила. Признаться, я сильно удивилась, когда сегодня утром не застали ни Ханну, ни её няньку в их башне, которую девушка не желает покидать.

– Гуляли, – коротко ответила родственница, проводив внимательным взглядом Арена, что-то с энтузиазмом доказывающего Ульфу. Тот же рассеянно кивал и, по-моему, ничего не слышал, мужчина вот уже неделю ходил по двору замка с блаженной улыбкой, впрочем, как и Марен.

Девушка всё же решила простить мужчину за его неприличное предложение, и сейчас у пары наступил конфетно-букетный период. Ульф оказался галантным кавалером и опытным соблазнителем, так что подруга едва ли не летала, возвращаясь с очередного свидания. Было радостно следить за развитием отношений их пары, невольно отмечая про себя, что их счастливые улыбки вызывают небольшую зависть, и я всё чаще стала поглядывать на Рейнира и вспоминать наш первый поцелуй…

– Лиат, – прервал мои мысли упомянутый, мои щёки тотчас опалило жаром, будто меня застукали за чем-то постыдным, и я сердито буркнула:

– Что?

– Его величество требует моего присутствия, я должен отбыть сегодня же. Я постараюсь уладить дела в течение трёх дней, но с дорогой меня не будет больше недели… Лиат, поехали со мной, – громко на весь двор проговорил мужчина, вопросительно на меня посмотрев.

– Хм… я… я не могу, лорд Рейнир, не сейчас, – промямлила, мысленно чертыхнувшись: мужчина был прав, притворство – не моё, и страдать на публику оказалось довольно сложно.

– Лиат, ты моя жена, и я бы хотел тебя познакомить с родителями, – продолжил настаивать коннетабль, а эта фраза была, между прочим, незапланированная.

– Может, ты привезёшь их сюда?

– Ты права, в твоём положении не стоит покидать замок, а вместе с отцом мы сможем найти… – недоговорил мужчина, натянуто улыбнувшись, и тут же якобы перевёл разговор на другую тему, – тебе нужно отдохнуть, а я не успел пообедать.

– Я прикажу собрать твои вещи, – на мой взгляд, слишком радостно проговорила я, подхватив мужа под руку, чего никогда не делала, и потащила его к замку, одними губами прошептав, – ерунда получилась, он не поверит.

– Время покажет, – так же едва слышно ответил мужчина, предложивший эту авантюру, но, признаться, я была с коннетаблем согласна. Тёмный так просто из земель Эсхейма не уйдёт, а значит, гад где-то затаился, и ждать, пока он снова себя не проявит, мы можем долго и не факт, что успеем поймать. И как бы мне ни было страшно, идея ловли на живца была единственно правильным решением. Так хотя бы мы могли контролировать ход происходящего, если, конечно, всё удастся.

В общем, через три часа я с грустным лицом, стоя на берегу, махала платком двум отплывающим кораблям. Третий и около двадцати воинов во главе с Ульфом королевский коннетабль решил оставить. Было бы странно уводить всех, да и рисковать он, как сообщил, мной и ребёнком не собирался.

– Возвращаемся в замок, с моря холодом тянет, – произнесла Марен, с сочувствием на меня посмотрев, – он скоро вернётся, ещё и с родителями… значит, любит тебя.

– Угу, – кивнула, покосившись на воинов коннетабля, замковую стражу и собравшийся простой люд