Последняя из рода Гонт - Ласточкин

— Ну, например, тёплое море, — насмешливо ответил он.

— И когда нам нужно отправляться?

— Прямо сейчас.

— Тогда я готова, — ответила я.

Волан-де-Морт достал из кармана портключ, активировал его, и нас засосало в воронку телепорта.

Греция, остров Родос

Портал перенёс нас к стоящему на берегу старинному двухэтажному дому, который меня совсем не заинтересовал. Когда я увидела бирюзовые волны и белый песок, от моего плохого настроения не осталось и следа.

Возле дома показался какой-то волшебник, вышедший нас встречать, и я повернулась к Волан-де-Морту, ненадолго оторвав взгляд от прекрасных бескрайних вод.

— Милорд, мы здесь надолго?

— Думаю, до вечера, — глядя на моё восхищённое лицо, хмыкнул Лорд.

Кивнув ему, я побежала к берегу. Скинув туфли, зачерпнула горсть белоснежного песка, высыпая его сквозь пальцы. Сняла сарафан, оставшись в нижнем белье, и зашла по щиколотку в воду. На моё удивление, она оказалась очень тёплой. Я зашла по пояс и окунулась целиком. Зайти глубже я не решилась, потому что не умела плавать. Так и плюхалась возле берега, лёжа на волнах, которые нежно укачивали меня.

Море было прозрачным, и я хорошо видела дно. Вдоль берега плавали стайки мелких рыб, и, дурачась, я пыталась поймать хоть одну. Несмотря на изнуряющую жару, вода дарила прохладу и свежесть. Не знаю, сколько я так проплескалась, наслаждаясь купанием и морским воздухом, но в какой-то момент, бросив взгляд на берег, я увидела Тёмного Лорда. Он стоял у самой кромки воды, перекинув через руку свою чёрную мантию, а его белая рубашка была расстёгнута на две верхние пуговицы. Лёгкий ветерок трепал идеальную причёску, играя волнистыми прядями.

— Не хотите окунуться, милорд? Вода здесь удивительная, — улыбнулась я.

— Нет. Нам пора возвращаться, Аннабель, — бросил он мне.

— Но еще не вечер, — капризно ответила я. Мне совсем не хотелось покидать это райское место.

Я зачерпнула в ладони воду и попыталась обрызгать Волан-де-Морта, но моя детская шалость не удалась. Едва заметным движением он остановил капли, и они упали вниз, не задев его.

— Что ты сделаешь в следующий раз, Аннабель? Нападешь на меня во сне? — в голосе Волан-де-Морта прозвучал смех.

— Ни в коем случае, мой лорд! — рассмеялась в ответ я.

И повторила попытку, но его было невозможно задеть и это закончилось тем, что он взмахом руки поднял огромную волну, которая накрыла меня с головой и утянула в море.

Мерлин! Знает ли Лорд, что я не умею плавать?!

Я барахталась в воде, пытаясь нащупать дно. Соль попала в глаза, вызывая неприятное жжение, и я зажмурилась. Мои длинные волосы налипли на лицо, и я почти запуталась в них. Изо всех сил я рванулась наверх, пытаясь сделать глоток воздуха. Мне казалось, что я сейчас утону.

Неожиданно меня подхватили и вытащили на поверхность. Я с трудом разлепила глаза: Волан-де-Морт парил над водой, удерживая меня, и мы медленно летели к берегу. Почувствовав под ногами горячий песок, я убрала с лица налипшие пряди. Окинула себя взглядом — и вдруг почувствовала смущение. Намокшее белье прилипло к телу, практически ничего не скрывая, и на моих щеках вспыхнул румянец. Я ощутила себя голой и попыталась прикрыться руками.

Такое со мной случилось впервые.

— Милорд, вы не могли бы отвернуться? — стыдливо пробормотала я.

Закатив глаза, Тёмный Лорд повернулся ко мне спиной и взмахом своей палочки высушил мою одежду и волосы. Когда я надела сарафан, он взял меня за руку и активировал портал.

*****

Дорсет, особняк Гонт Мэнор, 20 августа 1994 года

На пляже под утёсом вода всегда была холодной, а пляж — каменистым. Я часто спускалась вниз и трансфигурировала мелкую гальку в белоснежный песок. Мне нравилось сидеть, пропуская его сквозь пальцы. На ощупь песок казался таким нежным — нежнее было только море в Греции.

Даже не верится, что с того нашего путешествия прошло целых два года. Но они были относительно спокойными. Стараясь сдержать обещание, данное Лорду, я не ввязывалась в неприятности, и волшебники вокруг меня больше не умирали. На каникулах, когда у Волан-де-Морта было свободное время, а это случалось не так часто, как хотелось бы, он продолжал обучать меня. В свои четырнадцать я уже умела самостоятельно трансгрессировать. Но на Косую Аллею выходила под конвоем: меня всегда сопровождал Барти Крауч. В магическом обществе тоже произошли перемены: бывшие преступники Пожиратели Смерти заняли должности в Министерстве, и магическая Англия оказалась полностью под контролем Волан-де-Морта. Хотя, надо отметить, магическая общественность любила своего министра.

Всё было хорошо, вот только ко мне незаметно подкралось взросление. Я изменилась, и не только внешне. Эмоции бурлили во мне, как кипящее зелье в котле. Порой мне казалось, что я схожу с ума. Я стала плаксивой, а сны, в которых я видела Волан-де-Морта, еще больше раскачивали мою психику.

Дорсет, Гонт Мэнор, 22 августа 1994 года

Звук разливающегося по бокалам вина… Женский смех, который вскоре сменяется стонами… Я в очередной раз через силу вытолкнула себя из сна, чтобы не наблюдать за пикантной картиной, и, вскочив с кровати, заметалась по комнате. Сон как рукой сняло. Я негодовала, потому что подобное за последний месяц происходило едва ли не каждую ночь и я почти перестала спать.

— Нужжно сссказать хозяину, — прошипела разбуженная Нагайна.

Идея змеи мне совсем не понравилась.

— Если ты ему хоть слово скажешь, я больше не буду с тобой разговаривать! Никогда! — пригрозила я.

Нагайна недовольно зашипела.

— Могу укусссить её, чтобы ты большшше не плакала, — предложила она.

— Милорд не допустит этого. Просто не говори ему ничего, — попросила я и подошла к большому зеркалу, вглядываясь в своё отражение.

За два года я заметно вытянулась. Плечи стали нежнее и слегка округлились, появилась грудь. Талия, раньше почти неразличимая, сделалась тоньше, линия бёдер — плавнее, женственнее. Черты лица стали выразительнее, а голубизна глаз — глубже. Но этого явно было недостаточно. И я сходила с ума от ревности.

А от мысли, что Лорд никогда не посмотрит на меня, как на ту незнакомую женщину, я просто умирала.

Разозлившись на себя, я схватила с туалетного столика шкатулку и швырнула в своё отражение. Зеркало со звоном треснуло и разбилось.

— Она ничего для него не значит, — прошипела змея.

Ну да, конечно…

Я пыталась взять себя в руки, представив, что увиденное мной — дурной сон и к реальности не имеет никакого отношения, но эмоции мне не поддавались. Повинуясь порыву, на который раньше при подобных обстоятельствах я бы ни за что не осмелилась, я вышла из комнаты