Квест Академия. Том 1 и 2 - Марина Ефиминюк

– Мужики – грабители? – Я честно старалась сотрудничать, чтобы нас не вытолкали за дверь. Впрочем, Бади ни за какие коврижки не выгонишь, разве что любезно попросишь покинуть помещение, но не факт, что он захочет встать с кресла.

– Что еще за грабители? – сморщился Илай.

– Ну понимаешь, человек в одной карете с десятью бородатыми грабителями и человек с десятью бородатыми храмовниками точно чувствует себя по-разному.

– Эден… – Он глубоко вздохнул, видимо стараясь задушить потоком воздуха ругательства. – Просто надену рубашку.

– Это будет к месту, – согласилась я.

– И зажгу ручку на двери, – буркнул он.

– Тогда все решат, что у нас групповые чтения или групповые пляски…

– Я понял, – перебил он. – Ты считаешь, все захотят заглянуть на огонек.

– Вообще, надеюсь, что обойдется без огонька, – призналась я и проскочила наконец в комнату. Дверь была надежно заперта на ключ, из шкафа выужена рубашка, и голые телеса Форстада прикрыты.

Битый час мы спорили из-за допущенной в переводе ошибки. Флемм доказывал, что в старомагическом языке исторический клуб разбирается получше других, а мы с Илаем тыкали пальцами в словарь и пытались доказать, что лучше словаря они точно сложный язык не знают. Тильда с Бади с азартом следили за грызней и хрустели солеными орешками, найденными в закромах у богатенького, избалованного вкусняшками хозяина.

В конце концов согласившись, что прочесть заклятье и так и этак нам никто не запрещает, мы разложили методичку на столе. Я прикоснулась руками к раскрытым страницам, сосредоточилась и начала мысленно произносить слова, ощущая, как силой магии ладони прилипают к бумаге.

– Испарись! – громко, вслух, как того требовали правила, произнесла я последнее слово. Притяжение исчезло.

– Ну давай, Эден, – тихо проговорил Илай, не сводивший напряженного взгляда с методички.

Я послушно приподняла один палец, и от страницы, заставляя всех вздрогнуть, со злобным шипением просочилась тонкая струйка черного дыма. В прошлый раз колдовство не сопровождалось никакими звуковыми эффектами…

– А я говорил, что там не «испарись», а «исчезни»! – победоносно изрек Ботаник. – Нашлись великие гении высшей магии!

Неведомой силой мои руки отталкивались от методички. Дым стремился вытечь наружу и заполонить комнату.

– Эй, парни! – позвала я, но они не слышали и продолжали переругиваться.

– Друзья! – рявкнул Бади поставленным командным голосом.

– Что?! – хором рыкнули спорщики, синхронно обернувшись к здоровяку, и тот кивнул на меня, мол, дама просит слова.

– Окно откройте, – тихо велела я, – иначе случится страшное.

Окно открыть не успели, а страшное все равно случилось. Неведомая сила отпихнула меня от стола. Бессмысленно всплеснув руками, я чуть было не навернулась, но Илай подхватил меня под локоть и не позволил встретиться с жестким полом. А в потолок с силой пара, рвущегося из носика кипящего чайника, вылетел столб черного дыма, стремительно заполнявшего комнату.

В наших стройных рядах случилась короткая паника. Все одновременно бросились к единственному окну. Тильда наступила на задернутую портьеру, та сорвалась с петель, повисла неровным полотнищем. Бади с корнем выдрал шпингалет и с такой силой толкнул оконные створки, что задрожали стекла.

– Несу! – выкрикнула я, вытягивая перед собой книженцию, и высунулась из окна. В звездное небо, как из демонического портала, потекли черные густые клубы. К счастью, окна выходили не на внутренний двор, а на живописные окрестности, и появление смотрителя общежития нам не грозило. Если, конечно, он не имел привычки в потемках прогуливаться по полю за замковой стеной.

Дым излился. В сизой от завесы комнате повисло странное молчание.

– Мажор, извини, что содрала занавеску, – шмыгнула носом Тильда.

– Ничего… – Он задрал голову, проверяя покосившийся карниз. – Эден повесит.

– Почему я?

– Ты идейный вдохновитель, – указал он пальцем. – Бери ответственность!

Спорить было глупо, я пробормотала под нос, за какой именно гранью видела чужие портьеры, но громко высказать недовольство посчитала за хамство.

– Второй заход? – предложил Ботаник, потирая в предвкушении руки.

От раскрытого окна решили далеко не отходить, устроились на подоконнике. С самым серьезным видом Флемм возложил ладони на методичку, прикрыл дрожащие веки и замер. Кудри стояли дыбом то ли от волнения, то ли от страха. Тихим голосом, на одной заунывной ноте он начал читать заклятие.

– Исчезни! – резко произнес он и убрал ладони.

И ничего не случилось!

– Вот видите, – самодовольно ухмыльнулся Ботаник. – А я что говорил! Историки прекрасно разбираются в старомагическом.

Я бросила взгляд на методичку. Сероватую страницу с нечитаемыми символами ласкал маленький язычок синего пламени.

– Горит, – произнесла я, не веря собственным глазам.

В следующую секунду бумага вспыхнула и на подоконнике образовался настоящий костер!

– Горим! – взвизгнул Ботаник.

– Выбрасывай в окно! – гаркнул Илай.

– А если к кому-нибудь залетит? – не позволила я.

Пожар потушил Бади. Не выказывая ни капли тревоги, он вылил из бутылки ядрено-желтую облепиховую настойку. Пламя с шипением потухло. На каменном подоконнике осталась жалкая кучка мокрого пепла, а на светлых оконных откосах вытянулись черные языки копоти. Теперь воздух в комнате не только был сизым, но и дурно пах кострищем.

– А я говорила, что пригодится настойка, – протянула Матильда, которая со страха прямо в туфлях заскочила на кровать и теперь трепетно обнимала чужую подушку. – Правда, думала, что мы ею будем зенки заливать, а не мою методичку за семь соримов.

– Вечер полон неожиданностей, – протянула я.

Откровенно сказать, мы все чувствовали себя по-дурацки. Развести огонь умели, а потушить по-человечески, то есть магически еще не научились. Скорее бы уже началась стихийная магия. Тогда хоть пожары тушить, хоть потопы останавливать, хоть методички Хилдиса расколдовывать, если он надумает еще одну написать.

Впрочем, с пожарами и потопами я погорячилась… Через пару лет постоянных тренировок, может быть, получится потушить какой-нибудь костерок или перекрыть воду в кране. Стихийная магия зрелищная, красивая и очень капризная!

– Бади, приятель, – суровым голосом вымолвил Флемм. – Кажется, пришло время запасного варианта.

Качок тяжело вздохнул, явно не желая отдавать на казнь сокровище, сто`ящее как приличные сапоги, но все-таки методичку протянул. Ботаник попытался забрать, но противник крепко держал, видимо мысленно прощаясь навсегда с «превосходно» по мироустройству.

– Дай ему минуту, – вымолвила я.

В общем, Бади оказался прав. В третий раз не было ни дыма, ни пламени. Буквы тихо-мирно, не принеся никаких разрушений, испарились. Методичка по мироустройству превратилась в блокнот для записей, разве что на титульном листе по-прежнему красовалось название.

Оставалась последняя возможность победить Торгаша Хилдиса и его легендарную защиту.

– Свои вещи предпочитаю портить лично! – объявил Илай, когда взгляды обратились в его сторону.

Абсолютно уверена, что дело вовсе не в кривых ручках! Мы с Ботаником отлично колдуем, особенно на каменных подоконниках,