Цветок вампира – аконит - Лили Мокашь

– Замерзла? – спросила Татьяна, впервые заговорив за урок.

Я кивнула и продолжила смотреть на учителя, который держал одной рукой раскрытый учебник, а другой выписывал на доске мелом условия задачи.

– Знаешь, это не очень честно с твоей стороны, крутить шашни сразу с двумя крутыми парнями из школы.

На мгновение я потеряла дар речи, не понимая, откуда взялись такие подозрения.

– Ты о чем? Я встречаюсь только с Никитой. – Я украдкой посмотрела на Ростову и заметила, как она закатила глаза.

– Да ладно, не придуривайся. К Стасу ты тоже неровно дышишь и даешь парню ложные надежды.

– И в чем, по-твоему, они проявляются?

– Как в чем? Что это вообще сейчас было в столовой? Ты со Смирновым откровенно заигрывала.

– И в мыслях не было. Я лишь поддержала твое предложение.

– Интересная поддержка, – сквозь зубы процедила Таня, – взяла и пригласила его на медляк.

– Я не приглашала его на медляк, – возмутилась я. – Танцевальный номер мог включить всех нас.

Не хватало еще нажить себе врага в виде школьной королевы. Такие, как Ростова, легкой рукой способны натравить половину школы на того, кто не угоден. Не зная, как развеять мысли Татьяны, я принялась врать. А что мне еще оставалось? Не могла же я рассказать Ростовой свои истинные мотивы. Что будет, если все в городе узнают о существовании вампиров? В лучшем случае это вскоре бы стало аттракционом, на который быстро бы начали заманивать туристов. А в худшем… Раскрывать чужой секрет главной сплетнице школы мне не хотелось, да и подругами мы никогда не были, чтобы делиться сокровенным. Если бы не восприняла всерьез, то высмеяла.

Меня раздражало, как Ростова лезла не в свое дело, и хотелось дать отпор. Вот только времени на обдумывание, как сделать это достойно, не было, а значит, приходилось импровизировать.

– Я думала, ты поддержишь идею с танцевальным номером и поможешь организовать, придумаешь хореографию. У тебя отлично получается собирать людей вокруг себя.

Татьяна с недоверием смотрела на меня, однако легкая улыбка прослеживалась на губах Ростовой. Слова ей польстили.

– Значит, – медленно начала она, – никаких видов на Стаса?

Я демонстративно подняла левую руку раскрытой ладонью вверх, а указательным пальцем правой прочертила на груди невидимый крест, подражая на манер клятв из фильмов о подростках.

– Клянусь на сердце.

Ростова довольно ухмыльнулась, и стоило ей повернуться к доске, как глаза одноклассницы округлились. Она шустро ткнула меня локтем в бок, и я тоже обернулась. Учитель стоял у доски, скрестив руки на груди. Из-за спущенных на нос очков взгляд преподавателя в нашу сторону веял зловещим и не предвещал ничего хорошего.

– Анастасия Черная, – его басовитый голос разнесся по классу, как раскаты грома, – к доске.

* * *

Никита так и не появился на оставшихся уроках. Никто не поджидал меня на выходе из класса и не провожал до следующего. Я держалась Даши, с которой, к счастью, два последних урока у нас были совместными по расписанию. Мне нравилось узнавать ее. У нас было много общего: мы любили одних и тех же классиков английской и русской литературы, смотрели «Закрытую школу» и шоу о путешествиях. Как и я, Даша хотела когда-нибудь посмотреть мир. В ее списке желаний числились Япония и Арабские Эмираты. Я же всегда хотела попасть зимой на Байкал. Холод страшил меня, однако вера в то, что все решается правильно подобранной одеждой, ободряла. Я видела фотографии прозрачной и толстой корки льда с узором из василькового оттенка трещин по всей глади, уходящих вглубь, касающихся тьмы, отчего создавалось впечатление, что озеро промерзло насквозь. Я представляла, как стою посреди бескрайней гладкой поверхности, вдыхаю морозный воздух и наслаждаюсь безмятежным моментом, единением с естественной красотой природы. Одно это мгновение стоило длительного и дорогого перелета, разницы часовых поясов и трех слоев одежды. В конце последнего урока я показала Даше со смартфона фотографии Байкала из Интернета. Она смотрела на снимки с нескрываемым интересом и восхищением, отчего мне стало внутри уютно и тепло.

– Вау! Знаешь, я бы с радостью тоже на это посмотрела.

– Жаль, в этом году никак не получится.

– Да уж, – с грустью отозвалась Даша. – В следующем тоже вряд ли. Ехать за такой красотой нужно точно зимой, а кто знает, как пройдет первая сессия.

– Ты будешь поступать в Ксертоньский государственный?

– Попытаюсь, да. Думаю еще над факультетом, но, если честно, выбирать страшно. Придется подаваться сразу на несколько и молиться, чтобы получить хотя бы на одном бюджетное место. Все боюсь, что захочу на какой-нибудь один больше всего и расстроюсь, если получу место на другом. А ты куда после гимназии?

Я подхватила рюкзак и вместе с Дашей пошла на выход из класса.

– Не знаю. Все жду день открытых дверей в местном вузе, чтобы разобраться и посмотреть, что к чему. Не уверена даже пока, что останусь в Ксертони.

– Понимаю. Наверное, это трудно: начинать все с нуля на новом месте. Я бы так не смогла.

Я пожала плечами. Мы стояли в рекреации на первом этаже. Сбросив рюкзак на ближайшую лавку, я принялась натягивать куртку, а затем повязывать шарф. Насколько можно было судить по виду из небольшого окна у стола дежурного учителя, снег перестал. Вспомнив, что Костя из школы меня сегодня не встретит, я расстроенно вздохнула, и Даша обратила на это внимание.

– Что-то не так?

– К сожалению. – Я достала из кармана телефон, но вспомнила, что не знаю номера Дианы, и это расстроило еще больше. Весь день все шло совсем не так, как мне бы того хотелось, начиная с самого утра вплоть до этого момента. Нужно было позвонить Косте, но Даша продолжала стоять в дверях в ожидании.

– Ты иди. Мне нужно набрать папе: Диана должна была подбросить меня до дома, но, похоже, она уже уехала.

– Может, позвонишь ей?

– У меня нет ее номера. – От досады я иронично улыбнулась, понимая абсурдность ситуации: я общалась несколько часов подряд о существах, которых считала всю жизнь вымышленными, с девушкой, которую почти не знала.

– Давай тогда посмотрим на улице. Вдруг она ждет в машине?

Мне захотелось обнять Дашу. Как островок спокойствия, она привносила здравый смысл в окружающую сумбурную реальность, и я была ей благодарна. Еще одно небольшое разочарование, и я совсем расклеюсь. В голову на мгновение