Мара и Морок. Трилогия - Лия Арден

– Чем обязаны такой чести? – спрашивает Даниил, разрезая на своей тарелке последний из пышных сырников. Принц макает небольшой кусочек в варенье и отправляет его в рот. Я заворожённо слежу за ним, вспоминая, как давно их не ела.

– Я ошиблась дверью, – вру я.

– Вот оно как. – Принц учтиво улыбается и вряд ли мне верит.

– Праздник закончился хорошо? – ухожу я от неловкой темы.

– Если бы, – вздыхает Елена и морщится от новой волны боли в висках.

Даниил тихо посмеивается, объясняя:

– У сестры, к сожалению, похмелье.

– Его бы не было, если бы вы не ушли так надолго втроём, оставив меня одну. – Принцесса недовольно поджимает нижнюю губу, поводя бокалом с водой в сторону Аарона. – А ты вообще обещал вернуться!

– Прошу прощения, Елена, – спокойно отзывается парень с виноватой улыбкой. – К тому моменту от музыки у меня гудела голова, и я ушёл к себе.

Я едва заметно поворачиваю голову в сторону соседа, но Аарон продолжает игнорировать меня, уделяя больше внимания своему завтраку в тарелке.

– Из-за тебя мне пришлось танцевать и общаться с Олегом и Вадимом из Сената! Только вино удерживало меня от того, чтобы грубо не оборвать на середине их длинные и нудные истории о сельском хозяйстве, – продолжает негодовать принцесса.

– Ох, сестра! Ты единственная, кто в состоянии выдержать их болтовню.

– И это всегда заканчивается головной болью наутро. – Елена с неприязнью смотрит на еду перед собой, к которой едва притронулась.

– Как Николай? Сенат встречался с ним? – меняю я тему, делая глоток морса.

Клюквенный, мой любимый.

– У него в комнате, брат пока с трудом стоит. Как я слышал, вроде бы Сенат полностью удовлетворён, хотя меня при этом не было.

– Не желаете ли прогуляться по саду после завтрака?

Я смотрю только на Даниила, когда все остальные поднимают глаза на меня. Принц удивлён, я вижу, как он в замешательстве думает, каковы могут быть мои мотивы, но потом улыбается, откладывая вилку.

– С радостью, скажу даже больше. Я уже закончил завтрак.

– Я тоже. – Аарон также откладывает вилку.

– Что – ты тоже? – переспрашивает принц у друга.

– Я тоже закончил завтрак и иду. Я всё ещё твой и её охранник. Так даже легче за вами обоими присматривать, когда вы в одном месте, – спокойно разъясняет парень, поднимаясь с места.

– В этом нет необходимости, Аарон. Николаю больше ничто не угрожает, и я вновь не столь важный наследник трона. Ослабь свою цепкую хватку на глотке моей свободы, – холодно улыбается принц, но молодой человек игнорирует предупреждение.

– Мне платит твой отец, Даниил. Я и так давал тебе много свободы в последнее время и отпустил тебя на другой конец страны за Агатой в одиночку.

– Но сам ты ездил домой. – Елена подпирает рукой подбородок.

– Потому что выдалась возможность, когда Даниил решил взять Морока.

Принц сжимает челюсти, кивает, уступая.

– Хорошо, но, надеюсь, ты успокоишься, когда Николай взойдёт на престол, а я полноценно смогу сбросить с себя весь груз ответственности и твоего кудахтанья.

Я никак не рассчитывала на присутствие кого-то ещё, а уж тем более, что это будет Аарон. Когда мы подходим к стеклянным дверям, что позволяют выйти в сад, слуги приносят всем троим тёплую одежду. Я нервно поглядываю, как Аарон поправляет свой меч и кинжал на поясе, пока Даниил кутает меня в тёплый кафтан, словно беспомощную куклу. Но ради своего плана я ни в чём ему не отказываю и не сопротивляюсь, а, наоборот, подыгрываю принцу, показывая, что мне нравится его забота. Даже если, на мой вкус, она чрезмерная и часто ненужная.

Небо затянуто снежными тучами, и, втягивая носом морозный воздух, я чувствую, что до первого снега остаются считаные часы, а может, и минуты. Благодаря согревающей меня крови я лучше ощущаю холод. Мой нос и щёки почти сразу краснеют, одну руку я прячу в кармане, а второй обхватываю локоть Даниила.

– Должен сказать, что на самом деле эти сады выглядят намного лучше, чем сейчас, – заверяет меня принц, с неприязнью оглядывая голые кусты и деревья, молчаливые фонтаны и жухлую траву под ногами. Жизни этому саду пока придают лишь аллеи сосен и елей.

– Когда выпадет снег, уверена, здесь будет лучше, – поддерживаю его я.

– Предложи мне прогуляться кто-то другой, я бы, не раздумывая, отказал. Погода весьма скверная.

– Почему тогда согласились?

– Потому что это предложила ты, а ты никогда ничего не предлагаешь. – Я приподнимаю бровь. Мне стоило бы потупить взгляд, изобразить смущение, но я не сильна в этом. Надеюсь, мои покрасневшие от холода щёки сделают всё за меня.

– Вы совсем не хотите становиться королём?

– Корона – только с виду красивое украшение, а на деле – это те же кандалы, которые с меня может снять разве что сама смерть. Зачем мне лишние ограничения, когда у меня уже есть он. – Даниил указывает на Аарона, тенью следующего за нами на расстоянии нескольких метров.

Судя по выражению лица, холод нашего охранника мало трогает, даже щёки едва порозовели, хотя прохладный ветер треплет его длинные волосы, а шея и вовсе не прикрыта шарфом. Я прикусываю язык, когда с губ почти срывается просьба застегнуть кафтан до конца. Мне не стоит с ним сближаться, если я планирую вернуться в могилу. И того поцелуя вовсе не должно было быть.

– Но вы обещали мне, что сотрёте Серат с лица земли?

Даниил задумчиво хмурится.

– Ты права, Агата. Хочешь, я отправлюсь убить Северина вместе с тобой?

– Приятное предложение, но Северин – мой. К тому же со мной поедет Морок. Нам будет проще завершить всё быстро, если мы будем вдвоём. Но меня порадует, если вы запишете во все учебники по истории правду о том, что сделал Ариан и почему я оборвала его род. Расскажете, как они отвергли мир из тщеславия и жадности. Как из-за них пропали Мары и как люди по их вине страдают от нечисти.

Принц кивает со всей серьёзностью, и светлая прядь падает ему на глаза.

– Хорошо, но и от своего обещания я не отказываюсь. Серата больше не будет на картах, это я тебе обещаю. И кстати… ты кажешься другой.

Я растерянно моргаю, не понимая, что он имеет в виду, и принц добавляет:

– Твоё лицо, румянец. Неужели твоё сердце заработало?

– Да. Вчера вечером.

– Интересно, что-то произошло или оно просто само собой вновь забилось? – интересуется Даниил.

– Само собой. – Я стараюсь не смотреть в сторону Аарона,