Смотри сердцем. Ясновидящая для Генерала - Карина Родионова

– Да я сама! – не стала раскрывать я карты. – Было время подумать и прийти к тому выводу, что на данном этапе моей жизни никакие мужчины мне не нужны.

– Что-то темнишь ты, подруга, – сказала проницательная Пума.

– Я все расскажу, девочки. Но не сейчас. Пока я сама должна в себе разобраться.

– Может, тебе помочь разобраться? – продолжала настаивать Лиса.

– Я пока не готова, прости.

Мне было страшно неловко от того, что я что-то скрываю от близких подруг, но девочки у меня понимающие и не стали больше ничего выпытывать.

– Ромка-то знает уже, что ты вернулась? – спросила Лиса.

– Надеюсь, что нет. Я постаралась вернуться незаметно, так что если Мастер ему не сказал, то вряд ли успел узнать. Мне бы не хотелось с ним прямо сейчас разговаривать. Видимо, уже завтра. Я очень устала… от всего.

– Тогда давайте допивать чай и по кроватям! – скомандовала Пума. – А то и впрямь время-то уже позднее.

Утро началось с привычной уже за многие годы, проведенные в Школе, пробежки. Как же я соскучилась по бегу, да по полосе препятствий за время работы на барона. Почти месяц без нормальных тренировок, так и совсем двигаться скоро разучусь. Мы с девчонками выскочили из общежития и Пума сразу унеслась вперед. По дороге догоняли и обгоняли знакомые уже ребята:

– Оса, привет! С возвращением! – слышалось отовсюду.

Как же приятно вернуться к ним! И хотя большая часть ребят, с которыми я бок о бок проучилась пять лет, уже выпустились и уехали, здесь все еще оставались те, кто давно меня знает и рад мне.

– Оська, ты вернулась! – услышала я радостный знакомый голос сзади.

Ромка догнал меня буквально за несколько шагов, подхватил и закружил.

– Привет! – ответила я, освобождаясь из медвежьей хватки.

– Давно прибыла?

– Вчера вечером.

– А чего ко мне не пришла сразу?

– Поздно уже было, – оправдывалась я.

– Эй, голубки, кончай дорогу перегораживать! – крикнул кто-то сзади.

И то верно, мы стояли посреди достаточно узкой дорожки и пробегающим мимо нас ученикам приходилось огибать на бегу препятствие в виде нас.

– Давай, потом все обсудим! – сказала я Ромке, предлагая продолжить кросс.

– Хорошо, после завтрака тогда встретимся?

– После завтрака я к Мастеру иду на ковер. Давай уже после обеда.

– Давай. Тогда встретимся в столовой на обеде, – сказал Ромка и, чмокнув меня в щеку, помчался догонять товарищей.

После завтрака я и правда отправилась к Мастеру – нужно было обсудить все детали предстоящей поездки.

– Я заказал документы, завтра привезут, – сказал Андрей Петрович.

Потом мы подробно обсудили мою новую легенду, после чего я отправилась в библиотеку – надо было почитать про страну, в которую я собиралась ехать. По легенде я – дочь интеллигентов: учителя из гимназии для мальчиков и гувернантки. Мой отец – коренной житель Руанды, приехал в нашу страну задолго до моего рождения, тут встретил мою мать, влюбился и остался навсегда. Так что хоть и были у меня корни в Руанде, выросла я в Витании и в целом могла ничего не знать о жизни в соседней стране.

Хорошо, что у нас один язык, а то если бы отправили куда-нибудь на другой материк, пришлось бы еще и новый язык учить. Хотя основами наиболее популярного ситанского языка я владела, но этих основ хватило бы разве что на то, чтобы купить самые необходимые продукты.

Новое задание, требующее усвоения довольно большого пласта информации, помогло мне отключиться от собственных личных проблем и драм. Погрузившись в чтение, я временно забыла о подлом предателе Инваре, о предстоящем неприятном разговоре с Ромкой. Я даже чуть не пропустила обед, если бы появившийся вдруг в библиотеке Роман не окликнул меня:

– Оса! Ты решила заморить себя голодом?

– Ой, а сколько времени?

– Если не поспешим, останемся без обеда.

– Ты сам-то почему не в столовой?

– А я был там. Прихожу – тебя нет. Ждал-ждал, а ты не приходишь. Потом увидел Пуму с Лисой, они и сказали, что ты в библиотеку ушла.

– Тогда идем скорее, – подскочила я из-за стола и мы отправились обедать.

Ела я медленно, пытаясь хоть как-то оттянуть неприятный разговор. Но смысла оттягивать уже не было. Когда в зале никого из учеников не осталось, а дежурные протерли столы и тоже удалились, Ромка забрал у меня из рук стакан из-под компота, который я давно выпила, но никак не решалась отпустить посуду, и спросил:

– Оса, что случилось?

– Ты о чем?

– Оська, я не слепой и отлично вижу, что что-то произошло. Кстати, твой взгляд тоже изменился… неужели…

– Да, – подтвердила я его догадки, довольно улыбаясь, – я была у мага-целителя и он помог мне вернуть зрение. Обычное зрение.

– Так это же супер! – обрадовался Роман. – И как ощущения?

– Немного непривычно. Оно совсем другое и мне приходится привыкать смотреть глазами, не переключаясь постоянно на внутреннее зрение.

– А чем оно плохо-то, твое внутреннее зрение?

– Оно не плохо, но постоянно видеть гораздо больше, чем все, довольно непросто. Я очень устаю от обилия получаемой информации. Чаще всего не нужной, кстати. Лучше использовать его по ситуации, не прибегая к этой возможности чаще необходимого.

– Понятно. А память? Ты вспомнила свою прежнюю жизнь?

– Ннет… – мне не очень нравилось обманывать друга, но я пока по-прежнему не готова была рассказывать кому бы то ни было про прежнюю свою жизнь.

Помимо проблем с взаимоотношениями с княжичем, мне еще не очень хотелось рассказывать друзьям о том, что являюсь графиней, хоть и не из самой известной семьи. Словно боялась, что это может воздвигнуть между нами некую стену, разрушив устоявшиеся теплые отношения.

– Но есть ведь что-то еще? – спросил проницательный Ромка. Да, он давно и хорошо знал меня.

– Да, – выдохнула я, – Ром… я не смогу выйти за тебя замуж. Я вообще думаю, что нам не стоит поддерживать другие отношения, помимо дружеских.

Ромка сразу перестал улыбаться. У меня было такое ощущение, будто я только что огрела по голове чем-то тяжелым всецело доверяющего мне друга. Это было очень больно. Но лучше снимать пластырь с раны резким рывком, чем растягивать боль.

– Ты… встретила кого-то? – хрипло спросил друг. Да что ж они все сразу про это?!

– Не в этом дело! Рома, я отношусь к тебе очень хорошо и очень тепло, но это всего лишь дружеские отношения, я не смогу дать тебе больше, дать тебе любовь, которую ты заслуживаешь!

– Я знаю, что ты не любишь меня. Я давно это понял. Но моей любви хватит на двоих! А потом и ты