Азимар. Дорога сбывшихся надежд - Эмили Ли

– Ли-и-и-иа-а-ам! – но вышел всё равно шепот, а Лиам стал ещё дальше.

«Он вернулся домой. Здесь его место».

Она закрыла уши руками и надавила так сильно, словно могла физической силой выкинуть из головы чужой вкрадчивый шепот.

«Не удержишь. Его место со своим народом…»

– Не-е-е-е-ет, – закричала Стефани и в отчаянии запрыгала на месте. – Не-е-е-е-ет! Не отдам!

Они осуждали. Она чувствовала это каждой клеточкой своего тела.

– Стеф, любимая, посмотри на меня. Я здесь. Стеф…

Она распахнула глаза и увидела его испуганные.

– Лиам, – выдохнула она, несколько бесценных секунд жадно всматриваясь в родное лицо, крепко прижалась и заплакала. – Лиам… мой… не отдам…

– Пошли к остальным, – быстро проговорил, взял её за руку и побежал.

Едва они добежали до своего лагеря, Лиам зачитал заклинание. Высокая каменная стена окружила их, скрывая людей и лес, оставляя в поле зрения лишь небо и верхушки деревьев.

– Мне только одной жутко или всем так? – зашептала Эстер.

– Мне тоже не по себе, – зашептал в ответ Уэйн и придвинулся ближе к ней.

– Это просто лес и просто ночь, – спокойно сказал Лурдэн, отстегивая молот, готовясь ко сну. – Утром будете смеяться над своими страхами…

С той стороны стены что-то происходило. Возобновились звуки леса: шелест, шорохи, скрипы деревьев, где-то отдаленно завыл зверь. Кора и Фокс, запрокинув головы, одновременно протяжно завыли в ответ. Оба алхимика не сговариваясь отвесили оплеухи зверям, заставляя умолкнуть. Во вновь воцарившейся тишине внутри круга стали отчетливее слышны звуки снаружи.

– Теперь вообще хрен заснешь, – высказала мысли всех Эстер.

Когда прямо возле стены хрустнула ветка, Уэйн испуганно ойкнул и схватил за руки сидящую рядом вланвийку. Та и сама была напугана, поэтому не обратила на его жест никакого внимания.

– Про кустики ты, Лиам, очень удачно сказал, если бы не сходил заранее, то точно сделал бы лужу, – зашептал Уэйн, пытаясь юмором прогнать страх.

Келлен нервно крутил в руках кинжалы, замирая каждый раз, когда звуки в лесу становились громче. Лурдэн лег на землю, обнял свой молот и закрыл глаза, собираясь спать. Тесно сжатые в кулаки руки наемника выдавали его состояние. Стефани же не боялась. Страшнее того, что она испытала только что, когда не могла дойти и докричаться до Лиама, ничего не было. Поэтому она тихо сидела, прижавшись к возлюбленному, и слушала его сбитое, взволнованное дыхание, частый стук сердца и радовалась.

«Мой. Здесь. Не отдам».

***

Как бы ни было страшно, как бы долго не висела над людьми опасность, когда-нибудь приходит смирение. Оно и наступило. Для всех. Правда, в разное время. Первым уснул всё же Лурдэн. Его попытка расслабиться быстро принесла плоды. Потом перестал причитать и жаловаться Уэйн. Измученный целым днем пути и не восстановившийся после ранения, он устроился у ног вланвийки и отключился. Больше Стефани ничего уже не видела, заснула сама.

Проснулась она, когда почувствовала бодрствование Лиама. Едва открыла глаза, Стефани потянулась за поцелуем. Легкое, нежное прикосновение его губ вызвало у неё волшебные огоньки счастья в душе. Любовь – самая великая магия во Вселенной. Подарок Богов человечеству. Девушка отстранилась и хотела прошептать ему привычное приветствие, но Лиам глазами указал на что-то позади неё. Она обернулась. Губы растянулись в улыбке умиления. Уэйн спал, крепко прижавшись к спине Эстер. Своё лицо синеволосый алхимик спрятал в черных волосах вланвийки. Ноги обоих были немного согнуты и повторяли контуры друг друга. Рука мужчины обнимала талию капитана. Сами они решили так спать или незаметно для себя во сне придвинулись, было непонятно.

Следующим проснулся Келлен. Когда он увидел Эстер и Уэйна, его узкие глаза широко распахнулись, становясь большими. Рот изогнулся в попытке выдать изумленное: «О-о-о». При виде его реакции Стефани не сдержалась и тихонько хихикнула. Чуткий сон Эстер сразу же прервался. Вланвийка приподняла голову, сонно осматриваясь, пытаясь вырваться из оков сна и понять, где она. Руку Уэйна она сначала увидела, и лишь потом почувствовала. Капитан с расширившимися от ужаса глазами медленно оборачивалась. Все стадии осознания и принятия считывались с её лица, как с открытой книги. Неспящие Келлен, Лиам и Стефани жадно, с замиранием дыхания следили за Эстер и её действиями.

– Ах ты… – вланвийка резко отпрянула и с силой пихнула спящего алхимика от себя, – извращенец! Что удумал?! Какого ртана лежишь со мной рядом! – она подскочила на ноги и от души пнула сонно ворочавшегося мужчину.

Уэйн обхватил руками ушибленное место и злобно на неё уставился.

– Чего разоралась, придурковатая?! Что произошло? Чего дерешься?

– Кто тебе позволил лапать меня?!

– Лапать? – повторил алхимик, недоумевая. Смысл слов дошел до него не сразу. – Тебя? – потрясенно выдохнул он.

Эстер снова на него замахнулась, Уэйн успел откатиться в сторону, а затем, кряхтя как старый дед, поднялся.

– Много чести, лапать тебя! Холодно было ночью, вот я и придвинулся ближе, наверное… Я не помню! – раздраженно проговорил мужчина, продолжая злобно сверлить её глазами.

– День, когда я вас двоих больше не увижу, будет самым лучшим днем, – сердито сказал Лурдэн, поднимаясь. – Туман ушел уже, но ещё темно… Уже утро?

– Да, вот такое дурацкое утро, – проворчал Уэйн, поглаживая по загривку Фокса.

Смысла больше скрываться не было, маг пошевелил пальцами, и стена рассыпалась на землю мелкой крошкой. Это зрелище, впрочем, как и любое магическое действие Лиама, вызвало восторг у Лурдэна. Настроение у наемника стало в разы дружелюбнее.

Личные и общие организационные моменты все порешали быстро и снова двинулись в путь.

Хмурое небо, казавшийся гиблым лес продолжили держать всех в напряжении, заставляя невольно всматриваться и прислушиваться. Они шли рядом, не растягиваясь по лесу, аккуратно выбирая, куда ступить. Долго молчать Уэйн не умел, да и нервная обстановка вгоняла его в ещё больший стресс. Чтобы хоть как-то отвлечься, он перешел ближе к Эстер и заговорщицким тоном спросил:

– И как оно? Понравилось? – при виде недоумения капитана, пояснил: – Лежать в моих объятиях? Уютно? – Эстер возмущённо воскликнула, но разразиться тирадой он ей не дал, добавил: – Но ты не привыкай! Это была случайность! Железные леди меня не возбуждают.

Ехидная улыбочка украсила причудливое лицо алхимика.

– Дрыщь! Мне плевать, что там тебя возбуждает! Просто больше не прикасайся ко мне, если не хочешь, чтобы я переломала твои тоненькие ручонки!

– Они не тоненькие, – искренне обиделся