Будет больно, моя девочка - Мария Николаевна Высоцкая

Встречаемся с Верой глазами случайно. Вижу, как она вздрагивает, как краснеет, и именно в этот момент вся моя тревога трансформируется в злость. Как она могла? За что?

Неотрывно смотрю на нее. Прямо в глаза. Пристально. Не моргая.

Наблюдаю за тем, как ее алые щеки белеют. Вера поджимает губы, вцепляется в свою тетрадь, а потом не выдерживает и отводит взгляд. Прячет свои бесстыжие глаза.

Тяну подбородок к потолку. Дышу через нос, а из ушей вот-вот пар повалит.

Необъяснимо для себя самой снова смотрю на Арса. Он это чувствует. Поднимает глаза и расплывается в нахальной улыбке. Поворачивает голову в сторону Веры, и его улыбка становится шире. Такая откровенная издевка на его лице в этот момент, что хочется запустить ему в башку книгой.

— Изыди, — произношу себе под нос, сжав пальцы в кулаки.

— Так, все помнят, что через три дня у нас каникулы, на которых мы всем классом едем в Петербург?

Голос Марты отрывает от размышлений.

Отгоню этого демона в другой раз. Концентрирую все свое внимание на классной.

— Двое суток мы с вами пробудем в Северной столице. Отель уже забронирован, экскурсионная программа утверждена. Мама Лейлы Сафиной поедет с нами от родительского комитета. Списки необходимых вещей выдам на классном часе по окончании четверти.

— Марта Витальевна, — Беляков тянет руку, — а че за отель? Нормальный же?

— Да-да, хочется знать заранее, — подключается Пономарева, — чтоб была возможность забронировать себе что-то получше, — хихикает.

Мои глаза от ее дурацкого смеха, как у гиены, закатываются непроизвольно.

— Лиза, — Марта бросает на Лизу строгий взгляд. — Место проживания согласовывалось с родителями, не с вами, — обращается уже ко всему классу.

— Ну хоть номера-то отдельные у всех будут? — Лизка цокает языком, разглядывая свой маникюр.

— Для тебя мы сделаем исключение и поселим в трехместный номер, Пономарева, — хохмит заглянувший в класс вровень со звонком физрук.

Перед глазами сразу встает тот вечер, когда он и наша классная обжимались в спортивном корпусе.

— Можете идти, — тут же тараторит Марта. Нервничает?

Сгребаю в сумку все свои вещи и топаю на выход из класса. Когда прохожу мимо Веры, слышу ее тихое «привет», но молча прохожу мимо. Марат нагоняет меня уже в коридоре. Замедляется, поравнявшись.

— Ты как? — легонько толкает своим плечом в мое.

— Лучше всех, — улыбаюсь. — Ты же в Питер едешь? — решаю сменить тему.

— Ага.

— Тогда живем в соседних номерах.

— Договорились, — Марат кивает с улыбкой.

Спускаемся этажом ниже. Слышу, как у Мейхера звонит телефон. Вижу высветившееся имя на экране — «Тая» — и тут же отстаю от него. Марат уходит вперед, приложив смартфон к уху.

В какой-то момент замедляюсь настолько, что останавливаюсь посреди дороги, врезаясь в кого-то спиной прямо на выдохе.

— Прости…

Поворачиваюсь и, естественно, вижу перед собой Арса.

— Изыди, — чеканю сквозь зубы.

— Привет, — взмахивает рукой, словно мы впервые за сегодня увиделись.

— Чего тебе? — отворачиваюсь и начинаю шагать. До класса нужно еще преодолеть как минимум половину коридора.

— Судя по всему, — стреляет глазами через плечо в плетущуюся позади Веру, — дружбе конец?

— Не твое дело. Чего ты ко мне пристал, а? Скучно?

— Угадала, — щелкает пальцами. — Тоска смертная.

— Отлепись от меня, Мейхер. Просто от-ле-пись!

Арсений делает задумчивое лицо, смотрит на меня сверху вниз, хмурится, а потом качает головой.

— Не.

— Попробовать стоило, — вздыхаю.

— Есть идея получше. Давай дружить, Майя.

* * *

Арс переходит на вкрадчивый шепот. На его лице в этот момент проскальзывает улыбка, в искренности которой я сильно сомневаюсь.

Дружить? Серьезно? Он предлагает мне дружить? Считает меня беспросветной дурочкой? Думает, я поведусь? Думает, что сможет в очередной раз надо мной поиздеваться? Ни в жизни больше. Не позволю. Задушу его, но никогда, ни за что не ввяжусь больше в его авантюру.

— Ты нормальный?

Останавливаюсь. Внимательно его рассматриваю. Он совсем там уже чокнулся?

— После всего ты предлагаешь мне дружбу? — Ускоряюсь.

Страх пропал, на удивление. Мейхер меня не пугает сейчас. Бесит дико, пристукнуть его хочется, а не бояться.

Арс не отстает. Ускоряется следом.

— После чего, Майя?

Его вопрос звучит так, будто он и правда не понимает. Не осознает, что планомерно превращал мою жизнь в какой-то малобюджетный триллер все это время. Ему не стыдно и уж тем более не жаль, что он так себя вел. Скорее всего, он вообще не считает, что делал что-то плохое.

— Ты устроил мне бойкот, выгнал на поле с собаками, — загибаю пальцы, — шантажировал Веру, чтоб ее. Толкнул меня в бассейн, выставил дурой перед директором, испортил мое свидание, и все это за какой-то месяц!

Голос повышаю неосознанно. Эмоции через край бьют. Выплескиваю их с легкой руки, высказываюсь, ощущая освобождение. Я столько дней держала все это в себе, а теперь вот озвучиваю первоисточнику всего этого бреда.

— Я могу извиниться, — он расплывается в улыбке, огибает меня стороной, оказываясь перед лицом. Теперь он идет спиной вперед. Прямо передо мной шагает.

— Обойдусь. Все, что ты можешь, это сделать вид, что мы не знакомы, Мейхер.

— Повторюсь, — замедляется, — так не пойдет, Майя.

Мое имя из его уст звучит как-то иначе. Слышу это отчетливо, но, в чем подвох, не понимаю.

— А мне нет до этого дела!

Вижу открытую дверь кабинета и ныряю в класс. Арс заходит следом, оторваться от него не выходит даже на пару шагов. Звенит звонок. Оглядываюсь. Вера уже сидит за нашей партой. К горлу от мысли, что мне придется сесть с ней рядом, подкатывает тошнота. Пока я не готова с ней коммуницировать. Должно пройти время. Сейчас моя обида на нее слишком сильна, и я выбираю тактику игнорирования. Ничего ей не объясняю, но она явно уже обо всем догадалась сама. Объясниться передо мной она по-прежнему не спешит.

Пока я соображаю, куда можно присесть, Арс резко тянет меня за руку в сторону последней парты и толкает к окошку.

Возмутиться не успеваю, потому что в класс заходит алгебраичка.

— Садитесь.

Моргаю. Слышу голос Сухановой и понимаю, что единственная остаюсь стоять. Все уже расселись. Мейхер развалился на стуле с краю парты, чем просто запер меня с собой на целый урок, ведь я стою у батареи, а свободных мест, кроме как рядом с Верой, больше нет.

Нервно поправляю юбку и присаживаюсь на стул. Отодвигаю его подальше от Арса, но он словно специально подсаживается ближе. Я чувствую его запах,