Научись любить, если сможешь - Евгения Ник

— Мне кажется, это все сон, — шепчу я. — Проснусь, а все как обычно. И я веду себя как дура. Прости. Миша, ты… Мой первый во всем. Первый поцелуй с тобой, первый… раз, который не получился, — делаю паузу и всхлипываю от обиды. — С тобой. И первые отношения настоящие тоже с тобой.

Он крепко сжимает меня в своих объятиях и шепчет на ухо:

— Мураш, кажется, кому-то придется всему учиться.

От уха и вниз по телу бегут табуны наэлектризованных мурашек. Миша зарывается носом в мои волосы и целует за ушком, а я распадаюсь на атомы, на маленькие частички счастья.

Глава 39

Лара

Мне страшно, кажется, что наш космический корабль разогнался до максимума и мы несемся на опасной для жизни скорости. А я так боюсь, разбиться. Боюсь его чувств. Боюсь своих.

Люблю ли я Мишу, как принцесса принца? Люблю? Раньше я не думала об этом. Нет, я размышляла о многом: о нас, о возможном будущем. Но в этом контексте… Любовь.

В области сердца начинает нестерпимо жечь и мгновенно накатывает головная боль, прислоняю руку к ложбинке между ключиц и с трудом сглатываю удушающий ком.

Люблю ли я Мишку?

Прикрываю глаза и мысленно представляю его перед собой, сталкиваюсь с его зелеными глазами, как у лесного манула*. Я не хочу плакать, но слезы просто не хотят меня слушаться и льются как из рога изобилия, ровненькими струйками, стекая по вискам, прячась в волосах и оставляя влагу на подушке.

Только сейчас пришло осознание: да, черт возьми, я люблю этого долбанутого здоровяка! Часто наглого, грубого и вместе с тем нежного и заботливого.

Открываю глаза, смотрю в потолок и начинаю кивать шепча:

— Очень-очень люблю.

* * *

— Лара, — доносится откуда-то шепот. — Лариса? — поцелуй в висок. — Мне надо на работу ехать, ты же у нас останешься?

— М-м… — переворачиваюсь на другой бок и потягиваюсь, не до конца понимая, кто я и где.

— Мурашка, меня Мирон с Шмелевым за яйца подвесят, если опоздаю сегодня.

Резко распахиваю глаза. И как солдатик подскакиваю в постели.

— Я не сплю! — выпаливаю и смотрю на Мишку стеклянным взглядом.

— С добрым утром, — выдает на улыбке. — Повторю еще раз, мне ехать пора. У тебя же выходной сегодня? Смотри, можешь дальше отдыхать, сейчас Зоя Николаевна придет, они с Юлей только в двенадцать уйдут. Так что можешь спать хоть весь день, хотя кое-кто вряд ли даст тебе такую возможность.

— Что? А нет, я сейчас соберусь и тоже уйду.

— Оставайся, не будь Золушкой, что после полуночи сразу убегает. Дочка будет рада, когда проснется и увидит тебя, — делает паузу, ведет глазами от лица вниз, ныряет взглядом в ложбинку декольте, еще ниже и застывает глазами внизу живота. — Как ты себя чувствуешь? Болит еще?

— Почти нет.

Миша сопит, скидывает с себя пиджак и заваливается рядом со мной на кровать, увлекая за собой.

Прижимаюсь к его большой, твердой, мускулистой груди, которая высоко поднимается на каждом вдохе и тяжело опускается на выдохе.

— Мне тоже кажется, что это сон. Сейчас я уйду, закрою дверь, а когда вернусь, эта гребанная комната будет вновь пуста. Мур, а ты жестокая, конечно, или коварная сучечка, которая умеет грамотно к себе привязать. Посадить, как пса, на цепь. Я ж реально, когда вернулся с Юлей от родителей, зашел в эту комнату, а тут ни следа о твоем пребывании. Все вычистила, вымыла, перестирала и выветрила. Даже волоска своего не оставила. Жестко так, дала мне понять, что испариться, ты можешь легко и незаметно, просто по щелчку пальцев. Осознал. Зассал от такого расклада и понял, что ты нужна мне. Здесь, — прикладывает сжатую в кулак руку к груди. — Свалилась же на мою голову…

— Жалеешь? — шепчу, прислушиваясь, к спокойным ударам его сердца.

— Я-то? — приподнимает голову и смотрит на меня. — Не жалею.

Прикрываю глаза и кажется, что проваливаюсь в сон еще на несколько минут. Спокойный такой, умиротворенный, безопасный. Затем пробуждаюсь, Миша нежно перебирает мои волосы между своих пальцев, а второй рукой поглаживает по спине.

— Миш, а работа? Опоздаешь ведь? — говорю, приподнимаясь на локте.

— Да, надо ехать. Придется немного ускориться, — встает, осматривает свою мятую рубашку. — Зашибись! Ладно, пох, под пиджаком незаметно.

— Давай быстро поглажу, — говорю я.

— Некогда, — открывает дверь комнаты, выходит, и я следую за ним. — А, да, Лариса, хочу тебя предупредить, надолго моего терпения не хватит. Я реально хочу видеть тебя здесь двадцать четыре на семь, — обводит пальцем в воздухе, показывая пространство квартиры, надевает обувь, подтягивает меня за талию и впивается поцелуем. — Зою не стесняйся, она в курсе тебя.

— Чего? — в шоке тяну и выпячиваю свой корпус вперед.

— Того. Я вчера сказал ей, что возможно совсем скоро ты будешь здесь жить.

— Офигеть, Горыныч! — выпаливаю с нарастающим гневом, но этот подлец быстро дает отступную и валит из квартиры. — Долбанутый! — рычу на дверь, сжимая кулаки. Разворачиваюсь и сталкиваюсь с сонной Юлей, которая стоит и трет своими кулачками глаза.

— Доброе утро! — говорит она. — Значит, это был не сон. Это все взаправду!

Какая ирония. Каждый из нас до сих пор не может поверить в происходящее. Миша сумел вчера суеты навести.

— С добрым утром юная принцесса! — улыбаюсь, подхожу и обнимаю малышку.

_______________

*Манул — хищное млекопитающее семейства кошачьих.

Глава 40

Миша

— Кренц, я что-то смешное сказал? — спрашивает Шмелев Николай Антонович строгим тоном.

Поднимаю на него глаза и тут же скрываю свою улыбку.

— Простите, нет. Продолжайте, — натягиваю маску умного на рожу.

— Придурок, — шипит Мирон, отбрасывает в сторону ручку и отворачивается к окну.

Могу их понять, повода для веселья совершенно нет. У нас срывается важный контракт по закупке новой партии оружия для наших ребят. Кроме того, возникли кое-какие проблемы с землей, которую Шмелев и Мирон присмотрели для нового учебного центра. В общем, проблем дохрена, а решений пока нихрена.

И тут я, веселый дурачок, сижу. Спасибо Мурашке за это.

— Михаил, может, у тебя появились светлые мысли? — давит Глеб, не поворачивая головы в мою сторону.

— Нет. Хотя… Думаю, вы зря так сконцентрировались на Кедровом. Есть и другие неплохие участки земли под тренировочный, я бы скатался еще в Сергеево, там тоже хорошие места и, кстати, ценник в разы меньше. Я вообще мало понимаю, почему вы оба так вцепились в Кедровое.

— Валеев, твои идеи? — Миронов переключает