Рубль-пять - Алёна Берндт

– Ты же засыпаешь, иди спать. – Натка ласково трясла его за плечо. – Носом клюешь, как Алешка над уроками.

– Нет, мне нравится смотреть, как ты шьешь! – Мотал головой Саша. – А Алешка спит давно, мы с ним математику сделали и ничего, не заснули, не наговаривай на парня!

Саша остался в тот день, когда Натка сама позвала, и с того дня она ни разу о том не пожалела. Сейчас ей казалось, что это было так давно, а не несколько дней назад, словно так и было всегда – утром в кухне за столом завтракали трое, потом Саша провожал до калитки их с Алешкой – в школу и на работу…

А после работы Саша встречал ее, под веселые и одобрительные взгляды Наткиных коллег, и они шли домой, по пути встречая из школы гордого Алешку, который не преминул показать дядю Сашу друзьям и похвастать, что у того есть настоящая, боевая медаль и шрам от настоящей пули! И что дядя Саша охотник, однажды убил даже самого настоящего волка, который задрал трех собак в деревне, и много чего еще.

Натка понимала, что это продолжается, пока у Саши отпуск, а потом ему придется уезжать, но ей не хотелось сейчас про это думать, впереди была еще целая вечность – две недели. А вот поездка к отцу Саши беспокоила ее, иногда она даже уснуть не могла, думая о предстоящем знакомстве.

– Ну, и чего ты трясешься, как осиновый лист? – спрашивала ее Катерина, к которой Натка заглянула, чтобы вечером пригласить подругу с мужем и познакомить их с Сашей. – Я понимаю, ты боишься, что Сашиному отцу ты не понравишься. И даже не буду тебя убеждать в обратном, не буду говорить, что ты замечательная и все будет хорошо. И не скажу, что такого мужчину, как Саша, мог воспитать только такой же настоящий мужчина. А скажу я тебе вот что – ну, допустим, не понравилась ты бате, не принял он тебя, и что? Ты давно самостоятельный человек, живешь в своем доме, у тебя работа, сын, своя жизнь! Как жила, так и станешь жить дальше, чего бояться! А Саша, он сам взрослый человек, и тут уж ему надо будет принимать решение! Во всяком случае, твою жизнь это никак не поменяет! Вот свекровь моя, дай бог ей здоровья и долгой жизни, а тоже меня не особенно жаловала, это сейчас смирилась, видать, а по первости кусала в каждый свой визит. Так что, знаешь, выбрось из головы все лишнее и просто проживи это, поздравь деда с днем рождения, пусть порадуется! И Саше будет приятно, и тебе не сложно!

– Ох, Катя, как было бы хорошо, если б я могла не думать, – вздохнула Натка. – Ладно, я побегу, мои там уроки делают. Так мы вас с Игорем и ребятами вечером ждем на ужин, приходите!

Теперь же, упаковывая в бумагу подарок для Николая Ивановича, Натка трясущимися руками завязывала тонкую бордовую ленточку на свертке.

– Наташ, ты что, волнуешься? – От проницательных глаз Саши не могло укрыться Наткино настроение. – Послушай, ты ничего не должна, если не хочешь, мы можем никуда не ехать. Отец поймет, я ему все объясню.

– Куда не ехать? – выглянул из комнаты Алешка. – Вы же не про день рождения говорите?

После того как Саша рассказал Алешке о том, что во дворе у его отца живет большая собака Найда, а в сарае кролики, Алешке очень хотелось поехать. Да ему просто хотелось поехать, ведь они будут проезжать через город, где он бывал, конечно, мама брала его с собой, когда ездила по своим делам в больницу, но прокатиться еще раз кто же откажется.

Натка украдкой вздохнула – обмануть светящиеся надеждой и предвкушением глаза сына ей было не под силу. Да и в конце концов, Катя права – в каждом сказанном ею тогда слове! Нужно просто прожить этот день, а дальше – будь как будет, не прятаться же вечно!

Вскоре все трое проверили дом и двор, устроились в машине и покатили в город. Весна уже наводила свои порядки, хотя календарь отсчитывал последний месяц зимы. Но солнышко пригревало все ярче, снега оседали, превращаясь из белоснежного покрывала в серые кучи на обочине дороги. Раннее утро было морозным, но весна уже просыпалась где-то там – может быть, в потемневшем бору за рекой, или в раскинувшемся до самой речки поле…

– Заедем сначала ко мне? – спросил Саша, погладив Натку по руке и отвлекая ее от мыслей. – Покажу вам, где живу, а потом уже к отцу?

– Наверное, нас ждут, и не стоит задерживаться. А вот на обратном пути можно и к тебе заглянуть, спешить будет некуда, – негромко ответила Натка, обернувшись на спящего на заднем сиденье Алешку.

– Тоже верно, – согласился Саша. – Тогда едем напрямую.

Добротный бревенчатый дом за забором из резного штакетника, выкрашенного в синий цвет, стоял в самом начале небольшого поселка всего в пяти километрах от города. Высокая раскидистая ель за забором живописно украшала пейзаж, а палисадник обрамляли аккуратные туи, одетые на зиму в деревянные треугольнички для сохранности.

Как только машина остановилась у забора, на крыльце показался высокий мужчина, который поспешил навстречу гостям. Если бы не седые усы и глубокие морщины, обрамляющие глаза, они с Сашей были бы просто на одно лицо!

– Добро пожаловать, дорогие гости! А я уже начал волноваться, что вы долго задержались! Проходите, проходите в дом, в тепло! Наташенька, проходите, добро пожаловать! А ты, молодой человек, конечно же, Алексей? Я наслышан о тебе и очень рад познакомиться!

Николай Иванович пожал Алешкину ладошку, морщинки вокруг его серых, как у Саши, глаз сложились в добрые лучики, и он стал похож на Деда Мороза, не хватало только бороды.

Когда гости разделись и прошли в просторную комнату, Николай Иванович взглянул, как немного смущенная Натка, сняв шапку, расчесывает чуть растрепавшиеся волосы, и обомлел. Она засмущалась еще сильнее, когда увидела, что пожилой мужчина пристально смотрит на нее, не отрывая взгляда.

– Наташа… простите, а маму вашу случайно не Элей зовут? Ваша мама – Элеонора Рыбакова?

Глава 46