К востоку от Евы - Ида Мартин

– Разве тебе можно рассказывать о таком?

– Нет. Но ты же меня не сдашь?

– Я не сдам. Но не понимаю, почему ты это делаешь?

– У меня есть свои причины. Личные. Тебе необязательно о них знать.

В кинотеатре я снова заснул. Прижался к плечу Евы, прикрыл глаза и кайфовал, вдыхая запах сандалового масла, пока не отключился.

Мне снова снилась она. Мы стояли в лесу, на освещенной ярким солнцем поляне. Я в зимней куртке и шапке, Ева в маечке и стрингах. Она светилась в солнечных лучах и, широко улыбаясь, медленно снимала с меня одну вещь за другой: шапку, шарф, куртку, свитер, футболку с рукавами, джинсы. Однако все попытки дотронуться до нее Ева жестоко пресекала, отчего я едва сдерживался, чтобы не наброситься на нее с поцелуями. А когда я остался совсем без одежды, Ева опустилась вниз, собрала раскиданные вещи и со словами «это нужно постирать» исчезла.

– Ян, проснись, пожалуйста!

Я с трудом разлепил глаза. На месте Евы сидела Наташа и, держа меня за руку, с беспокойством заглядывала в лицо.

Свет в зале уже горел, и людей почти не осталось. Саня с Евой стояли в проходе в конце ряда и обсуждали фильм. Алика с ними не было.

– Ну слава богу! – Наташа с облегчением выдохнула. – Ты меня напугал! Мы тебя будим, будим, а ты не просыпаешься.

– Угу. – Я быстро встал. – Похоже, печенье дает о себе знать.

– Как ты себя чувствуешь? – Мою руку она не выпустила.

– Физически – как будто проспал в кинотеатре весь сеанс, а морально – отвратительно. До того, как мы сюда приехали, мне хотелось всех убить, а теперь хочется самому убиться.

– Это ужасный розыгрыш. Ваша Лара просто идиотка.

– С этим не поспоришь. – Я потянул ее за руку, и, поднявшись, Наташа оказалась прямо передо мной. – Только я все равно не верю, что она одна это провернула.

– Я тебя не понимаю.

Крепко сжав ее плечо, я наклонился к ее уху:

– Не приглашай их больше!

– Кого? Ребят? Саню и Алика? Но почему?

– Я ревную, – произнес я будто в шутку, хотя на самом деле ни капли не шутил.

– Просто заведи себе булавку. – В полумраке зрительного зала цвет Наташиного лица отливал белизной. – И когда чувствуешь, что переживание становится очень сильным, коли себя ею. Это помогает переключаться.

– Какую булавку? – не понял я.

– Вы идете? – недовольно крикнул Саня. – Чего застряли?

– Потом расскажу, – пообещала Наташа.

Алик ждал на улице. Курил, прислонившись спиной к заведенной машине каршеринга, а как только увидел нас, поторопился открыть дверь, чтобы посадить Наташу.

Она быстро забралась в нагретый салон, а мы остались на улице, дожидаясь, пока Алик докурит.

В четыре часа уже стемнело. После недельных морозов резко потеплело, и над городом висело низкое сырое небо. Под ногами тоже все хлюпало.

– Как насчет мистического салона? – предложил Алик.

– Это че такое? – заинтересовался Саня.

– Ева знает. – Он подмигнул ей. – «Старший аркан». Там собираются колдуны, экстрасенсы и прочие мракобесы. Очень атмосферное место. Можно устроить спиритический сеанс, а можно просто посмотреть шоу. У них красивые представления.

– Я за любой кипеж, – тут же откликнулся Саня.

– А я не хочу, – сказала Ева. – Нет ни настроения, ни денег.

Не успел я обрадоваться, как Алик тут же предложил:

– Я заплачу.

– Дело не в этом. Тебе же сказали: нет настроения, – вступился я, и Ева посмотрела на меня с такой благодарностью, что я готов был нести ее на руках до дома.

Я отвел ее в сторону.

– Хочешь, погуляем вдвоем, а они пусть едут.

– Не получится. Мы ведь не можем бросить Наташу.

– Тогда просто поехали домой, и все.

– К Наташе домой, – поправила Ева. – Поэтому мы не можем не считаться с ее желанием.

– Очень скоро мы найдем тебе жилье, обещаю. – Я снова распалился. – Давай завтра поищем. Мне должны прийти деньги за подработку.

– Как же все сложно. – Ева грустно улыбнулась. – Ладно, поехали в «Аркан», пусть Наташа хоть немного развлечется.

– Нет! Подожди, – запротестовал я. – При чем тут Наташа? Мне не нравится то, что сейчас происходит!

– А что происходит? – спросила Ева, но я видел, что она все понимает, поэтому вместо ответа просто взял ее за руку. – Знаешь, что меня сильнее всего мучает?

– Что?

– Что я не могу рассказать тебе все как есть. Все-все. И то, что ты не можешь знать, и что забыл. Чувствую себя жуком, которого посадили в банку и перекрыли крышкой кислород. Если бы ты знал, ты бы обязательно меня понял и простил.

Потом я бесконечно ругал себя за то, что не стал ничего спрашивать и выяснять, – просто заметил, как Алик с Саней смотрят в нашу сторону, и, не удержавшись, демонстративно обнял ее и поцеловал так, как мечтал все время после лагеря.

Земля ушла из-под ног, потому что впервые Ева откликнулась, и я всем сердцем ощутил ее трепет, надежду и странное, необъяснимое чувство, в котором я готов был немедленно утонуть, если бы не оклик Алика и вслед за ним – Евино смущение.

Наташа решила, что магический клуб – это очень интересно.

Интерьер «Старшего аркана» был стилизован под оккультный салон начала двадцатого века: стены, задрапированные бархатной тканью, столики в виде спиритических досок, а официанты в цилиндрах и с часами на цепочке.

Стойка бара находилась в глубине зала и напоминала таверну на перекрестке дорог. Возле нее стоял деревянный указатель со стрелками «Сцена», «Салон», «Инфернальное», бармен же был облачен в саван и изображал стража загробного мира, отчего мне показалось, что я снова в «Дофамине» и должен подыгрывать мобам.

На сцене две девушки в черных эластичных костюмах в обтяжку и в масках дьяволиц танцевали в оранжево-красном пламени, а между ними фокусник колдовал над колбами, наполненными разноцветными жидкостями, которые меняли цвет по мановению его руки.

Мы заняли столик, и официант принес меню.

Наименования блюд здесь придумывали с особой изобретательностью. От загадочных «Тайная доктрина», «Скрытое знание», «Сила перевоплощения» до вполне понятных: «Дальняя дорога», «Бугор Венеры», «Семерка динариев» и «Завещание доктора Папюса».

Мне было интересно соотнести их с общепринятыми названиями. И первым делом я погрузился в изучение ингредиентов и довольно быстро определил, что «Тайная доктрина» – это салат «Цезарь», «Бугор Венеры» – «Столичный», а «Сила перевоплощения» – «Греческий». «Семерка динариев» – заливное с тунцом, «Дальняя дорога» – яйца пашот, а «Завещание» – всего лишь грибной жульен.

Наташа крутила головой, разглядывая обстановку, а Ева сразу попросила «Астральный