Темный голод - Кэтрин Диан

Другой эффект Дымки, однако, у демонов не проявлялся. В отличие от вампиров и людей, они не поддавались влиянию. Их примитивные умы сгнивали, подчиняясь разрушительным импульсам.

В более сложном разуме Дымка разрушала защитные механизмы субъекта, делая его уязвимым для влияния. Их эмоциями становилось легко манипулировать. Это длилось недолго, и это не было точной наукой, и уж точно не было контролем сознания. Вы не могли взять робкого мужчину и с помощью Дымки превратить его в убийцу. Вам приходилось работать с тем, что уже имелось. Но, тем не менее, влияние было сильным. Если начать с правильной базы, то получалось опираться на неё, направлять кого-либо, подсказывать действия.

Демонов, становившихся в основном разрушительными, можно было только направить в нужное русло и выпустить на волю. Демону в камере нечего было уничтожать, кроме самого себя, поэтому он и царапал свою плоть.

Ранее испытуемые получали слишком большие дозы и самоуничтожались, прежде чем могли оказаться полезными. Но Гидеон был очень доволен своей новой партией.

Малотов хорошо поработал, собрав так много, и Гидеон надеялся, что он скоро вернётся с новыми. Конечно, Гидеон поручил ему найти не только демонов. Ему нужен был хороший экземпляр вампира.

В качестве последнего средства Гидеон мог бы использовать одного из своих бойцов из октагона, но он не мог избавиться от ощущения, что ни один из них не подходит ему в полной мере.

Он представлял себе зрелище более грандиозное, чем мог бы организовать любой из этих простых боксёров.

Характерный топот Малотова объявил о приближении бойца. Не то чтобы это мог быть кто-то другой. Только Гидеон и Малотов знали это место. Даже Зара пока оставалась в неведении. Он привлечёт её к себе в подходящий момент.

— Ты с пустыми руками, — недовольно заметил Гидеон, когда Малотов завернул за угол. Электрический фонарь у ног Гидеона отбрасывал жутковатый отсвет, делая покрытое шрамами лицо мужчины ещё более уродливым, чем обычно.

— Я поймал одного. Почти. Потерял его.

— Ты потерял его?

— Конкурировать с проклятым ВОА нелегко.

— А.

ВОА, безусловно, было безжалостным к популяции демонов. Гидеона раздражало то, как они всё время зачищали улицы, заставляя вампиров думать, что этот город принадлежит им. Они должны знать, что такое страх. Они должны жить в нём.

Боже, их самонадеянная уверенность, их превосходство… Гидеон ненавидел их. Всех их.

— А твоё другое задание? — настаивал Гидеон. — Ты что-то особенно долго молчал об этом.

Малотов бросил обиженный взгляд в сторону пыльной, тёмной камеры, где демон рычал и рвал себя на части.

— Я думал, у меня кое-что есть. Это было бы… чёрт, это было бы идеально. Но нет.

— Объясни.

Малотов засунул руки в карманы куртки.

— Впервые я увидел его, сколько, неделю назад? Он был на боях. Я, бл*дь, не мог в это поверить, — Малотов покачал головой, слишком наслаждаясь собственной историей и не переходя к сути.

— Неизвестность убивает меня, — бесстрастно протянул Гидеон.

— Один из моих бойцов. Из Замка.

Гидеон нахмурил брови.

— Разве они не все мертвы?

— Не тот, кто это делал, а тот, кто его сжёг.

Когда до Гидеона дошёл смысл сказанного, он прикинул.

— Ты говоришь о бойце, который сбежал и перебил всех, прежде чем поджечь это место. Этот мужчина, тот самый мужчина — он был на ликёро-водочном заводе?

Малотов кивнул, выглядя довольным собой, даже гордым.

— Так и было. Нокс. Бл*дь, — Малотов покачал головой, всё ещё с удовольствием на лице, смакуя информацию. — Я не мог в это поверить, но я десятки раз просматривал записи с камер наблюдения. Это был он. И я только что видел его снова, меньше часа назад.

— И ты не поймал его для меня?

Лицо Малотова потемнело.

— Он теперь, чёрт возьми, агент ВОА. Невероятно, бл*дь, — Малотов с отвращением покачал головой. — Что, чёрт возьми, за организация нанимает такого дуболома?

Гидеон не интересовался офисной политикой.

— Откуда ты знаешь, что он работает на ВОА?

— Он был в клубе, где я выслеживал каких-то демонов. Похоже, у него тоже не всё в порядке с головой, иначе он бы меня заметил. Затем появляется его приятель, и они начинают говорить о «штаб-квартире» и «отчётах», — Малотов изобразил кавычки, чтобы подчеркнуть это. — И тут я слышу имя Джодари, и это, должно быть, Джодари Ос, директор грёбаного ВОА.

— Значит, он агент ВОА и явно не офисный работник. Он — часть Тиши.

Малотов кивнул, явно довольный тем, что они пришли к единому мнению, хотя это было не так. Вообще.

— Таково моё предположение. Итак, ты понимаешь, в чём проблема. Если я схвачу его, чёртов ВОА пристанет к нам как вонь к дерьму.

— Ха.

— Он идеально подошёл бы для боя, этот здоровенный зверь. Ты никогда не видел никого подобного ему.

— Он сжёг Замок.

— Да. Он изумительный псих.

— И он работает на ВОА.

Малотов нахмурился, потому что они только что обсуждали это. И потому что ему не хватало воображения, чтобы увидеть в этом потенциал. Гидеону было всё равно.

— И если мы его схватим, то за ним придут ВОА, возможно, вся остальная Тишь.

— Эм, да, — сказал Малотов, как будто Гидеон был немного тугодумом. — В этом-то и проблема.

— Разве? Или это решение?

Малотов нахмурился.

— Решение чего?

Гидеон проигнорировал вопрос. Это было слишком сложно для ограниченного ума Малотова. Он просто размышлял вслух.

— У тебя есть кадры с ним с ликёро-водочного завода?

— У меня в телефоне есть только скриншот.

На память. Конечно. Малотов явно одержим этим типом.

— Покажи мне это.

Малотов достал устройство из кармана и несколько раз потыкал в него, прежде чем повернуть к Гидеону грязный экран с отпечатками пальцев. Гидеон взял его и стал изучать изображение крупного поджарого мужчины с тёмными пустыми глазами.

Иисусе.

Малотов не ошибался.

У большинства бойцов Гидеона был горячий и враждебный вид, как у маленьких собачек. Это был один из тех грустных питбулей, которых не стоит держать рядом с детьми. Этот был идеален — и не только потому, что выглядел как убийца.

— Ты его знаешь, — настаивал Гидеон. — Как ты думаешь, как он бы повёл себя, накачанный наркотиками?

— Ну, я имею в виду, прошло двадцать пять лет, но… Он провёл сорок лет в Замке, убивая в Яме. Ничто не может стереть это пятно с души. Он был бы очень, очень опасен.

Гидеон вернул грязный телефон