Запрет на браки в Чосоне. Том 2 - Чхон Чжихе

с Ли Синвоном, старшим сыном Ли Чонхака. Щеки ее украсили красными румянами и «кончжи» [10], как и полагается невесте. Как никогда красивая, она сидела и ожидала жениха. Через некоторое время жених, верхом на лошади, въехал во двор ее дома. Все вокруг восхищались его внешностью и не скупились на похвалы, называя его красивым и благородным. Когда занавес, закрывавший лицо жениха, был убран, перед ней предстал он – тот, по кому она так скучала, Ли Синвон.

«Ах, ведь Синвон должен был стать моим мужем. Да, так и должно было быть».

Это был путь, который изначально был предначертан. Если бы не внезапный указ о запрете на браки, который перевернул их судьбы, Синвон и Соран были бы вместе. Во сне они благополучно провели свадебную церемонию, стали счастливыми молодоженами, а потом жили долго и счастливо. Да, если бы ничего не случилось, все было бы именно так.

Соран резко проснулась, ее дыхание было прерывистым, а сердце бешено колотилось.

– А-а-а! – выдохнула она, осматриваясь вокруг.

Она не сразу поняла, где находится. Оглядевшись, увидела, что рядом с ней лежит Ли Хон. Ах, это же оранжерея, их тайная комната, которую он построил специально для нее.

– Что случилось? – спросил Ли Хон, проснувшись от ее вскрика. В его голосе звучала легкая тревога. – Дурной сон?

Соран не могла ответить, она сидела и пыталась отдышаться. Сон был настолько реалистичным и пугающим, и увиденные образы все еще стояли перед глазами.

– Что за сон тебе приснился? – с беспокойством спросил король Хон, но Соран не собиралась делиться с ним тем, что видела. Как можно было признаться в том, что в ее снах был не он, а другой мужчина?

– Сильно испугалась? Не волнуйся, я здесь, рядом, – сказал он, словно успокаивая ребенка, и нежно провел рукой по лицу Соран.

Его забота и тепло начали приводить ее в чувство.

– Все хорошо, не переживайте, Ваше Величество, – с трудом ответила Соран дрожащим голосом. – Это был всего лишь плохой сон. Но, пожалуй, сразу уснуть я не смогу. Боюсь, если закрою глаза, снова увижу кошмар.

Для нее это действительно был кошмар. Она, находясь рядом с самым любимым и замечательным человеком – Ли Хоном, видела во сне, как проживает всю жизнь с Синвоном. Даже если это был просто сон, она чувствовала себя виноватой, словно совершила тяжкое преступление.

– Пойдем немного прогуляемся по оранжерее, – предложил Ли Хон, заботливо набрасывая Соран на плечи свою королевскую накидку. – Это поможет тебе отвлечься.

Прогуливаясь по саду, Соран размышляла: почему ей приснился такой сон? Почему, будучи на пике счастья, она вспомнила самый страшный момент своей жизни? Возможно, это было связано с ее страхом потерять свое счастье. Ее подсознание, вероятно, возвращалось к этим воспоминаниям из-за тревоги.

Видя, что тень беспокойства так и не исчезла с ее лица, Ли Хон спросил:

– Что случилось? Ты видела сон, в котором я умер?

– Нет, что вы, Ваше Величество. Мы с вами будем счастливы еще тысячу лет. Не говорите так даже в шутку.

«Да, ведь теперь я стала твоей женщиной. Прошедшая ночь была чем-то невообразимо прекрасным. И даже во сне я не должна больше предавать тебя».

– Когда твое лицо такое мрачное, у меня становится тяжело на душе, – сказал король.

Видя его обеспокоенность, Соран почувствовала угрызения совести. «Да, я проведу всю свою жизнь рядом с тобой, наслаждаясь твоей любовью. Мы связаны навечно, и я больше не могу быть с кем-либо другим».

Она подошла к нему и нежно поцеловала, пытаясь успокоить.

– Все хорошо. Не беспокойтесь за меня, Ваше Величество.

Она повторяла это снова и снова, словно убеждая не только его, но и себя. Все хорошо. Все хорошо.

* * *

– Думаешь, это поможет вам подготовиться? – раздраженно спросил Докхун.

Он стоял в небольшой хижине в горах, где обросший щетиной Тосок неподвижно сидел перед раскрытой книгой, словно каменное изваяние.

– Вы хотя бы знаете, что читаете?

С тех пор, как Хэён отвергла Тосока, прошло около месяца, и за это время тот почти превратился в настоящего отшельника. Теперь же он решил, что вернется к подготовке к экзаменам, и уехал в горы.

Но его взгляд был настолько пустым, что казалось, он не понимает, что происходит. Учится ли он? Или просто сидит, уставившись в одну точку?

Докхун подошел ближе и встряхнул его за плечи.

– Ну полно вам! Лучше бы вы присоединились к нашему делу! Какой смысл становиться чиновником в эпоху запрета на браки? Мы даже не знаем, когда он закончится.

В последние дни Докхун приходил сюда каждый день, пытаясь убедить Тосока присоединиться к их движению. Они уже давно создали организацию, которая боролась с последствиями запрета, но собрать достаточно участников оказалось сложнее, чем они думали.

Вот бы добраться до книг, которые хранятся у Тосока! Можно было бы распространить их и привлечь больше людей!

Однако Тосок, казалось, ничего не слышал. Он выглядел так, словно утратил всякую волю к жизни.

– Если уж на то пошло, почему бы тебе не признаться Хэён снова? Что толку мучиться здесь в одиночестве?

– Я согрешил перед своими родителями, – внезапно произнес Тосок.

Докхун удивленно уставился на него.

Почему вдруг речь зашла о родителях?

– Мне было двадцать четыре, когда ввели запрет на браки. Теперь мне уже тридцать один, и я все еще не женат. Я стал старым холостяком, позором для семьи.

– Да в наши дни каждый второй – холостяк или старая дева, – попытался пошутить Докхун.

– Я встретил женщину, которую полюбил всей душой, но она безжалостно отвергла меня. Мне за тридцать, а у меня нет ни достойной работы, ни любимой женщины. Я даже не смог выполнить свой долг перед родителями.

– Вот я и говорю: давайте перевернем эту страну с ног на голову! – воскликнул Докхун, все сильнее воодушевляясь. – Взгляни на то, во что превратилось наше государство! Мы не можем ни жениться, ни найти достойную работу. До сих пор живем за счет родителей. Разве эта страна хоть раз подумала о простых людях, которые не могут вступить в брак? Королеву – и ту выбрать не получается! А мы, молодежь, еще и сами себя виним в этом хаосе, как дураки. Да пошли они! Сейчас не время думать лишь о себе, мы должны объединиться и донести нашу волю до этой страны. Если будешь дальше прятаться в горах, ничего не изменится.

* * *

На следующее утро, пока Соран спала, Ли Хон осторожно вышел в розовый сад и начал беспокойно прогуливаться вокруг.

– Ваше Величество, вы меня звали?

Перед ним стоял главный