По воле богов. Выбор богини. Книга 4. Часть 1 - Ольга Камышинская

Каждая из них задалась целью блистать на балу и непременно превзойти по красоте и элегантности остальных дам, включая новоиспеченную невесту Главного Инквизитора Империи.

Мужчины запаслись терпением и тщательно взвешенными комплементами, ибо, как гласила народная алгейская мудрость, стоять на пути женщины, решившей ослепить всех своей красотой и нарядом, или упаси Боги, усомниться в том, что из этой затеи выйдет что-то дельное, опасно для жизни и здоровья любого, осмелившегося даже допустить подобную мысль.

И все семейные, и не только, маги проявляли чудеса изворотливости и изобретательности, отвечая на каверзные вопросы своих жен, сестер, дочерей, невест и племянниц, об их шансах войти в историю упоминаний об этом бале в роли первых красавиц Империи.

***

Балы и светские рауты в жизни Вивьен случались часто и являлись не развлечением, а почетной обязанностью во благо правящей семьи и Княжества.

Торжества для нее давно утратили то легкое предвкушение, чувство волнительного ожидания чего-то необыкновенного и радостного, которое Вивьен испытывала в детстве, когда все праздники казались особенными. Она часто вспоминала, как хохоча носилась с братьями по дворцу, готовившемуся к приему гостей, где без устали сновали слуги, расставляя в парадных залах мебель и таская подносы с чистой посудой и пустыми, хрустально звенящими, бокалами для напитков. Не заботясь о наряде и прическе, разгоряченная от бега, она пряталась от Гасса и Фарга за шторами или под расставленными в Большом обеденном зале столами, накрытыми длинными, до пола, белоснежными скатертями. Нырнув под них, она ловко передвигалась под вереницей столов на четвереньках, давя смешки и стуча коленками по паркету.

Теперь Вивьен только грустно улыбалась, вспоминая о детских проказах и беззаботном счастливом времени.

Балы она не любила, но они нравились ей больше, чем приемы в честь иноземных послов, на которых соблюдались строгие протоколы: где стоять, с кем рядом сидеть во время торжественного обеда, о чем беседовать, как приветствовать гостей, как к ним обращаться, как улыбаться, какие цвета в одежде допустимы. И вся эти условности душили и раздражали Вивьен.

Хуже послов были только визиты королей или императоров. Вот где правила были еще строже, и каждый жест и шаг расписаны по минутам. Даже выражение лица нужно было держать особенное, «княжеское». К концу приёма у Вивьен всегда начинала ломить челюсть, а вся эта протокольная кутерьма ужасно выматывала.

А бал…

Второй раз в жизни Вивьен обрадовалась балу.

Она почти два месяца жила в Алгее, но ни на шаг не продвинулась к цели, ради которой она согласилась на помолвку и осталась в Империи.

Наконец-то ее представят императору и принцессе Гвендолин, она увидит лорда Горлума, и если ей повезет, сможет узнать что-то полезное для отца и дяди Лариуса.

Сандэр прислал к ней одну из лучших портних во всем Урсулане госпожу Изольду Тье. И теперь они сражались меж собой за каждую деталь, каждую мелочь в бальном наряде.

Первым, в чем они не сошлись, стал цвет платья.

Вивьен внимательно изучила правила бала и решила смело воспользоваться случайным или намеренным допущением церемониймейстера, что никаких правил для цвета платья невесты установлено не было. Видимо, тому и в голову не приходило, что юная леди захочет выбрать что-то, кроме нежных светлых оттенков.

Сандэр, узнав о выборе невесты, странно хмыкнул и улыбнулся, а госпожа Тье пришла в ужас и схватилась за голову: не по возрасту, нужно что-то другое! Бал – это, в первую очередь, традиции! Их нельзя нарушать, примета плохая.

Портниха раскладывала перед капризной заказчицей образцы чудесного нежно-персикового и сливочно-жемчужного шелка, от которых невозможно было оторвать восторженного взгляда, а бледно-лиловый махитанский филрон смотрелся еще краше. И не уставала повторять, что все юные леди Империи грезят о платьях из подобных тканей!

Вивьен не спорила.

Она вполне допускала, что неокрепшие девичьи умы уносило в пьянящий зефирный дурман при виде воздушных пирожно-кремовых шелков, но твердо стояла на своём.

Сандэр с необъяснимым для Вивьен постоянством присутствовал при каждом (каждом!) визите госпожи Тье. И когда та пыталась ему жаловаться на капризы невесты, только пожимал плечами.

– Хоть вы ей скажите, милорд!

– Что сказать?

– Нельзя на бал в таком платье.

– Почему?

– Поверьте мне, я за свою жизнь сшила немало нарядов и для помолвок, и для свадеб. Платье незамужней девушки должно подчеркивать ее невинность и чистоту. – при этих словах она поднимала к потолку свои большие слегка навыкате темно-карие глаза и страдала лицом, чтобы подчеркнуть всю возвышенность момента.

– Это скучно. – фыркала в ответ Вивьен и решительно отодвигала аккуратно скрепленные меж собой лоскуты тканей, старательно разложенные перед ней на столе Изольдой. – И предсказуемо.

– Видите, госпожа Тье, моя невеста не желает быть скучной и предсказуемой, – смеялся Сандэр. – Не могу и не хочу ей это запрещать.

– И вы с этим согласны, милорд? – испытывающе смотрела на него портниха и тут же добавляла: – Будете баловать невесту, не заметите, как жена уложит вас на обе лопатки.

– Да я, может, только об этом и мечтаю.

О чем еще мечтал Его Светлость, Вивьен оставалось только догадываться, но в один из дней, прямо перед визитом госпожи Тье четверо слуг внесли в ее покои и поставила напротив ее кабинетного стола второй, большой и тяжелый, покрытый зеленым сукном, и к нему кресло.

На ее вопросы слуги молча развели руками, пояснив лишь: «велено поставить, госпожа», – и ушли.

Явившийся по ее требованию Бридж был учтив и краток:

– Его Светлость распорядился, – ответил он с поклоном.

– Ему мало места в своих покоях?

– Не могу знать. – сохранял невозмутимость мажордом.

– А где он сам?

– Сразу после завтрака милорд уехал в Канцелярию. Ему что-нибудь передать, когда вернется?

– Нет.

– Я могу еще быть чем-то полезен, миледи?

– Нет.

Когда Бридж вышел из ее покоев, Вивьен обошла по кругу новую мебель и с раздражением пнула массивную ножку стола.

– Надеюсь, свою кровать он ко мне в спальню не собирается втащить…

– Не собираюсь. Мы вполне уместимся и на твоей.

Вивьен чуть не подпрыгнула от неожиданности. Она стояла спиной к двери и, как обычно, не услышала и не почувствовала, как Сандэр вошел в комнату.

– Бридж сказал, что вы в Канцелярии, – проворчала Вивьен, наблюдая исподлобья, как Сандэр расстегивает и снимает камзол, и располагается в одном из кресел, явно не собираясь в ближайшее время покидать ее покои.

– Я только вернулся. – он устало потер ладонями лицо. –