Возлюбленная героя в плену Злодея - Лина Эвери

Фрэн охнула и растерянно замотала головой — хоть телепортация была на небольшое расстояние, с непривычки ощущения могут быть неприятными. Я хотел уйти, оставить её разбираться со своими мыслями, но урчание её живота заставило меня замереть.

Фрэн покраснела, отвернувшись.

— Ты голодна, — сказал я.

Ела ли она что-нибудь со вчерашнего дня? Мне снова стало тошно от себя — я даже не позаботился об этом!

— Немного, — смущенно ответила.

Я вспомнил наш последний день вместе. Свидание, как его назвала Фрэн. Мы прогулялись по Башне, открылись друг другу, я приготовил ужин…

Все было так просто тогда, но я не верил, что это может стать обыденностью.

Я отчаянно желал простой жизни — прочь от магии и обязанностей. Могли ли мы с Фрэн…?

Уже не важно.

— Я провожу тебя на кухню, — решил я, снова взяв её за руку.

Легкий вихрь и мы на кухне. Она осталась такой же, лишь запасов продовольствия стало значительно меньше — я был нетребователен и порой вовсе забывал о еде.

Фрэн огляделась с интересом. Узнавала ли она что-нибудь? Чувствовала ли? Или для нее это незнакомое и опасное место?

Тогда почему она решила вернуться?

— Жаль, мы не купили на ярмарке еще сыра, — вздохнула она.

Я удивленно поднял брови. Делает вид, что ничего не произошло? Неужели и вопросов задавать не будет?

Фрэн игриво глянула на меня, будто догадавшись о моем смятении. Но не спешила успокоить, лишь подошла к мешку с картошкой.

Я мог лишь наблюдать, как легко она вообразила себя хозяйкой на кухне. Я привык все делать сам, но тут заворожено следил, как она делает простые вещи: чистит картошку, напевая себе под нос; моет и нарезает овощи; пытается разобраться и развести огонь в старой печи. С последним я помогаю, достав несколько спичек из скромных запасов. Фрэн заворожено наблюдает, как я подношу спичку к печке и щелчком бросаю её внутрь.

— Что? Думаешь, раз я маг холода, то даже спичку зажечь не смогу? — спрашиваю чуть язвительно.

— Я просто… — Фрэн осеклась, будто я поймал её за чем-то постыдным. — Просто думаю…

— И что же?

— То, как ты сохранил тепло в деревне… Там почти растаял снег. Ты можешь не только насылать вьюгу, но и защищать от нее.

Снова слова Фрэн. Удивительно, что она пришла к тем же заключениям, что и тогда…

Все-то она видит. Моя Фрэн.

— Возможно, — туманно ответил.

Фрэн кивнула, видя, что я не намерен продолжать диалог. Она закинула картошку с овощами на чугунную сковородку и задвинула в печь, с интересом наблюдая, как та работает.

В деревне я решил просто проверить, насколько сильно могу расширить зону влияния своей магии. Одно дело создавать купол над тарелкой с едой, чтобы та не остыла. Другое же над целым городом…

У меня, к удивлению, получилось. Я чувствовал, что это не так тяжело, как казалось.

Но магия взбунтовалась.… Или богиня вновь строит козни.

Она хочет, чтобы я исполнял лишь её капризы? Погружал мир в холод, чтобы мстить за то, что случилось много лет назад? Мне не было до этого дела.

Но почувствовав, что я смогу исправить свои же ошибки…

Именно в тот миг боль проснулась в груди, но Фрэн остановила её и все пропало. Если она всегда будет рядом — не значит ли это, что я могу жить свободно? И не бояться, что в один день моя магия уничтожит все вокруг?

Я читал дневники магов, что испытывали меня.… Они предположили, что мои раны из-за магического истощения. Лили на меня кровь врагов и это помогало, но ненадолго. Один из магов предположил, что подобно крови меня могут исцелить слезы, но только тех, кто любит меня.

Любит меня? Тогда в Башне никто не любил меня искренне. Кто-то жалел, определенно, но этого было не достаточно. И этот способ так и не смогли проверить.

Фрэн не плакала ни тогда, ни сегодня.

Возможно, достаточно просто её присутствия?

Но ведь эта Фрэн… еще не любит меня, тогда почему?

Я совсем запутался. И упустил момент, когда передо мной опустилась тарелка с горячим ужином. Фрэн села рядом и сразу накинулась на еду. Я не спешил присоединяться — последнее время мне и кусок в рот не лез, хотя выглядело аппетитно.

Я взмахнул рукой, образовав купол вокруг моей тарелки. Отложу на потом. Фрэн же замерла с пухлыми щеками, набитыми картошкой, и в её глазах появилось… узнавание?

Мы уже проходили через это, я приготовил для нее еду, она удивилась, что я это умею и была так забавна.… Вспоминает ли она что-то? Происходит ли дежавю в её голове или я просто цепляюсь к каждой её реакции?

Фрэн вернулась к трапезе и быстро доела. Встала и потянулась к тарелкам, но я просто подхватил их холодным ветром и отправил в мойку.

— Как удобно, — прыснула она.

Повернулась ко мне в ожидании. Будто молчаливо спрашивала, не хочу ли я что-то ей рассказать.

Должен ли я?

Казалось таким неправильным — молчать. Я привык держать все в себе, но это тайна касается прошлого Фрэн. И я видел, как рвется её душа — ей хотелось знать, а я специально утаивал.

Я тебе поверю, сказала она.

Возможно, я должен рискнуть. И плевать, что это разрушит возможность того, что она полюбит меня снова. Она должна знать правду, а дальше…

Пусть решит сама.

Я не вправе держать её в плену снова.

— Я отправляюсь в спальню. Думаю, мне не помешает ванная, — просто сказала Фрэн и прошла мимо меня.

Я осекся и смотрел, как дверь за ней захлопывается.

Выругался себе под нос — и что я делал все это время?! Просто хмуро стоял в углу и следил за ней?! Теперь она точно считает меня сумасшедшим…

Я убрал купол от тарелки. Насадил картошку вместе с зеленью на вилку и отправил в рот.

Чуть подгорело. Я легко улыбнулся.

Надо все рассказать. Не стоит ждать Кирана — если я не смогу убедить её сам, то в чем смысл? Убегать от правды становится слишком трудно. Фрэн сама все понимает…

Я была вашей возлюбленной?

Как она отреагирует, узнав, что была в чужом теле? Что я держал её в плене, морил холодом и голодом? Что собирался… убить её.

Тогда она поняла меня.

Но сейчас…?

Это будет тяжелый и долгий разговор. Я был к нему не готов, но не позволил себе свернуть по дороге к спальне Фрэн. Я не спешил — надо дать