Опасное приключение - Валери Шервуд

– А что, если он не взял еду и вещи потому, что вы оставляли их на террасе Кастильо? Ведь для него это не просто крепость, а храм. Он мог решить, что они предназначены в дар богам…

– Хорошо, в следующий раз мы положим их на стену, чтобы он мог видеть их издалека.

Однако индеец так и не появился.

Ремонтные работы подходили к концу. Однако злой рок снова спутал все планы. К моменту, когда «Красотка» снялась с якоря, пятеро членов команды свалились в жестокой лихорадке. На четвертый день плавания, вернувшись с прогулки по палубе, Лорейн обнаружила, что ее любимый, стиснув зубы, мечется по каюте. Она с трудом уговорила его лечь и заботливо подоткнула одеяло.

– Я позову Андре.

– Не стоит, – возразил Рэйл. – Я сам справлюсь. Чего зря тревожить людей?

Но уже через несколько минут у него начался сильный жар.

Лорейн выскочила из каюты и наткнулась на Мактейвиша.

– Где доктор? – задыхаясь, вскричала она. – Рэйлу плохо – наверное, лихорадка. Он весь горит… А, вот и вы, Андре!

Она с надеждой вцепилась в руку француза. Однако когда тот попытался войти в капитанскую каюту, путь ему преградил пожилой шотландец.

– Держись от него подальше! – предупредил он с угрозой в голосе. – Я не позволю какому-то лекаришке пользовать нашего капитана. Ты уже однажды пытался его убить!

– Не говорите глупостей, Мактейвиш, – попробовал урезонить его Лестрей. – Я врач. Вы обязаны пропустить меня!

Выражение лица его противника не изменилось. Более того, он вытащил шпагу.

– Слушай, парень, если не хочешь, чтобы эта штучка вонзилась тебе между лопаток, отступись!

Лестрей всплеснул руками.

– В конце концов меня ждут другие больные, – пробормотал он и поспешно удалился, невзирая на мольбы Лорейн.

Врачевать Рэйла пришлось ей. Состояние больного постоянно менялось: то он дрожал от холода, так что чуть не падал с койки, то метался в жару, беспокойно ерзал по постели и просил пить. Лорейн покорно выполняла все просьбы Рэйла – обтирала разгоряченное лицо, поправляла подушку, подносила воду.

– Дракон, – вдруг пролепетал он заплетающимся языком, после чего впал в забытье.

Лорейн охватила паника: она решила, что он бредит.

– Ну что ты, родной, – заворковала она, словно разговаривала с ребенком. – Тебе просто показалось. Какие тут могут быть драконы? Лучше выпей воды. Тебе надо побольше пить, иначе жар не спадет.

Внезапно Рэйл сел на постели. Глаза его горели диким огнем.

– Она не может!.. Я убью его… Убью…

И снова в изнеможении откинулся на подушку.

Лорейн окончательно убедилась в том, что он бредит. Вечером до нее донеслось неясное бормотание Рэйла: «Лорейн, Лорейн…» Казалось, он умоляет ее о чем-то. Девушка обернулась и вдруг с ужасом поняла, что он произносит вовсе не ее имя, а призывает некую Лори-Энн. Повторив это слово несколько раз, шотландец страстно воскликнул:

– Выходи за меня! Обещаю, что это плавание станет последним!

«Интересно, кто она такая?» – недовольно подумала она.

Наутро она отправилась на поиски Мактейвиша, надеясь убедить его не чинить Лестрею препятствий и позволить осмотреть Рэйла. Однако шотландец остался непреклонен.

– Пока мы доплывем до Барбадоса, он умрет! – в отчаянии вскричала Лорейн. – Неужели вы это допустите?

– «Красотка» идет на Ямайку. Я так решил, – мрачно изрек Мактейвиш. – В Порт-Ройале полно докторов, не чета нашему.

– Но в тамошних водах водятся и пираты, которым ничего не стоит отнять ваше оружие, – напомнила Лорейн, надеясь хотя бы так заставить его изменить решение.

– Черт с ним, с оружием! – взорвался обычно невозмутимый Мактейвиш. – Все равно я не допущу, чтобы этот гнусный докторишка лечил моего любимца!

В искренности Тейва Лорейн не сомневалась – он был очень привязан к Рэйлу. К несчастью, глубина его привязанности не уступала упрямству. Она поняла, что у нее нет никаких шансов его переспорить и, желая переменить тему, спросила:

– Вы ведь давно знаете Рэйла?

– С тех самых пор, когда он, еще сопливый мальчишка, жил на конюшне, а его отец – в особняке, не желая признавать сына, – последовал мрачный ответ.

Лорейн была поражена. Значит, Рэйл – незаконнорожденный?

– А мать? – продолжала она. – Неужели?..

– Его мать была служанкой в господском доме, там и родила Рэйла. Когда хозяин женился, он отослал ее прочь. Ну, разумеется, он изредка навещал любовницу. И не просто навещал… Через некоторое время у нее появился второй ребенок, тоже сын. Вскоре бедняжка умерла, а дети очутились на улице без гроша в кармане. Рэйл был смышленым мальчишкой, но слишком юным для того, чтобы пойти в подмастерья, а его братец… О нем сроду никто слова доброго не сказал! Новая хозяйка не желала видеть под своей крышей ни того, ни другого и сумела склонить мужа на свою сторону. Так ребята оказались на конюшне. Я зубами скрежетал от гнева, когда видел, как они обращаются с моим любимцем! Вечно ему доставалось за проступки Рори – так звали младшего. Я бы с радостью взял паренька к себе юнгой, но Рэйл и слышать не хотел о том, чтобы расстаться с Рори. Говорил, что обязан заботиться о нем, иначе тот совсем свихнется. А для двоих у меня места не было…

– И что же было потом? – поинтересовалась Лорейн.

– Отец Рэйла умер, и его жена тут же выгнала из деревни незаконнорожденных сыновей мужа. Тут уж я взял его с собой в море. В то время я служил первым помощником на «Вереске».

– А его брат?

– Рори? Он стал работать на ферме. К морю у него не было тяги.

– Но почему Рэйл не выбрал, подобно вам, торговый флот? Как он стал контрабандистом? – продолжала допытываться Лорейн.

Этот вопрос удивил ее собеседника.

– Так «Вереск» как раз и промышлял контрабандой, девочка.

– Значит, вы научили его этому ремеслу, Тейв?

Шотландец приосанился.

– Точно.

Лорейн горестно вздохнула и после непродолжительной паузы рискнула задать вопрос, который мучил ее со вчерашнего дня:

– Вы не знаете, кто такая Лори-Энн?

– Лори-Энн Маклод? – уточнил Мактейвиш. – Еще бы мне не знать! – Он даже сплюнул от негодования. – Никудышная девица, вот что я тебе скажу!

– Значит, она вам не нравилась… А что она собой представляла?

Мактейвиш метнул на собеседницу недовольный взгляд.

– Стройная, рыжеволосая. А глаза такие, словно она постоянно смеется над тобой!

«Ну и, разумеется, рот, созданный для поцелуев!» – мысленно докончила Лорейн. Неужели она обречена вечно соперничать с рыжеволосыми красавицами? Сначала Лавиния Тодд, теперь Лори-Энн Маклод!