С тобой наедине - Мэри Линн Бакстер

– Я могу сама позаботиться о себе, – заявила она Саре.

– О, Блэр, – вздохнула Сара, – ты еще очень слаба.

Но Блэр настаивала:

– Нет, я в отличной форме. Я знаю, ты хочешь как лучше, но я намерена остаться у себя.

Сара холодно взглянула на нее.

– Надеюсь, твое решение никак не связано с тем мужчиной… – она поджала губы, – которого мы встретили в больнице?

– Нет, не связано, – солгала Блэр.

Они молча буравили друг друга взглядами. Наконец Сара сдалась.

– Хорошо, – произнесла она таким тоном, что стало ясно: она не поверила ни одному слову дочери. – Пусть будет по-твоему. Позвони, если тебе что-нибудь понадобится.

Как только Сара уехала, Блэр попыталась заснуть, но тщетно. Она все время думала о Калебе. Она была еще так слаба, что еле передвигалась по комнате. Время тянулось невыразимо медленно.

Что, если он вообще больше не придет? Что, если она ошиблась в своих предположениях? «Перестань, – яростно оборвала она себя. – Он занят. У него есть и другие дела. Не все же ему быть рядом с тобой». Зная Калеба, она была почти уверена, что он в это время пытается раздобыть улики против Таннера.

Уоррел. Уоррел знает, где Калеб. Блэр решила позвонить Джеку. Она доковыляла до телефона и уже сняла трубку, когда раздался звонок в дверь.

Калеб?

Блэр бросилась к двери, морщась от боли, и распахнула ее. На пороге стоял Калеб. Несколько секунд они молчали, потом она пролепетала:

– Проходи.

– Надеюсь, ты обычно спрашиваешь «кто?» прежде чем открыть дверь.

Блэр потупилась.

– Глупо, правда? – пробормотала она.

Калеб кивнул, захлопывая за собой дверь.

Блэр отступила назад и окинула его любящим взглядом. Он выглядел уставшим. Лоб перерезали морщины, на правой скуле багровел синяк. У Блэр тревожно екнуло сердце.

Она прошептала:

– Откуда у тебя синяк? – и осторожно коснулась синевато-багрового пятна.

Калеб прижал ее ладонь к своей щеке.

– Это имеет отношение к Таннеру? – спросила она.

– Самое прямое.

– Я как раз собиралась позвонить Джеку и попросить его… но тут ты позвонил в дверь.

Он радостно ухмыльнулся. Блэр смотрела на него как зачарованная: ей показалось, что солнце проглянуло из-за туч.

– Не стоит ему звонить, – с победоносным видом заявил он.

Глаза Блэр вспыхнули радостным огнем.

– Я правильно тебя поняла?

– Да. – Его улыбка стала еще шире.

– О Калеб! – воскликнула она, бросаясь в его объятия. – Просто не верится!

Он прижал ее к себе.

– Придется поверить. Этот мерзавец больше никому не причинит вреда. Его ждет справедливое возмездие. И все благодаря тебе.

Она удивленно вскинула брови:

– Мне?

– Помнишь степлер? – Блэр кивнула. – Он так и не заметил там подслушивающее устройство и сегодня утром созвонился с агентом КГБ и договорился о встрече. А мы их поджидали.

Блэр снова дотронулась до его синяка. Он был горячим.

– Подарочек от Таннера? – спросила она.

– Да, будь он проклят. – Калеб улыбнулся. – Но ему досталось от меня не меньше. Он долго не мог подняться с земли.

Блэр снова обхватила его руками:

– Слава Богу, что все позади.

– Я так спешил к тебе, – промолвил Калеб. Сердце его гулко стучало в унисон с ее сердцем.

«Теперь наше время», – подумала Блэр. Она ждала, что он сейчас произнесет заветные слова, и душа ее пела. Но в комнате царила тишина. Калеб нежно обнимал ее и молчал, погруженный в собственные мысли. Блэр неожиданно высвободилась из его объятий и взглянула на него с немым вопросом в глазах.

Калеб тоже смотрел на нее.

– И что теперь? – прошептал он чуть слышно.

– Мы могли бы пожениться, – сказала Блэр.

Калеб резко перевел дух. Когда он наконец заговорил, его голос звучал как чужой.

– Да, могли бы, – сказал он. – Но этому никогда не бывать. Ведь так?

Это был самый тяжелый момент в жизни Блэр. Все ее существование в последние дни было подчинено этому человеку. Ей казалось теперь, что она всегда его любила, а он вот так взял и разбил все ее мечты.

Рыдания мешали ей, она не могла вымолвить ни слова. «Нет, Калеб, эта мечта осуществима, да вот только ты меня не любишь. И никогда не любил. И все потому, что я богата, а ты нет. Как ты щеголяешь своей показной гордостью! Не делай этого, прошу тебя! Ради меня. Ради нас с тобой».

– Калеб, я… – начала она, но тут же умолкла, отвернувшись, чтобы он не видел ее слез.

Вот и все. Он чувствовал себя опустошенным. «Нет! – мысленно воскликнул он. – Не поступай так со мной! Скажи, что у нас все впереди, что мы любим друг друга и это самое главное». Но Блэр молчала, повернувшись к нему спиной.

Руки его дрожали, как у пьяного. Ему все стало ясно. Бесполезно обманывать себя. Она считает, что он недостаточно хорош для нее, и чем раньше он оставит ее в покое, тем лучше для них обоих. Повернувшись, Калеб шагнул к двери.

Блэр резко обернулась к нему, слезы текли по ее щекам.

– Калеб! – Это слово вырвалось у нее из сердца. Она не может дать ему уйти. Если он сейчас уйдет, она больше никогда его не увидит.

Калеб взялся за ручку двери и обернулся. В его глазах застыла невыразимая мука, но он молчал.

Решимость покинула Блэр. Она не станет умолять его полюбить ее.

– Друзья? – пробормотала она. – Может… будем друзьями?

«Друзьями? Ты была моей мечтой».

– Никогда, – коротко бросил он, рывком распахнул дверь и вышел.

Когда дверь за ним захлопнулась, Блэр без сил сползла по стене на пол и отчаянно разрыдалась.