От всего сердца - Джо Гудмэн

— Сколько тебе лет, Нат?

— Двенадцать. — Смущенный неподвижным пристальным взглядом Грея, мальчишка уточнил:

— Стукнет в будущем году.

«Храни тебя Господь, — подумал Грей. — Еще одна неприкаянная душа».

— Где твои родители?

— Умерли, сэр. Я жил в Виргинии у дяди.

Беркли приблизилась к Грею и шепнула:

— Он сбежал из дому.

— Я и сам это понял, мисс Шоу. — Грей вновь посмотрел на юнца. — Ты надеялся разбогатеть на золотых приисках, верно?

— Не совсем, сэр. Мне лишь хотелось отделаться от дяди.

— Ты давно в Сан-Франциско?

— Около двух месяцев.

— Сначала он попал к «гусям», — сообщила Беркли. — Они заставили его проникать в места, куда не могли пробраться сами, а потом открывать им дверь.

— Ты порвал с «гусями»? — Грей внимательно наблюдал за мальчишкой. Нат энергично кивнул. — Если узнаю, что это не так, даже мисс Шоу не выручит тебя. Ясно? Я вышвырну тебя на улицу и заставлю пожалеть о том, что ты не остался в Виргинии со своим дядюшкой.

— Грей! — Беркли потянула его за рукав. — Ведь это же ребе…

— Ты меня понял? — обратился Грей к Нату.

— Да, сэр.

Грей удовлетворенно кивнул.

— Сэм, подбери ему приличную одежду, познакомь с отелем и объясни, что от него требуется. Он будет жить в комнатах над конюшнями.

Беркли еще сильнее дернула Грея за рукав.

— Но почему в конюшне? У вас есть помещения и получше.

— Есть, но у меня отель, а не сиротский приют. — Грей увидел, что Беркли собирается ему возразить. — Ну, мисс Шоу? Вы можете предложить что-нибудь иное?

— В отеле осталось несколько незанятых комнат. Я узнала об этом от Сэма. — Краешком глаза она заметила, что Сэм поспешно опустил голову. — Ната можно поселить в одном из этих помещений.

— Они ему не по карману.

— Тогда я сама оплачу его жилье.

— Они и вам не по карману.

— В таком случае он будет жить у меня. Нам хватит места. Шоун поставит еще одну койку, и… Грей взял Беркли за руку.

— Мы на минуту отлучимся, — сказал он Сэму и Нату. — Прошу вас сюда, мисс Шоу.

Беркли покорно последовала за ним в самый дальний угол игорного зала.

— Отсюда нас не слышно, — заметила она. — И, кажется, даже не видно.

— Мальчишке нельзя жить с тобой в одном номере, — сердито прошептал Грей.

— Отчего же? Это мой номер. Я, плачу за него.

— Ты живешь здесь только потому, что я тебя терплю.

— Ты хочешь сказать, что выгонишь меня на улицу, если я пойду против твоей воли?

— Именно так.

— Но… — Возразить было нечего, и Беркли умолкла. — Это очень низкий поступок. Грей.

— Я никогда не называл себя добрым человеком, — сказал он. — Ты сама так решила.

— Я уже жалею об этом.

— Вот и славно. А теперь послушай меня. Мальчишка может поселиться в твоих комнатах при одном условии.

— Но ты только что говорил…

— Я говорил, что ему нельзя жить вместе с тобой. Если тебя там не будет, это изменит дело.

Беркли нахмурилась. Несмотря на дар предвидения, она не понимала, к чему клонит Грей.

— А где же буду жить я?

— Со мной.

Беркли сидела на скамье у чуть приоткрытого окна в спальне Грея и поглаживала Пандору, уютно свернувшуюся у нее на коленях. Портсмут-сквер наконец погрузилась в тишину. Слышались лишь редкие выкрики и нескладное пение пьяных, хотя большинство гуляк и любителей приключений уже разбрелись по домам. Из игорного зала «Феникса» до Беркли доносились звуки музыки. Только через несколько часов оркестрантов отпустят отдыхать. Они согласились играть до зари.

Беркли зевнула. С восьми до десяти часов она встречала у входа будущих клиентов, после чего, следуя наставлениям Грея, прохаживалась в толпе, задерживалась у столиков, как только кому-нибудь начинало везти, и быстро отходя, едва фортуна отворачивалась от удачливого игрока. Не требовалось особых усилий, чтобы внедрить в головы гостей неверное суждение о причине и следствии. К тому же, помимо слухов о необычайных дарованиях Беркли, ей отныне приписывали способность приносить удачу.

Уже пробило полночь, когда она, наконец, согласилась погадать по ладони. К этому времени Беркли так устала, что боялась заснуть, держа клиента за руку. Холостой старатель из Техаса сколотил немалое состояние на приисках и за игорными столиками. Она предсказала ему очередной успех в ближайшие три месяца и добавила, что сегодня его ожидает крупный выигрыш. Беркли совсем не была уверена ни в том, ни в другом, но, когда она распрощалась с техасцем, тот остался играть в покер в надежде сорвать куш. Девушка подумала, что если у него много денег, удача может со временем повернуться к нему лицом.

После этого она простилась с гостями, разумеется, с разрешения Грея. Он почтительно склонил к ней голову и спросил так тихо, что никто, кроме Беркли, не мог услышать его;

— Где ночует мальчишка?

— В моей спальне.

— В таком случае, надеюсь, ты отправишься в мою.

Гордость помешала Беркли сразу выразить согласие, но Грей ничуть в нем не сомневался. Тем не менее она намеревалась подольше тянуть с ответом.

— Может, он собирается спать в моем номере вместе с Натом, — прошептала она, в который раз посмотрев на часы, стоявшие на каминной полке. Было уже почти два ночи. — Такое вполне возможно. Это в его духе — заставить меня тревожиться целый день, а потом выкинуть неожиданный фокус. — Пандора подняла мордочку, посмотрела на хозяйку с сомнением. — Тебе-то откуда знать? От Грея можно ожидать что угодно.

Весь день Беркли размышляла о своем будущем. Она ухаживала за Майком, помогала Сэму в таверне, советовалась с Энни по поводу меню, но ничто не отвлекало ее от этих мыслей. Девушка подбирала одежду для Ната, вместе с Шоуном расставляла по местам новых работников и все это время обдумывала возникшую перед ней дилемму.

Она могла сейчас же отправиться в «Эльдорадо», «Палас» или любой другой игорный дом. Грей Джейнуэй рассказывал о ней всюду, и любое заведение почло бы за счастье нанять ее. Куда менее Беркли была уверена в том, что их хозяева пожелают ссориться с Греем. С другой стороны, Грей переманил из «Эльдорадо» Энни Джек, поэтому девушка полагала, что найдется по крайней мере один человек, который с удовольствием возьмет ее на работу. Но это отнюдь не значило, что ее жизнь в «Эльдорадо» будет спокойнее, чем в «Фениксе».

Перед Беркли открывалось несколько возможностей. Беда лишь в том, что ни одна из них не привлекала ее.

Осторожно сняв кошку с колен, она поднялась, взяла шаль, лежавшую в изножье кровати Грея, и накинула ее на плечи. Кровать выглядела соблазнительно. Беркли заправила ее, как учил Андерсон — безупречно выровняла свежие простыни, отвернула уголок покрывала, взбила подушки. Неожиданно вспомнив о почившем супруге, она поежилась и вновь села у окна. Пандора подошла к ней, потянулась и положила передние лапы на босые ступни Беркли. Почувствовав прикосновение ее язычка к своим ногам, девушка сонно улыбнулась.