Похищенный - Даниэла Стил

— Понятно. — Прокурор понимающе кивнул, и Мариэллапочувствовала, что начинает его ненавидеть. — Где вы находились, когдаразвод был оформлен?

Она не поняла смысла этого вопроса, но Тейлор понял сразу.

— В Швейцарии.

— По какой причине вы прибыли в Швейцарию?

Вот теперь она поняла: он старается совершенно уничтожить еев глазах присяжных. Но это ему не удастся. Если ее не уничтожила смерть троихдетей, то ничто и никто, ни этот человек, ни этот суд, ни все эти допросы ужене могут ей повредить.

— Я находилась на лечении.

— Вы были больны?

Она не будет ему подыгрывать, он вытянет из нее минимумсведений. Конечно, он знает, какие вопросы ему нужно задавать и для чего, ноона теперь тоже знает это.

— Я испытала серьезное нервное потрясение, когда погибнаш сын.

— Расскажите подробнее о причинах. При какихобстоятельствах умер ваш сын? Долго ли он болел?

На ее глазах выступили слезы, но она не должна давать имволи. Губы ее задрожали, но она моргнула и ответила четко и внятно:

— Он утонул.

Вот так. Больше ничего не надо говорить. Так написано всвидетельстве о смерти. Андре Чарльз Делони, возраст — два года пять месяцев,причина смерти — утопление.

— Вы были причастны к этому… несчастному случаю:

Последние два слова обвинитель произнес с заметным нажимом,явно с намерением подчеркивая их. Отчаянно жестикулируя, Чарльз что-то зашепталТому. Адвокат немедленно вскочил на ноги и заявил:

— Я протестую, ваша честь. Прокурор оказывает давлениена свидетеля и намекает, что ребенок погиб по вине миссис Паттерсон. Но это ненам решать. Сейчас рассматривается дело моего подзащитного, а не миссисПаттерсон.

Судья Моррисон поднял бровь, удивленный словами Тома Армура.

— Протест принят. Пожалуйста, не усердствуйте так,господин прокурор.

— Прошу прощения, ваша честь. Сформулирую вопроспо-другому. Не чувствовали ли вы своей вины за происшедшее?

Этот вариант оказался еще хуже, так как оставлял открытымвопрос, погиб ли ребенок по ее вине.

— Чувствовала.

— И поэтому у вас случился нервный срыв?

— Полагаю, что поэтому.

— Вы были в Швейцарии в клинике неврозов?

— Да.

Теперь ее голос зазвучал мягче. И Чарльзу, и Тейлору былобезумно жалко ее. Малкольм Паттерсон смотрел прямо перед собой. Его лицооставалось непроницаемым.

— Таким образом можно сделать вывод, что ваша психикабыла расстроена.

— Горе было слишком велико.

— Сколько времени вы провели в клинике неврозов?

— Около двух лет.

— Точнее говоря, больше двух лет?

— Чуть больше.

Том Армур снова ринулся в бой:

— Вынужден снова напомнить, что миссис Паттерсон неявляется сегодня подсудимой.

— Протест принят. Мистер Палмер, к чему вы клоните?Такими темпами мы не опросим всех свидетелей и за полгода.

— Немного терпения, ваша честь, сейчас все станет ясно.

— Хорошо, господин прокурор, продолжайте.

— Благодарю вас, сэр. Итак, миссис Паттерсон, — онповернулся к Мариэлле, — более двух лет вы провели в клинике длядушевнобольных, правильно?

— Да.

Теперь Палмер был вполне доволен ею.

— За это время вы ни разу не пытались покончить жизньсамоубийством?

Все-таки она на секунду растерялась.

— Пыталась.

— Может быть, такие попытки повторялись?

— Да.

— Сколько раз?

Мариэлла на мгновение задумалась и невольно бросила взглядна левое запястье. Там уже не было шрамов — хирург, делавший ей пластическуюоперацию, Знал свое дело.

— Семь или восемь раз, — ответила она, не поднимаяглаз. Такими достижениями гордиться не приходится. Скорее надо было сказать,что не помнит.

— Это из-за того, что вы чувствовали свою вину в смертисына?

— Да, — почти прокричала она.

— Скажите, а где в это время находился мистер Делони?

— Не знаю. Я не видела его в течение нескольких лет.

— Но он был так же огорчен, как и вы? Том Армур опятьзаявил протест, но даже он был бессилен спасти Мариэллу.

— Прокурор требует, чтобы свидетельница гадала одушевном состоянии моего подзащитного. По-моему, этот вопрос следовало быобсудить позднее.

— Принимается. Выношу предупреждение прокурору. —Теперь Моррисон был уже слегка раздражен. Палмер опять извинился, но быловидно, что ни о чем он не сожалеет.

— Когда ваш сын утонул, мистер Делони был рядом с вами?

— Нет. Мы с сыном были вдвоем. Муж уехал кататься налыжах.

— Он обвинял вас в гибели мальчика?

— Протестую! — взвился Том Армур. — Прокуроропять начинает гадать о душевном состоянии моего подзащитного.

— Протест отклонен, мистер Армур, вопрос может иметьсущественное значение. Отвечайте на вопрос.

— Повторяю, миссис Паттерсон, — теперь обвинительне счел за благо перепутать фамилию, — считал ли вас обвиняемый виновной всмерти вашего сына?

— Тогда мне так казалось… Мы оба тогда были убитыгорем.

— Он сердился на вас?

— Да.

— Сильно сердился? Может быть, он ударил вас?

Мариэлла заколебалась.

— Обвиняемый бил вас?

— Я…

— Миссис Паттерсон, вы приносили присягу. Пожалуйста,отвечайте на мой вопрос. Он вас бил?

— Ну, он ударил меня…

Уильям Палмер быстро подошел к судье и показал емутелеграмму, которую затем передал Тому Армуру для проверки.

— Ваша честь, перед нами телеграмма, отправленная изЖеневы администратором клиники Святой Девы. В ней говорится, что согласнодокументам госпожа Мариэлла Делони непосредственно перед поступлением в клиникубыла избита (в оригинале — battue) своим мужем. Это произошло вскоре после??мерти их ребенка. Ей причинены серьезные телесные повреждения, а позднее в тотже день состоялись преждевременные роды, завершившиеся появлением на светмертвого младенца. — По залу суда пронесся приглушенный гул, а Палмерснова повернулся к Мариэлле. Лицо его теперь было бледнее, чем обычно. —Миссис Паттерсон, верно ли составлен этот документ?