Помолвлены понарошку - Лана Кохана

Солнце уже садилось, когда остальные члены семейства решили последовать примеру Бена и разбавить посиделки на природе музыкой. Келли пела караоке песню Ashley Tisdale «It`s Alright, It`s OK», подвывая на припеве слегка срывающимся голосом. Скорее всего она посвящала ее Джиму, где бы он не был.

Пол и Зак смешно до боли в щеках исполняли песню «Ice Ice Baby», пританцовывая и порой изображая озноб. Я хохотала и хлопала в ритм вместе со всеми, ненадолго позабыв о том, что один из исполнителей — дотошный шпион.

Мы попросили этот дуэт спеть что-нибудь на бис, но мужчины передали микрофоны Роуз с обещанием развлечь нас в другой раз. Келли с Евой составили компанию женщине, и я тихонько смеялась, глядя, как три сплетенные руками фигурки покачиваются под кантри.

Лиам что-то рассказывал Полу. Оба были непривычно серьезными, словно решали, как бороться с демографическим кризисом. Мой «жених» беседовал с отцом и дядей. Не знаю, о чем был разговор, но насколько я могла судить по невербальным признакам, особой радости он не приносил ни одному из них. Бена и Оливера можно понять. Вот вам бы понравилось общаться с дементором [29]?

Ненадолго остаться тет-а-тет с одной из елей, скрываясь в ее тени, казалось мне неплохой затеей, но одна-одинешенька, поодаль от разбившихся на группы соратников, я стала легкой мишенью для Зака.

— Малышка Лестер, — подсел он ко мне на скамью, — ответь на один вопрос, будь любезна.

— Малышка Лестер не отвечает на вопросы, — покачала головой я. — Только Лоис.

И хотя упорно глядела на землю, которую ковыряла носком босоножка, низкий смешок все же долетел до моего уха.

— Лоис, зачем ты это сделала?

— Зачем я сделала что?

— Зачем ты поцеловала моего брата?

Обернулась к мужчине с таким выражением на лице, будто он спросил меня: «Зачем ты дышишь?».

— Ну же, это простой вопрос, — приободрил Зак.

— Бен спас меня от пчелы, — пожала плечами я.

Здоровяк смял губы в одну линию и коротко кивнул. С тяжелым вздохом он поднялся и уже собирался уйти, когда на моей памяти всплыл наш последний разговор. Я окликнула мужчину и учтиво поинтересовалась:

— Все еще не хочешь рассказать, почему тебе непросто?

— Нет. Как и ты не хочешь говорить мне правду.

— Я отблагодарила Бена за спасение, — настаивала я. — Это правда.

— То есть ты целуешь всех, кто спасает тебя от пчел? — вскинул брови Зак. — А если тебя из горящего дома пожарник вынесет, ты с ним переспишь?

Чуть не задохнулась от подобной наглости.

— Ты… ты…

На языке вертелся с десяток ругательств, но я прикусила мускул в стремлении не окрестить старшего Бенкса хоть одним из них.

Мне довелось приложить массу усилий, чтобы исключить «прохвост» из употребления. Боюсь, если дам слабину сейчас и не сдержусь с Заком, то все мои старания пойдут прахом. Тогда я в будущем не сдержусь и с Беном. Злобная Лоис вновь вырвется на свободу — и однажды мне придется драться в женской тюрьме за место на нижней койке.

Для справки: боюсь разбить личико, упав с верхней. Я во сне по кровати катаюсь, знаете ли.

— Утрировал для наглядности, — закатил глаза Зак. — Не принимай на свой счет. Просто ты могла ограничиться «спасибо» или рассказывать Бенни, что памятник ему нужно поставить, как обычно поступаешь. И все же ты решила добавить поцелуй. Почему?

— Может, потому что он мой жених?

— Нет.

— Еще как да!

Ну, по официальной версии, в которую он должен верить.

Я помахала перед здоровяком пальцем с помолвочным кольцом, жалея, что его носят не на среднем.

— Вот видишь, — ухмыльнулся он так, словно выиграл дело в суде, — честности между нами нет. Это немного печально.

— Я не собираюсь тебе что-то доказывать, — махнула рукой я. — Как со стенкой разговариваю.

— Знаешь, а ведь у меня те же ощущения.

Смех в голосе Зака окончательно вывел меня из себя, и я сказала то, о чем тут же пожалела: