Беги, дорогая, беги - Архелая Романова

«Ты становишься параноиком», – мысленно сказала я сама себе, и вздохнула. Да и как им тут не стать?

Ванька остался у меня до вечера. Подозреваю, сделал он это нарочно, и явно не с благими намерениями. Когда Игнат после работы приехал ко мне, и застал нас, мирно играющих в карты, его знатно перекосило, а Ваньку просто распирало от радости и ехидства. Широкая улыбка просто не сходила с его лица, а вот Игнат буквально трясся от ярости.

– Добрый вечер, дорогая.

Подойдя ко мне, Игнат присел и медленно меня поцеловал – не в щеку, демонстративно и нагло показывая, кто тут хозяин. Я ухмыльнулась, но решила подыграть.

– Привет. Как дела на работе?

– Прекрасно. Здравствуй, Иван.

– Здравствуй, – сквозь зубы процедил Ванька. Его лицо побелело, руки непроизвольно сжались в кулаки. Отметив напряжение, царящее между ними, я прищурилась. Ну, и что тут еще гадать? Они явно вчера сцепились друг с другом. Но почему оба промолчали?

– Время позднее, – недвусмысленно заявил Игнат, смотря на часы.

Ванька намек понял и засобирался домой. Едва за ним закрылась дверь, как на меня обрушился гнев Игната.

– Дорогая, – плохо скрывая раздражение, начал он. – Какого черта он тут делает?

– Пришел в гости.

– На весь день?

– Ну да, а что такого?

– Ева, я, кажется, просил тебя…

– Игнат, давай разберемся сразу. Ты можешь просить меня о чем угодно, но я не обязана выполнять все твои требования. Ванька – мой друг, и я буду с ним видеться.

Игнат недобро прищурился. В гостиной воцарилась тишина. Слышно было только мое прерывистое дыхание и тиканье часов на стене, и это, признаться меня немного пугало.

– Нет.

– Нет? – задохнулась я от возмущения.

– Нет.

– И что ты будешь делать? На замок меня посадишь?

– Почему же сразу тебя? – Игнат зло усмехнулся, и посмотрел в сторону окна. – Его.

– Ты не посмеешь. Он брат твоего друга.

– Мне плевать, дорогая. Он на тебя пялится, и это видно. Не надо делать такое изумленное лицо, Ева. Ты знаешь, что парень по тебе с ума сходит, и спокойно сидишь с ним весь день, игнорируя мои просьбы. Ты дразнишь быка красной тряпкой. Не боишься?

– А есть чего бояться?

Игнат медленно приблизился ко мне, взглянул в упор. Я поежилась, инстинктивно желая сделать шаг назад, но осталась стоять на месте.

– Тебе – нет. Но когда бык разъярен, он крушит все вокруг.

Развернувшись, Игнат как ни в чем не бывало отправился в ванную. Я осела на диван, потерла лицо руками. Страх за Ваньку кольнул где-то внутри, но вместе с ним пришла ярость: какого, спрашивается, хрена он решил, что может управлять мной? Выбирать мой круг общения, моих друзей…

Я резко встала, откинув подушку, и направилась к выходу. В коридоре столкнулась с Игнатом. Мы оба замерли, рассматривая друг друга в темноте, словно два хищника.

Я не выдержала первой. Скосила глаза вбок, шевельнулась, намереваясь обойти его и проскользнуть к двери. Игнат отреагировал быстро: схватил меня за руку, дернул на себя, вынуждая упасть ему на грудь.

– Далеко собралась?

– Пошел к черту, – огрызнулась я.

Несколько минут мы боролись: вернее, я пыталась вывернуться из кольца его рук, а Игнат лениво, словно котенка, удерживал меня. Подозреваю, что его это забавляло, но вскоре утомило, и он легко поднял меня, шагая в гостиную.

– Пусти! – рявкнула я, замахиваясь для пощечины.

Мою руку он перехватил в сантиметре от своего лица, сжал запястье так, что я вскрикнула.

– Не советую так делать, дорогая.

Руку он отпустил, и я замахнулась повторно. Рыкнув, Игнат сгреб обе моих ладони, зажав их одной рукой, и прижал к дивану над моей головой. Наши взгляды встретились, и я прочла в его потемневших от злости глазах дикое, неудержимое желание. И с удивлением обнаружила, что возбуждена не меньше его.

– Хочешь по-плохому? – усмехнулся Игнат, рассматривая мои глаза, губы и спускаясь ниже, к груди. – Тебе стоило только попросить. Ни к чему заниматься рукоприкладством.

Он наклонился, вовлекая меня в страстный, наполненный отчаянием и гневом поцелуй. Не отпуская моих рук, ловкими пальцами расстегнул пуговицы на моем топе, срывая и отбрасывая его в сторону.

Я молча и злобно смотрела на него, но не останавливала. В конце концов… Мне тоже это нравится.