Люби меня через годы. Книга 2 - Лилия Орланд

Остановились мы у причала.

Точнее я так подумала из-за резкого запаха моря, залетевшего вдруг в открытое окно. Самого причала пока не было видно, только широкая асфальтированная дорога и вдоль неё по правую сторону – высокий забор, из-за которого виднелись тонкие мачты яхт, какие-то провода и большая неопознанная конструкция, напомнившая мне одного из когда-то любимых сыном трансформеров.

С левой стороны на бетонированной площадке стояло покрытое выгоревшим жёлтым сайдингом здание. Перед ним на металлической перекладине, лежавшей на двух железных столбах, сушились гидрокостюмы и оборудование для подводного погружения.

Стоянка была забита автомобилями. Видно, место это весьма популярно.

Внутри меня царило предвкушение чего-то необычайно хорошего, даже волшебного. И я позволила этому чувству заполнить меня целиком. Я ведь даже камеру сегодня специально не взяла, чтобы расслабиться и не думать о работе, а если захочу пару кадров на память, сойдёт и телефон.

Дети высыпали на площадку, тут же отправляясь исследовать акваланги.

Ярослав разгружал машину, доставая из багажника наши припасы. Оказывается, он тоже набрал три сумки с самым необходимым. Я усмехнулась, похоже, в запасливости нам с Логиновым нет равных.

Вслед за сумками на асфальт спрыгнула Герда и подошла ко мне поздороваться.

– Привет, красотка, – я почесала её за ушами. Собака негромко похрюкивала от удовольствия и прикрывала глаза, наслаждаясь лаской. А я ведь когда-то думала, что питбули – опасные собаки и от них стоит держаться подальше.

Милена изящно потянулась, демонстрируя пустой парковке своё изящное тело, прикрытое только ослепительно-белым лифом купальника и такими же белоснежными короткими шортиками.

На площадке вдруг появились мужчины, возникнув словно из ниоткуда. Кто-то курил, кто-то говорил по телефону, кто-то проверял сухость гидрокостюмов, но все то и дело бросали взгляды на яркую, как экзотическая птица, привлекающую своей дерзкой красотой Милену.

Она хихикнула совсем по-девчачьи и красиво оперлась о бампер, словно позируя для глянцевого журнала.

В этой яркой птичке уже совсем ничего не напоминало того маленького испуганного воробышка, снова подумала я и порадовалась, что малявка сумела преодолеть свои страхи и неуверенность.

Пока Милена привлекала внимание всех мужчин в округе, а дети с Гердой исследовали парковку и окружающие её заросли каких-то густых растений, Ярослав успел зайти внутрь здания и вернулся с пожилым мужчиной.

Он был загорелым, крепко сбитым и коренастым, при каждом шаге слегка покачивался, как будто привык, что под ногами вместо твёрдой земли раскачивающаяся палуба корабля.

Мужчина окинул нашу компанию взглядом светло-голубых глаз, которые казались выгоревшими на загорелом лице, изборождённом глубокими морщинами, словно проявленными въевшейся морской солью.

Глядя на него, я пожалела, что оставила камеру дома. Всё-таки такой фактурный типаж встречается нечасто.

Мужчина открыл дверь в сплошной стене забора, окружавшего причал, и мы вошли в святая святых.

– Ух ты! – дети тут же побежали рассматривать стоявшие повсюду на специальных подставках лодки, лодочки, лодчонки и небольшие яхты со спущенными сейчас парусами. Герда не отставала от них.