На языке любви (СИ) - Таша Сосновская

— Нет, Николас, не думай что старуха поможет тебе. Да я не дам тебе этого сделать! — опять шутка от нее.

— Люблю тебя! — вздыхаю и закрываю глаза.

— Я тоже. Так хочу опять прижаться к тебе. — шепчет она и ее голос дрожит.

— Малыш, не смей плакать! Уже через два дня мы опять будем вместе. Я отправлю самолет в пятницу, после полудня. — пытаюсь отвлечь ее от грустных мыслей.

— Скорее бы. — вздыхает Дари и по моему она все же плачет.

— У тебя есть миссия перед поездкой и поклянись, что выполнишь ее на максимальный балл. — заявляю пытаясь приободрить девушку.

— Какая? Купить тебе подарок?! — уже улыбается на другом континенте моя любимая.

— Нет. Купи себе вечернее платье. Мама организовывает прием. Будут наши друзья и родные. В общем гламурная тусовка богатеев Греции и не только. — закрываю глаза уже вспоминая эти все мероприятия.

— Ого! Да ты решил сводить Золушку на балл! — смеется Дарина.

— Вот только с принцем Золушке не повезло. Он даже не принц, скорее конюх.

— Но он самый любимый конюх в мире. Да и я далеко не Золушка. — опять ее мелодичный смех, что так греет мое сердце.

— Увидимся через два дня, любимая моя. — закругляюсь, ведь у нее уже ночь.

— Целую любимый! — слышу прежде чем она отключается.

Смотрю на погасший экран гаджета и продолжаю улыбаться. Теперь даже проблемы не такие масштабные, а дерьмо в которое меня окунули америкашка и бывшая не такое отвратное. Кажется даже мой кабинет стал светлее, а город за окном приветливее. Это все она! Моя маленькая девочка из далекой России и ее жизненная энергия, что передается тем, кто рядом с ней. Она как первый луч солнца по утру, заряжает на весь день теплом и радостью. Она настолько любит жить и радуется ей, что просто невозможно впадать в уныние рядом с ней. Она и есть жизнь, что бьет ключом.

20.

Самолет набирает высоту, а мое сердечко начинает трепетать. Всего какие то четыре часа и мы будем вместе. Я так ждала этого дня, что двести сорок минут, покажутся вечностью. Но это ничего. Это не так и много. Просто подремаю и не замечу как время пролетит. Я ведь лечу к любимому человеку. К моему мужчине.

Когда он позвонил и сказал о дне рождения, я немного испугалась, если честно. Его родители, родные, друзья. А вдруг я им не понравлюсь? Вдруг они против наших отношений? Голова шла кругом, а волнение усиливалось с приближением пятницы. Хорошо, что Алиска была рядом и помогла мне справиться с этим, иначе я бы наверно не сидела на борту частного рейса и не летела к своему Николасу.

После его ночного звонка, я схватив кузину, начала поиски того самого платья, что не уступит по великолепию голливудским нарядам. И я нашла его. Изумрудное платье в пол, с жестким корсетом и открытыми плечами. Оно выгодно подчеркнуло мои достоинства и в нем я выглядела как кинозвезда.

Долго ломала голову с подарком Николасу. Что подарить мужчине, у которого есть все? Себя? Ну себя то непременно подарю. Даже выбрала сексуальное белье для этого случая. Сейчас оно покоиться в моем чемодане и едва я подумаю об нем, как все внутри трепещет в предвкушении. Хочу увидеть его лицо, когда предстану перед любимым в таком образе. Мне так нравиться как он смотрит на меня. Я чувствую себя самой желанной и красивой, под его взглядом. И нет таких слов, чтоб описать все, что просыпается во мне от его тихого шепота, прикосновения рук к коже и глаз полных любви и нежности.

Весь полет улыбка не сползает с моего лица, но я счастлива и это видят все окружающие меня. Кстати родителям я рассказала зачем и к кому лечу. Мама приняла это очень спокойно, ведь она тоже когда-то бросила все и переехала к отцу. Если любишь, то поедешь за ним на край света. И я люблю. Так сильно, что самой страшно. И я верю ему. Верю что он не предаст и не обманет. Он тоже меня любит.

А вот мой отец отнесся к моему путешествию настороженно. Он хотел сопровождать меня, но нам удалось убедить его, что я вполне самостоятельный человек. Но мнение об Николасе у папы сложилось не совсем лестное. Впрочем, таков мой отец. Он любит и оберегает меня. Но мне нужны свои взлеты и падения, потому нам и удалось его убедить.

— Снижаемся! — пропела слащавым голоском бортпроводница и скрылась в своем закутке.

Выдохнула пристегивая ремень безопасности. Еще совсем немного, еще чуть-чуть и я обниму его. Прижмусь к груди и поцелую любимые губы. Скажу как скучала и как сильно люблю. Он обещал ждать у ангара, куда ставят частные самолеты. Кстати об этом. Я впервые лечу таким бортом и теперь поняла насколько правдива моя сказка об Золушке. Да по сравнению с Николасом, мы босяки.

Катимся по посадочной полосе в направлении группы ангаров. У меня начинается волнение и я ерзаю на сидении. Паника подкатывает к горлу становясь колом и уже тяжело мыслить адекватно. Миллионы вопросов кружат в голове. Между тем, самолет замедляет движение и в окно иллюминатора я вижу его.

Трясущимися руками отстегиваю ремень и на негнущихся ногах двигаюсь к выходу. Теперь нет пути назад и нужно собраться и не ударить в грязь лицом перед его родными. Я должна понравиться его родителям, ведь семья для моего Грека — это святое. Здесь я его понимаю. Но боюсь представить как он поведет себя, если родители не примут Русскую.

Выныриваю из салона и теплый ветерок подхватывает