Одержимость мажора - Мила Реброва

Ника

– Ну наконец-то! – захлопывает за мной дверь Халид.

Его двоюродные сестры, приехавшие со мной из ресторана, провели меня в его комнату и, хихикая, удалились.

– Я начинаю подозревать, что вышла замуж за сексуального маньяка… – смеюсь я, пока он разворачивает меня к себе и накрывает мои губы голодным поцелуем.

– Я ждал этого весь гребаный день, Губастая! – стонет он, давая мне отдышаться.

Один лишь его хриплый голос заводит меня, и я не могу удержаться и сама целую его, поглаживая лицо пальцами, мне хочется его касаться и не отпускать от себя. Ужасно, просто ужасно соскучилась!

– Эта свадьба была настоящей пыткой! – признаюсь, на мгновение отодвинувшись от Халида. Его глаза прямо-таки пылают, взгляд полыхает страстью, когда он пожирает меня им. Раньше меня пугало это черное пламя, а теперь неотвратимо к нему тянет, и я готова сгореть. Мне чертовски нравится сгорать в огне его страсти.

– Наконец ты моя, – жарко шепчет он, обхватывая пальцами завязки платья и дергая их. – И зачем его так накрепко завязали? Руки бы оторвал! Я предупреждаю, Губастая, я просто порву это платье! Попрощайся с ним!

– Нет! Халид, пожалуйста, – умоляю я его, – оно такое красивое.

– Тело под ним гораздо красивее, а я не могу до него добраться из-за этих веревок! – психует он и дергает завязки, которые, к счастью, поддаются давлению и распускаются.

Делаю выдох, почувствовав свободу от платья, оно опускается вниз к моей талии и потом к ногам, лужицей стекая на пол. Халид просто выпутывает меня из его плена и подхватывает на руки, несет в сторону кровати.

– Вот так-то!

– Ты варвар! – смеюсь ему в шею, наслаждаясь любимым запахом и близостью своего мужчины. По телу разливается тепло, мне хочется тереться о Халида, почувствовать его всем своим существом, каждой клеточкой. Он нежно касается губ, прикусывает нижнюю и тянет. Кладет меня на спину и нависает сверху. Любуется.

– Ты прямо подарок, – говорит с присвистыванием. – И такой могу видеть тебя только я!

– Иди ко мне, – шепчу на одном дыхании и тяну к себе Халида за плечи.

Он целует меня снова и снова, сначала с нежностью, потом с горячим напором, заставляя позабыть обо всем. Исчезает всё, что за пределами спальни.

Даже не думала, что наша страсть может достигать таких высот. Мы просто не могли друг другом насытиться и целовались как голодные.

Не заметила, как куда-то испарилось мое белье. Очнулась только тогда, когда Халид совершенно черными глазами рассматривал меня всю.

– Твоя грудь определенно больше, чем была, – замечает он, поглаживая полушария, которые действительно стали более объемными.

– Это плохо? – задаю вопрос с дрожью в голосе и тут же накрываю ладонями грудь.

Неужели я изменилась и теперь непривлекательна для него? Это же худший сбывшийся кошмар!

– О чем ты, Губастая? Ты стала еще соблазнительнее! – рычит Халид, отодвигая мои руки и лаская меня во всех местах, куда достает. – Если бы я не боялся тебе навредить, уже давно бы…

Предупреждая грубость, готовую слететь с его губ, прислоняю к ним пальцы.

– Я в порядке, на раннем сроке я вообще никак не ощущаю ребенка, и ты ничего не можешь навредить, – успокаиваю я его, вспоминая, как допрашивала врача на этот счет и читала статьи. Я же совсем неопытная, как и Халид, и моя задача – убедить его и успокоить страхи.

– Правда? Тогда держись! – с рыком кидается он снова меня ласкать и целовать.

Я изгибалась на постели и тяжело дышала, не в силах дождаться, пока он снова соединится со мной. Ничего лучшего я не испытывала в жизни. Халид наконец развел мои колени в стороны и расположился между ними.

– Первый раз мы сделаем это быстро, уж прости, – извиняется он передо мной, прежде чем проникнуть в меня. – Черт, какая же ты мокрая…

Он входит одним толчком, пронзает и наполняет меня до предела. Вскрикнув, отвечаю движением бедер навстречу. Халид, зашипев, напрягается всем телом и начинает двигаться быстрее, мощнее, не жалея меня и себя.

Трогаю его рельефные плечи, глажу, прижимая к себе своего мужа и уплывая от нарастающего желания. Он не дает мне передышки, подхватывая под попку и принимаясь бесстыдно входить в меня. Втягивает в рот соски по очереди. Хрипло дышит. Я просто с ума схожу, бесстыдно ерзаю под ним, стараясь слиться еще больше.

– Моя, моя, – шепчет он в мой рот, а я теряюсь в его жестких выпадах, грубых поцелуях и ласках.

– Да-а-а… – приветствую свой оргазм, последовавший почти сразу за тем, как Халид находит особую чувствительную точку и доводит меня до края. Разбиваюсь на осколки и на миг погружаюсь в темноту.

Когда, очнувшись, моргаю и вижу свет, Халид уже нежно целует меня, гладя по лицу подушечками пальцев. В его движениях столько нежности, заботы. Мое тело дрожит от остывающей страсти, мелко вибрирует, посылая сигналы Халиду, всё еще находящемуся во мне…

– Это было крышесносно, жена, – усмехается он, коротко целуя меня в губы и валясь на бок. Увлекает меня за собой. – Стоило того, чтобы подождать.

– Лучше не ждать, – смеюсь я, – больше не хочу, чтобы мы так долго были по отдельности.

– Этого и не будет, – кивает он уверенно, хлопая себя по животу. – А вот теперь можно подкрепиться.

– Что?! – сажусь и возмущенно гляжу на этого нахала. – Ты думаешь о еде? Прямо сейчас?

– Побойся бога, женщина, ты решила меня голодом заморить? Мне некогда было нормально поесть, свадьба, знаешь ли, потребовала от меня много энергии. А мне нужно много-много сил, чтобы провести с тобой эту ночь. Так что не ворчи и пошли ограбим кухню!

– Ну, если так, – прощаю я его, вставая и собираясь одеться. Ладно уж, оправдан.