Наследница. Страж моего сердца - Мария Плума

ладони и увидела голубые искорки. Так делать ни в коем случае нельзя. Тогда я решила растирать масло от поясницы до шеи, не соединяя свои руки. Я положила ладони на тело мужчины, надавила хорошенько, но не в полную мощь и… проскользила по всей спине, волосам и до самой стенки. И, конечно, врезалась в нее с такого-то разбега. Все познается опытным путем — масло было многовато.

― Синьорита, вы в порядке?

― Да…, — пробормотала я, отходя от стены.

Начала озираться по комнате в поисках полотенца, но не увидела. А на маленьком столике заметила коробочку с кругленькими шариками. Потрогала и поняла, что это как раз то, что нужно — хлопковые шарики. Жаль, что их немного, но это лучше, чем ничего. Я подошла обратно к Федерико и вывалила на него все содержимое коробочки. Теперь он напоминал Чепухоня: дракончик часто линял и выглядел примерно так же. Я вновь принялась растирать кожу, и шарики начали прилипать к рукам. Теперь Чепухоня напоминала я сама. Взглянула на висящую портьеру — сейчас или никогда! Попыталась стянуть ее с окна, но ничего не получилось. Вернулась к столу:

― Синьор, как вы себя чувствуете? — в ответ ничего не услышала. Потыкала в него пальцем, а он даже не реагирует. Может, я перелила масла и он задохнулся? Но он же не рыба, чтобы дышать спиной. Мамочки! Я потыкала в него более настойчиво — никакой реакции. Мне нельзя работать с людьми. А вдруг мои руки и масло несовместимы? Что делать-то? Решила прислушаться к дыханию, пригнулась к нему и вдруг раздался оглушительный храп. От неожиданности я закричала, следом вскочил Федерико и предстал передо мной во всей мужской красе. Я смотрела то вверх, то вниз и начала покрываться румянцем. А он, уловив мое смущение, довольно улыбнулся.

― Я на минуточку…

Выскочила из кабинета как ошпаренная: мало того, что он заигрывал со мной, так еще и оказался, не таким уж и старым, как я подумала в начале. Селесте не было, и я побежала к девочкам, но их как веником смело — никого. Я выбежала на лестницу, хотела взяться за перила и поняла, что мои руки в масле и в шариках. Новый костюм тоже был в брызгах от масла. Добежала до первого этажа и, налетев на чьи-то чемоданы, чуть не упала на пол. Но крепкие мужские руки предупредили мое падение.

Я развернулась и не могла поверить своим глазам: передо мной стоял Дмитрий:

― Ты? Как ты здесь оказался? — я крепко обняла его и чувствовала, то же самое в ответ. Потом отстранилась и посмотрела в глаза: они выражали нежность, заботу и страсть одновременно. Шарики начали перескакивать и на его одежду. Показала свои руки, но ему, похоже, было все равно и он поцеловал меня. Это был долгий и нежный поцелуй. Как мне тебя не хватало, я очень соскучилась!

После поцелуя он взял мое лицо в ладони и мы соприкоснулись лбами:

― Я соскучился по тебе!

― И я, очень! Это твои чемоданы?

― Нет.

― Мы растолкали чьи-то чемоданы?!

― Похоже на то.

Мы засмеялись, а потом вновь слились в поцелуе.

― Вот вы где мои голубки!

Через какое-то время к нам подошла Патриция.

― Ты знала, что он придет? — у меня с лица не сходила улыбка.

― Нет, я его сама привела.

Я взглянула на Дмитрия, он кивнул, обнял меня за плечи и поцеловал в висок.

― А как так получилось?

― С меня сняли обвинения. Нашелся тот, о ком ты говорила.

― Твой отец?

― Я бы не стал его так называть.

― Мийка, а что у тебя с руками?

― О, Великий Дракон, там же Федерико голый, в масле и шариках!

Я схватила Пати за руку и потянула наверх. Оглянулась и увидела, что Дмитрий остался внизу:

― Ты не пойдешь с нами?

― Смотреть на голого синьора Ринальди? Нет, увольте. Вы уж девочки как-нибудь сами. — подошел ближе. ― Я зайду к Фабио.

Поцеловал Пати в лоб, меня в губы и ушел. Мы улыбнулись друг другу и побежали наверх. Когда стали подходить к кабинету — услышали голос Селесте и самого Федерико:

― Чувствую я себя гораздо, гораздо лучше. А вот и моя спасительница! — сказал, широко раскинув руки, отчего его полотенце, прикрывающее фривольные места, слетело вниз. Мы все трое отвернулись. ― Девочки, вы дарите мне вторую молодость на глазах.

― Синьор Федерико, мы очень рады, но все же вам стоит сохранить молодость для своей супруги. Правда, ведь? — Пати достала из ящика, стоящего на полу, два полотенца: одно протянула мне, другое ему.

― Девочки, если бы не вы, супруга не была бы столь счастлива.

― Верим, синьор Федерико.

― Руки этой юной прелестницы, восхитительны, как и твои Патриция.

― Спасибо, — я улыбнулась.

Синьор Ринальди оделся и ушел в сопровождении Селесте.

― Ну, как тебе мой сюрприз?

― Ты про голого клиента или Дмитрия?

― Мийка, ну, Федерико такой душка, первый опыт должен быть положительным, правильно ведь? Я про Димку, конечно.

― Клиента я перемазала маслом и не знаю, как он на меня не пожаловался. Видимо, Селесте меня спасла и смыла весь этот позор. А он решил, что так и надо. — мне жутко хотелось узнать про Дмитрия, но все же это моя новая работа и я «должна серьезно к ней относиться», так всегда говорил папа.

― Я вижу, что ты его хорошенечко прожарила: маслице, попкорныши, — она засмеялась, глядя на безобразие возле массажного стола.

― Мне стыдно! Но, как Дима здесь оказался? — второй раз, когда я назвала его этим именем.

― Пошли, расскажу, а кабинет пока приведут в порядок, — мы вышли за дверь, ― Селе, попроси, чтобы убрались у меня.

― Конечно.

― Селесте, — я придержала ее за руку, ― спасибо большое, что выручила меня. Я ведь буквально сбежала от клиента.

― Ты просто Патрицию в первый день не видела, — улыбнулась и стала набирать номер на телефоне.

Я повернулась к Пати:

― Стыдно Мийка, до сих пор! Пошли!

Взяла меня за руку и потащила к лестнице.

Глава 18

― Что случилось в участке? Как Дима здесь оказался? — мы спускались по лестнице.

― Ну, тут такое дело. Простишь меня, если я кое-что сделаю… Уже сделала?

― Хорошо. А что?

― Вот и здорово! В общем, я тебе