Обречённые на исцеление - Ирина Волохова

- Аи? – Хао взял меня за руку. Стало немного легче.

- Отвратительно! – шиплю сквозь зубы, – Голдва, Вы хотели меня видеть.

- Верно, Доуджи Аи, хотел.

Он жестом пригласил сесть. Мы с Хао опустились на подушки. Я вцепилась в ладонь Асакуры мёртвой хваткой и положила её к себе на колени, всем своим видом говоря – “Без него разговора не будет.” Амулет Короля на шее у шамана может защитить и двоих, стоит только пожелать. Аса обернула наши спины хвостами для моей же уверенности. Когда она это сделала, стало легче дышать, будто до того момента меня что-то душило. Хао тоже вдохнул полной грудью.

- Что-ж, дело касается Великого Духа. – старчески прищуренные глаза ощупали нас неприятным, колючим взглядом, – Жребий на тебя не выпал ни одной команде. И я боюсь представить, что будет, когда станет известно, что ни один шаман не может быть приравнен к твоим силам.

- Но Хао равен мне, точнее это я – равная ему по силам. Ни больше, ни меньше. И Великому Духу это должно быть известно лучше всех.

- Великий Дух так не думает. – Голдва вытряхнул свою извечную трубку в пепельницу, – Дело, ведь, не только в количестве фурёку, рейоку и рейрёку, или наличии рейши. Дело в знаниях. Во внутреннем состоянии души и духа пребывающего подле.

- Ты знал? – в панике заглядываю Хао в глаза.

- Нет. – он хмуро смотрит на Голдву, пристально изучает того, – Идём отсюда. Мне не нравится этот разговор.

- Подожди, ты уверен…

- Аи, ты мне доверяешь? – он резко поворачивается ко мне, так, что тяжёлые серьги хлещут его по щекам. Глаза… я не знаю, что сейчас выражали его глаза. Страх? Беспокойство?

- Больше, чем себе.

- Тогда мы уходим. – далее слова лились из него, словно яд, – Чтобы больше к ней не приближался, старик! Или… ты прекрасно знаешь, на что я способен.

Асакура обхватил меня за талию и резко поставил на ноги. Тем же макаром выволок из хижины и окутал нас пламенем. Когда огонь опал, я увидела море. Жень-Шень и Казуми были чуть южнее вдоль линии прибоя.

- Хао-чан…

Рука на моей талии сжалась в кулак.

- О чём он думал? Что происходит? Хао, не молчи! Ну, пожалуйста…

Асакура резко развернул меня к себе и грубо, почти яростно впился в меня поцелуем. Я гладила его по щекам, по голове, по плечам, пытаясь хоть как-то успокоить.

Наконец, он расслабился. Я осторожно взяла его лицо в ладони, разорвала поцелуй, от которого уже болели губы, и, прижавшись лбом к его лбу, закрыла глаза.

- Я никуда не убегаю, Хао-чан. – глажу большими пальцами его скулы, – Что тебя так обеспокоило?

- Он правду сказал. Ты гораздо сильнее.

- Что? Глупости!

- Ну, за исключением того, что Великий Дух не решил, кого выбрать тебе в соперники.

- То есть, ты сам сейчас признаёшь свою слабость? – заглядываю в тёплые карие глаза.

- Моя слабость в тебе.

Застыла, ошарашенная. Такого признания в любви никогда не ожидаешь. Оно всегда внезапное, как цунами, как землетрясение, как ядерный взрыв. От такого не спрятаться и не укрыться. Из меня будто весь кислород вышибло. Хао рассматривал меня, запоминая, оглаживал губы кончиками пальцев. Осторожно обнимаю его за шею и прячу лицо на плече.

- Я пытался доказать себе, что это всего лишь прихоть, что мне с тобой интересно потому, что ты иная. Держался на расстоянии… и это не помогло.

- Не говори ничего больше, ради Бога, Хао! Ради всех богов – не смей сказать это вслух! Мне достаточно просто знать.

- Хорошо, не буду. – в его тоне тепло и улыбка, он мягко прижал меня к себе, – Я рад, что ты знаешь.

У меня зазвонил оракул. Открываю сообщение. Команда “Х-II” против команды “Хоши-Раго”. Через час.

- Как удачно. – расцепляю объятия и показываю Асакуре, – Гляди – мне смертники попались.

- М… почему “смертники”?

- А им в любом случае сдохнуть предстоит. От моей руки или от чьей-то ещё – разницы нет, это ничего не изменит.

- Хочешь их убить?

- Ну-у… Посмотрим, как они будут на меня реагировать. Надо с Шень и Казу поговорить.

Мы двинулись в сторону костра, у которого озадаченно щебетали мои сокомандницы.

- Я тебе кое-что приготовил в подарок. – шаман чуть сжал мою руку в своей, – Думал, что так ты будешь эффектнее смотреться на арене. И битва станет интереснее!

- И что же?

- Развернёшь плед… – протянул он с широкой улыбкой.

- Ах ты-ы… хитрая ты моська! – возмущаюсь и толкаю его бедром.

Асакура заливисто рассмеялся.

**~*~

Да, Хао угадал, я выглядела действительно эффектно. Кипельно белая, шёлковая юката с красным подолом из-под полы, это да-а, это мечта и сказка! Широкие рукава и красный оби делали талию визуально тоньше. Как он понял, что я хочу именно такое кимоно?

Часть волос забрана наверх, завязана красной лентой и закреплена гребнем с белой лилией, шея открыта, карминовые метки на лице немного потёрлись но были такими же яркими, как и месяц назад в Меса-Верде. Мягкой походкой босых ног ступаю по брусчатке арены. Шень и Казу остались за пределами барьера тотемных столбов. Радим что-то воодушевлённо вещал в микрофон, я не слушала. Останавливаюсь. Индеец подбежал ко мне.

- Аи, Вы вышли против троих противников в одиночку, как Вы планируете победить?

- Ты же знаешь, Радим, я не стану раскрывать секретов.

- Может, хотите что-то им сказать?

- Не вижу смысла. – холодно улыбаюсь судье, – Им это не поможет.

- И последний вопрос на сегодня – правда ли то, что Вы радеете за идею Хао Асакуры?

- Нет. У меня своя идея.

- Можете пояснить?

- Я уже ответила на твой “последний вопрос”, Радим. Начинай отсчёт.

Я чуть боком повернулась к противникам. Кицунэ хитодамой повисла возле меня.

- Что будем делать?

- Посмотри на оружие в их руках: базука, гранатомёт и снайперская винтовка. Вряд ли они пришли мирно побеседовать, учитывая